Жил был демон, сам виноват - Алиса Дэль

Он отнёс меня в ванную и стал медленно раздевать. Сначала расстегнул одну за другой десяток пуговиц, растянувшиеся строем вдоль сарафана. Стянул лямку с левого плеча и покрыл поцелуями всё, до чего смог дотянуться, потом на очереди было правое плечо, и ласки повторились.

Воспользовавшись отсутствием лифа, он обхватил мою обнаженную грудь и стал посасывать то один сосок, то другой. Потом стал опускаться с поцелуями дорожкой к низу живота, становясь на колени. Таких умопомрачительных ласк у меня не было никогда!

Тогда, в первый наш с Максом раз, он был неистов и немного резок. Нежность проглядывала лишь иногда.

Сейчас же он старался всё сделать медленно, нежно и ласково. Желание патокой разливалось по венам, и мне уже не терпелось перейти к главному, но Макс не спешил.

Он снял с меня бельё и сарафан, поднялся на ноги, обхватил в объятия и, целуя, провёл в душ. Горячая вода полилась тропическим ливнем, омывая наши тела, а мы всё не могли остановить наш поцелуй.

Когда воздуха в лёгких стало совсем не хватать, Макс оторвался от моих губ, взял гель и, намылив ладони, стал бережно водить ими по моему телу. Трепетно и нежно… Я так перестану пользоваться мочалкой… Когда Макс выключил воду и завернул меня в полотенце, я готова была взвыть в голос.

Будто почувствовав мой настрой, он обдал ухо горячим дыханием и прошептал:

— Потерпи, малышка!

Прямо в полотенце он отнёс меня на постель.

Уложил аккуратно и сам прилёг рядом. Раскрывая тело, с выражением лица, будто распаковывает подарок, он откинул края полотенца и, окинув моё тело голодным взглядом, стал хаотично целовать: то плечо, то грудь, то живот, то колено.

Вся растерянная страсть вспыхнула вновь и завязалась тугим жгутом внизу живота. Я уже изнемогала от нетерпения, и когда Максим приблизил лицо, намереваясь поцеловать шею, схватила его ладонями и впилась в губы страстным поцелуем. Он всё понял без слов. Навалился на меня сверху, оперся на локти, не размыкая объятий и стал входить в меня медленно и осторожно. Я сама подалась навстречу не в силах терпеть эту пытку. Замерев на пару секунд, когда вошёл до упора, он начал медленные, чувственные толчки.

Медленно вперед и быстрее назад. Стараясь войти максимально глубоко и задержаться на секунду в пике моего удовольствия. Как же хорошо!

Насладившись неспешным ритмом, он стал наращивать темп, и уже через пару минут я стонала от удовольствия в голос. Надеюсь соседи нас не услышат…

Максим приподнялся на руках, а потом и вовсе сел на колени между моих ног, и это не выходя из меня и не прекращая своих сводящих с ума движений. Он придвинулся ближе, взял меня за бёдра и приподнял с постели так, что всё, включая поясницу и ниже оказалось на весу. Теперь не только Макс двигался вперёд и назад, но и моё тело он насаживал на себя, приподнимая и опуская. У меня просто крышу снесло от таких ощущений. Оргазм накрыл в тот момент, когда он чуть увеличил темп и изменил угол. Я закричала от удовольствия, и Макс, наблюдая за мной, вдруг ускорился и тоже кончил в тот момент, когда мой оргазм стал затихать. Повторюсь… как же хорошо!

Полежав в обнимку пару минут, унимая учащённое сердцебиение, Чадов снова сгрёб меня в полотенце и куда-то потащил. Только я хотела возмутиться, как оказалась в душе. Опять горячая вода, опять тело к телу и опять чувственный массаж его мыльной ладони по моему животу, груди. Поймав шаловливую мысль, я подумала: а почему бы и нет? Повернулась к нему спиной и потёрлась попой о его возбуждённый член. Мне показалось, или его пробила крупная дрожь?

Макс гулко выдохнул пополам со стоном и прикусил мочку моего уха.

— Что же ты со мной делаешь, малышка! Если не понравится— только скажи!

И прижал меня грудью к стеклянной поверхности душевой. Я осознала смысл слов и мысленно напряглась: а что мне может не понравится? Но вскоре эти мысли улетучились.

Макс надавил на поясницу, прогибая, положил руки на бёдра и резко вошёл в меня до упора. Я охнула от удовольствия и постаралась прижаться плотнее попой к его паху. Он снова взял неспешный ритм, обнимая и прижимаясь ко мне.

От такого контраста температуры — стеклянная стена впереди холодит соски и кожу груди, а сзади прижимается разгорячённый мужчина, температура которого гораздо выше чем 36,6 — я получала просто сумасшедшее удовольствие. Разогнавшись до жёстких толчков, Макс добрался рукой до клитора, довёл меня до оргазма всего несколькими движениями, и сам кончил вместе со мной.

Разморённая такими играми, я позволила себя помыть, укутать в халат и отнести в кровать. Уже засыпая на груди любимого, спросила о том, что не давало покоя:

— А что мне могло не понравиться?

— Стекло холодное, но от этого и ощущения должны быть ярче. Я же угадал?

— Угадал, — улыбнулась я, уплывая в сон, и уже не расслышала его бормотания:

— Сладких снов, моя страстная малышка… Моя любимая.