Последняя битва - Александр Тестов

– Ну-у-у, – протянул выборник, – если он успеет оповестить все роды и по Сохе, и по Ловти, и по другим рекам, то не меньше пяти сотен…

– Это все земли подвластные ему?

– Да, Сигурд – это его земли. Он – князь.

– Ясно… – Сигурд сложил пальцы в замок и хрустнул костяшками. – Странно одно – если они вели нас от самого борга, то у них было полно времени изготовиться и собраться воедино. Отчего же на нас напали только две с половиной сотни. Где остальные?

– Так, может, не успели…

– Еще подойдут…

– Да, точно!

– А я вот думаю, дорогие мои десятники, что нету больше у этого Нимоякке воинов.

– Как так?

– С чего бы?

– Ну…

– Тихо-тихо! – херсир поднял руку, прерывая гвалт. – Все просто. Его бояре… кхм, хёвдинги, что сидят по своим селениям, за свои шкуры и усадьбы дрожат больше, чем за княжеские выгоды. Вот и думается мне, что собрал этот Нимаякке только половину от ожидаемого.

– Ну…

– Оно конечно, но…

– Нет, вы послушайте, – Сигурд встал и принялся неспешно прогуливаться вдоль стола. – Он собрал две с половиной сотни – сила немалая, коли ею с умом обойтись. И он решил с нами одним ударом покончить. Тем более что они точно знали о нашей численности – что им мешало пересчитать нас на походе? И, чтобы вернее нас прикончить, выбрал ночное нападение. Я и сам бы так поступил!

– Может, оно и так, а может, и нет, – в задумчивости произнес Трюггви, остальные десятники пока молчали.

– Но и это еще не все! – изрек херсир, продолжая расхаживать. – Есть у меня еще одна думка. Кятля, сколько отсюда до Торотвы?

– Ну, три-четыре дня…

– По реке?

– Да, по Сохе ежели…

– И большой, говоришь, град?

– Большая ограда… купцы сказывали…

– Ага. Вот! – Сигурд остановился и многозначительно поднял палец. – Если борг у этого Нимоякке большой, то что?

– Казна? – вспыхнули глаза Эйнара, и почти все присутствующие согласно закивали головами.

– А еще – семья! – сделав усиленное ударение, уточнил херсир. – Кятла, у князя мерянского есть в Тротве семья?

– Как не быть – есть. Жена, дочь и трое сыновей, – ответствовал чудинский выборник, так купцы сказывали…

– Ну вот! – Сигурд, наконец, вернулся на место, перестав маячить за спинами собрания. – И казна, и семья требуют большой охраны, да и сам борг, если велик, то там в любом случае надо держать дружину. Следовательно, даже если Нимоякке и собрал все свои силы, то ему их все равно пришлось бы разделить. Половина была здесь, и участвовала в нападении на Уйболлу, а половина должна сидеть в Тротве.

Сигурд был доволен своей, как ему казалось, безукоризненной логикой. Этот вывод ему подсказывали знания, полученные в его, двадцать первом веке – не зря же он и реконструкцией занимался, и по библиотекам сиживал, ох, не зря…

– Так мыслю, – закончил он свое выступление. – Теперь хочу услышать ваши думы. И особенно, что нам предпринять дальше?

– Ну-у-у, – пробасил дородный телом Магнус, – если ты, херсир, все верно рассудил, хм… то нам сподручнее их все же нагнать и прихлопнуть, – его тяжелая длань громыхнула о стол.

– И я вот смекаю, – прищурился Ингвальд, – надо выступать, и, пока они не очухались от наших оплеух, прикончить всех!

– Атаковать! – решительно изрек Эйнар. – Одним ударом изрубим всех. А там уже и до борга ихнего доберемся.

– Что их там осталось-то? Чуть больше сотни, да еще и пораненные есть… – вроде как, рассуждая вслух, молвил Ульф.

– Так ведь и у нас есть раненые, – резонно заметил Олаф, – немного, правда…

– Вот то-то, что немного, – Эйнар подмигнул обоим Свейнам, мол, чего молчите, давайте!

– Мои воины пали духом, – честно признался чудин, – нам нужна победа, и быстрая, иначе… Словом – я за атаку!

Трюггви испытующе посмотрел на отца, а потом произнес:

– Я тоже – за. Надо идти и добивать врага.

Сигурд внимательно выслушивал каждого, лишь хитро улыбаясь одними глазами.

– Ну, у кого еще какие думы?

– Да уж, а чего тянуть то? – вопросом на вопрос ответил один из Свейнов. – Идем и все!

– Один с нами! – поддержал второй Свейн.

– А что нам скажет наш Стейн? – херсир обратился к седовласому десятнику. – Ты у нас тут самый опытный. Что думаешь?

– Вот пятый десяток зим я разменял, а таких дурней, как вы, – Стейн обвел пальцем присутствующих, – не видывал.

Десятники, да, признаться, и сам херсир, аж обомлели, но смолчали. Ждали, что скажет старик.

– Да неужели этот ваш Нимошмякка такой дурак, что будет сиднем сидеть и поджидать нас, покуда мы не явимся и не намнем ему бока?! Бузина[46]все это. Тут его родные края, он тут каждую кочку, каждое дерево знает, а мы прем, как кабан, напролом. Разве ж это дело? А может, у него еще воины есть? А может, у него давно по соседям клич кинут? Тогда что?

– Так нам-то что теперь – поворачивать? – вскипел Эйнар, у которого, казалось, добычу уводят прямо из-под носа.

– Вот я и говорю, вы – дурни, – не изменяя тона, продолжил Стейн.

– Ты давай не бранись, – повысил голос Олаф, – а дело говори, если знаешь!

– Да, Стейн, дело говори, чего кита за ус тянешь! – пробасил Магнус.

– А я и говорю. Прежде чем мечом махать, надо выслать дозорных да посмотреть все хорошенько. Следы высмотреть, а лучше лагерь их найти да ночью по кострам сосчитать врагов.

– Викинги никогда врагов не считали! – нервно бросил Эйнар.

– Вот оттого, Эйнар, что ты не думаешь, а сперва серишь, а потом уж смотришь, куда!

Десятники дружно прыснули на шутку Стейна.

– Га-га… точно, клянусь Асгардом… – заливался смехом Ульф, – он в прошлую зиму в нору насрал… ха-ха, а оттуда змея…

– И в мошонку его цапнула, – ржа как конь, продолжил один из Свейнов.

– Замолчите! – покраснев как рак, стрелял глазами Эйнар.

– Ага-га… ему еще повезло… га… что это был уж… га-га… – вставил второй Свейн.

– А то… а то… – Трюггви от смеха не мог выговорить, – а то бы прощай Эйнар ма… ма-ма… маленький…

– И большой! Ха-ха… ха… – бас Магнуса содрогнул кружки на столе.

– Ладно, будет вам… – херсир пытался остановить веселье, но это у него вышло не сразу.

Он и сам смеялся от души, но сердцем понимал, что хватит, пора к делу.

– Все… все – угомонились!