Гори! - Сергей Викторович Вишневский

— Коэффициенты Нюро?

— Это показатели расхода единицы силы на защиту от единицы силы атакующего заклинания.

— Звучит непонятно.

— А ты думал, только узелки вязать будешь? — расплылся в хищной улыбке упырь. — Не-е-е-е-е-ет. У меня есть кое-что противнее секса с мертвыми и рагу из имперца!

Тут учитель вытянул руку и одним движением заставил защиту ученика схлопнуться.

— Как вы это сделали?

— Узловые техники не ломаются тараном. Это просто невозможно, если все правильно сделать. Узловые техники можно схлопнуть, если правильно к этому подойти. Потянул за одну ниточку, выпустил другую петлю и вуаля. Защита схлопывается сама! — Роуль подошел к ученику и спохватился. — Ах, да! Секс с мертвецами!

— Нет! — категорически произнес парень.

— Ты слишком скептически относишься к подобному! — заявил учитель. — Но я не об этом. Я о высшей математике, алгебре и тригонометрии.

— Что это такое?

— Это похоже на секс, — с довольной улыбкой произнес учитель. — Только со стороны женщины. С жирным, грязным, потным, небритым мужиком, который надрался дешевой бурды и решил, что, влепив по лицу кулаком, сделал партнершу сговорчивее.

— Не думаю, что насилие возбуждает женщин, — хмурясь, произнес парень.

— А ты пробовал? — подмигнул ему учитель. — Обязательно попробуй!

— Мне не понравится, — нахмурился парень.

— Ой, ну не на-а-а-адо! Все боятся тангенса. Никто не любит производную и логарифм, — тут учитель наклонился к парню и с хищной улыбкой прошептал: — Но это поначалу... Потом привыкают, а затем и вовсе...

Тут он резко клацнул перед носом у ученика зубами и отстранился.

— А потом и вовсе без них не могут!

— Я вообще-то про насилие с женщинами, — произнес парень.

— М-м-м-м? Да? Ну, ладно, — пожал плечами упырь. — Но и это я бы тебе тоже посоветовал попробовать. Чисто для опыта.

Учитель глубоко вздохнул и с улыбкой посмотрел на небо.

— Ты заметил? — спросил он.

— Что?

— Совсем ничего не заметил? — уточнил Роуль.

— О чем вы?

— Я о том, что мы два месяца не видели луны, — с благодушным настроением произнес он. — Старый Хойсо постарался и нагнал нам циклонов.

— Мы два месяца не видели голубого неба, — заметил Рус.

— Ой, да кому нужно это небо? — возмутился упырь. — Главное — луны не видно. А это, между прочим, дорогого стоит.

— Кто такой Хойсо? — спросил ученик, поднимаясь на ноги.

— Хойсо — это мой старый друг.

— Вы заплатили ему, чтобы он нагнал туч?

— Нет, он мне проиграл в камень, ножницы, пергамент, — беспечно пожал плечами упырь.

— И надолго он вам проиграл?

— На три года, а что?

— А можно хотя бы пару дней сделать солнечными? — спросил парень. — Сил нет терпеть на этот мелкий моросящий дождь. Да и люди болеют.

— Опять люди, — вздохнул учитель. — С живыми столько проблем. Возможно, все же перейдем на нежить?

— Нет!

— Да ладно тебе привередничать, — фыркнул Роуль. — Я знаю парочку замечательных бальзамических составов. От твоих девочек даже пахнуть не будет! Нагреешь их у очага и вуаля! Как живые!

— Нет! — снова с нажимом произнес парень.

— Ну и ладно, — на показ надулся учитель, сложил руки на груди, задрал нос и отвернулся.

Видя, что учитель ждет, когда с ним будут мириться, парень вздохнул и спросил:

— Что такое это ваша тригоно...

— Тригонометрия, — поправил упырь и, слегка повернувшись, кинул взгляд на ученика.

— Это не связано с сексом?

— Смотря, в какой позе изгибаются твои девчонки, — произнес учитель и повернулся к ученику.

— В смысле.

Упырь постоял, постучал ногой и подскочил к ученику.

— Смотри! — произнес он и, отрастив на пальце коготь, принялся рисовать на земле график. — Если прогнуть рыженькую вот так, то будет синусоида, а вот это...

Тут он спохватился и взглянул на ученика, который пялился на график с отсутствующим видом.

— Стоп. Забудь. Давай попробуем кое-что полегче, — упырь стер график и написал простенькое выражение: «Х-5=7». — Знаешь, что это такое?

— Жулье учил меня подобному, но мне было тяжело, — кивнул ученик.

Он взял палочку и написал рядом ответ.

— Хорошо, а теперь вот так, — произнес учитель и написал более длинное уравнение.

Тут уже Рус сел в лужу и не смог решить пример.

— Почему ты не пишешь?