Трое за Ларцом - Екатерина Федорова

— Магу! — в голос дружно закричали Тимофей с Вигалой. — К главному магу мы!

— К главному магу, — все тем же тоном быстро поправился Леха. — С личным, очень важным и очень выгодным для главного мага делом… К тому же он наш земляк. Слыхал?

— Конечно. Но тут уж ничего не поделаешь — у каждого мага есть свои недостатки, — презрительно изрек монстр.

— Это ты так про персону главного мага? — ласково поразился Леха. — Зря, зря… Значит так — мы молчим про твои неуважительные выражения, а ты нас быстренько продвигаешь к самому главному магу. Вместе с нашим нижайшим прошением об убежище. Идет?

Скрюченный человечек с длинными ушами что-то заскулил из-за спины Вигалы. Эльф торопливо повернулся, выволок человечка на свет божий и заботливо спросил:

— Что тебе, мюсли? Ты ведь мюсли, не так ли?

— Я, — снова заскулил мюсли. — Я с жалобой… То есть с прошением! Тоже — с нижайшим прошением…

— Да ерунда, — лениво проговорил монстр в малиновом балахоне. — Не обращайте внимания, земляки нашего высокородного… Сестру у него там кто-то из кирглей обидел… Вот и просит укорота на обидчиков!

— И вы, конечно, ему поможете? — с нажимом в голосе осведомился Вигала.

Сзади недовольно забубнил Леха. Мы, дескать, сюда со своим делом… И не след путевых пацанов равнять с какой-то мюслей! Которая и рифмуется-то исключительно неприлично — с соплей…

Монстр окрысился. Зубы у него росли ровным зигзагом. И прикус был замечательный — словно зубья двух совершенно одинаковых пил втиснули друг в друга. С точностью до миллиметра.

— А что прикажете делать? Киргли законов не уважают, начальствующих магов не слушаются… А маги-оружейники, которые и должны в таких случаях реагировать — причем должно реагировать, отмечу, — кирглям открыто благоволят. Так что киргли творят в городе все, что им вздумается. Правда, в определенных рамках, строго в них… Что нас скорее огорчает, чем радует. Смертельных случаев, увы, нет, так что формально для применения Высших Мер нет повода…

— Значит, если я правильно понял, — чуть придушенно сказал Вигала, — пока никто не помер от их руки, вы сами и пальцем не пошевелите?

— Точно… Теперь о вашем прошении…

Монстр довольно цокнул, с хрустом поскреб когтистой ручищей у себя между зубов. На влажно поблескивающей поверхности бордовых десен в результате этого зверского корябания не появилось ни царапины. Да и вообще вся желтая в серый горошек морда монстра выразила одно сплошное удовольствие. То ли у него десны бронированные, то ли слишком уж далеко зашел кариес…

— Вы заявились в мой кабинет без всякой очереди, как я понял? Так-так. Презрев по пути законные права граждан нашего города, стоящих в этой очереди по месяцу и более, злобно растоптав, все их гражданские свободы…

— Гражданские свободы, состоящие из месячных очередей? — пробормотал Тимофей. — Ну их к черту, такие свободы и растоптать не жалко…

— Тише, братан, — невозмутимо отреагировал сзади могучий браток Леха. — Не надо злить начальство, ему и так тяжело управлять народом…

— Точно, — самодовольным голосом подтвердил монстр. — Невыносимо тяжко! Бремя власти, то да се… Просто давит на плечи. Управляй тут такими, как вы, в поте морды лица… Кстати, о вашем прошении — я его отклоняю. Вы в очереди не стояли, проникли сюда незаконным путем. Так что извольте-ка вернуться назад да попарьтесь в очереди с месяцок, потом еще месяцок подождите аудиенции у главного мага. Глядишь и выгорит у вас что…

В наступившей тишине явственно слышалось, как Вигала скрипнул зубами. Леха шумно задышал, в перерывах между вздохами цветисто поминая некую загадочную то ли даму, то ли просто жабу, согрешившую одновременно с козлом, папуасом и носорогом, а потом еще и сделавшую себе аборт до срока, от которого осталась какая-то жертва — причем в данный момент именно на эту жертву Лехе, судя по выражениям, в упор не хотелось глядеть. Тимофею тоже стало не по себе. Месяцев в запасе у них не было. На все про все у них оставалось не больше двух земных суток.

И в первый раз за все время их путешествия Тимофей осознал всю, скажем так… утопичность их миссии. Пойди не знаю куда и принеси то, что нужно, — и сделай это всего за два дня и две ночи…

— Да, бюрократия — это страшная сила, — сказал он вслух, прокручивая тем временем в голове одну-единственную мысль — что же теперь делать? Совершенно невозможно ждать тут целых два месяца. Немыслимо, черт возьми… Даже опустевшая Земля… их Земля была прекрасна. Но даже эльфам придется ее покинуть, если они так и не смогут отыскать пресловутый Ларец Сил. Но чтобы его отыскать, нужен главный маг. И на пути к нему сидит вот этот уродец. Причем, судя по тому как этот гад обращается здесь с бедными просителями и какую создал очередь, видно было, что душонка у него столь же отвратительная, как и не блещущее красотой личико. Если еще не более мерзопакостная…

Взять бы его сейчас за иглы на голове и ревностно приложить этак разиков надцать — и все эти надцать разиков исключительно фейсом об тейбл.

— Вообще-то, — медленно начал Вигала, словно услышав его мысли, — мы тут попросили по-хорошему, по-положенному… На Земле, когда мы ее покинули, тоже почему-то начали считать эльфов субтильными ребятами, могущими только пыльцу с цветочков стряхивать… Но мы… точнее, лично я могу попросить и по-плохому. И плюньте тому в глаза, кто считает эльфов веселенькими ребятишками из-под кусточка…

Монстр надулся. Тимофей шагнул к эльфу, подпер его своим плечом. И не беда, что оно пришлось Вигале точно в подмышку, главное — это поддержка. Сзади набычился Леха, забормотал, начал складывать пальцы веером, одновременно принимая что-то типа боевой стойки.

Ситуация накалилась до предела, но тут мюсли, затертый землянами в компании с могучим эльфом в угол и временно позабытый там всеми, отчаянно закурлыкал, замахал коротенькими ручонками, направляя их одновременно и на монстра, и на троицу.

— Это возможно, — даже не дослушав курлыканье до конца, милостиво произнес желтовато-пятнистый уродец. — Да, это вполне возможно. Я добр, я снисходителен, я позволяю…

Выдав этот перл бюрократического нарциссизма, монстр откинулся назад и радостно улыбнулся. Вновь сверкнули зубы, больше похожие на две белые пилы, совмещенные зубьями.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил Вигала. — Я тоже добрый. И мои соратники, само собой, тоже добрейшей души существа… то есть люди. Такие добрые, что аж сиропом писают по причине своей излишней доброты! В общем, мы согласны. Предложение разумное, к тому же мне пора размяться. А в вашем городе борделей и в морду-то получить не от кого — боятся все почему-то нас, бедных эльфов, обходят строго по соседним улицам…

После чего «бедный эльф» склонил голову набок и вполголоса пояснил изумленным «соратникам»:

— Бедолага-мюсли предлагает отдать нам свою очередь. Он отказывается от прошения к главному магу — в нашу пользу… Но взамен мы поможем ему с его проблемой. Я, собственно, уже согласился за вас. Но если кто против…