Время пришло - Ларк Аэри

– Как у вас сложно! – опечалилась Эленара. – Тогда мне надо поговорить хотя бы с принцессой. Мы вместе решим, что делать. Ведь в опасности весь мир!

Райден долго думал, что ответить этой наивной самоотверженной женщине, потом сказал:

– Я постараюсь выяснить через доверенных людей, как и где можно встретиться с княжной. К сожалению, я ничего не знаю о ней и не могу сказать, воспримет ли она всерьез написанное в этом манускрипте или сочтет чьими-то досужими измышлениями. У нас нет никаких доказательств, что это именно так. Существует много легенд о том, что именно вызвало угасание народа денери, но каждая называет свою причину.

– Но вы-то верите в то, что сейчас прочитали! – воскликнула Эленара.

– Я… верю, – произнес Райден после небольшой паузы. – Верю хотя бы потому, что манускриптами о причинах происходящего в мире местные долины не засеяны – я исходил и изъездил их вдоль и поперек. Хотя в заброшенных городах, быть может, сохранились даже целые библиотеки, но я пока не нашел пути туда. Однако дикие карайны несколько лет назад ушли в те места и обещали вернуться, когда придет ВРЕМЯ. Только вот в их понятии это самое ВРЕМЯ тоже связано с не слишком хорошими событиями, поскольку они обещали бороться против чего-то вместе с людьми.

В этот момент Райден почувствовал на затылке чей-то пристальный взгляд и инстинктивно обернулся. За спиной в доме не было никого. Он начал припоминать, кому принадлежал такой взгляд, а через несколько мгновений раздался стук в дверь.

– Да! Входите! – крикнул Райден.

На пороге открывшейся двери обнаружился Лаег. Со словами: «К вам гость», – юноша посторонился, и все увидели его… Райдену на миг захотелось упасть в обморок, как изнеженной девице-аристократке, но он не умел. В дверях стоял Раи’не ушедший вместе с другими свободными карайнами в запретные города несколько лет назад, о чем Райден рассказывал только что. Остальные увидели очень светлого карайна, который пристально смотрел на них. Взгляд странного существа проникал в самую глубину души. Внезапно все трое услышали одну фразу: «ВРЕМЯ пришло. Мы вернулись». А в следующий момент в дверном проеме уже никого не было.

Райден передумал падать в обморок и длинно выругался.

– Это то самое ВРЕМЯ, о котором только что шла речь? – недоуменно спросила у него Эленара.

– Да. Наверное… – выдавил из себя командир отряда. – Я найду вам принцессу и постараюсь организовать аудиенцию у наиболее здравомыслящих аристократов-денери, на это тоже потребуется время. Многие из них тайно живут в Доре под чужими именами. Но я надеюсь успеть…

На этом разговор оборвался, и супруги, пожелав Райдену хорошо выспаться, ушли домой.

Однако из-за всего случившегося сон был сбит, поэтому, промаявшись в доме пару часов, Райден вышел на улицу и пошел по направлению к тренировочной площадке отряда. Теперь подрастающее поколение тренировал Сэлги и некоторые парни из утащенных некогда Хальдрой малышей. «Как-то там Релио? – подумал Райден. – Что-то парень совсем загрустил». Хальдра появлялась у своего бывшего приятеля нечасто, а без своего карайна тот чувствовал себя лишним в отряде, да и вообще в этом мире. Наставнику очень хотелось помочь своему первому подопечному, проснувшемуся в другом времени, но он пока не мог придумать чем, и обращался к Тем, Кто над звездами, чтобы они помогли парню найти свой путь. На далеком северном острове, где родился будущий разведчик княжеских войск, поклонялись духам мест и дарили им подарки, поэтому они помогали; от бродячих злых существ ведающие ставили заслоны и делали амулеты, а Теми, Кто над звездами, называли всех божественных и прочих сущностей, которые были еще сильнее, но вмешивались в жизнь людей очень редко, поэтому мало кого из них знали по именам. За сто двадцать три года жизни Райден, прибывший на континент в семнадцать лет, усвоил и перенял здешние обычаи, но эта детская привычка осталась.

Внезапно под ноги наставника из травы выкатился клубочек двухмесячных котят. Натолкнувшись на ноги человека, клубочек распался. Котят оказалось трое, и все довольно светлые.

«Наверно, правнуки Хальдры», – с улыбкой решил Райден, по крайней мере в четырех ее собственных котятах угадывалось отцовство Раи’не.

Котята уставились на человека, и тут ему показалось, что он слышит громкий шепот. Райден встряхнул головой, отгоняя наваждение, но снова услышал, теперь уже более отчетливо: «Сматываемся по-тихому!» или что-то в этом роде, и котята стали медленно отступать, на ходу практически исчезая на фоне травы.

«Три бессонные ночи и визит Раи’не не пошли впрок рассудку, – устало констатировал Райден. – Еще немного, и я тоже начну разговаривать со всеми котами округи и петь им баллады, как тот парень, как его, Лаег. Да, кстати, у Лаега дар слышать чужих карайнов, ну совсем как у Раи’не людей. Тьфу! Опять я о нем. Скоро свихнусь. А парня надо бы пристроить к делу – обучать котят, и не только. Я совсем замотался и забыл организовать это. Вот только самого Лаега кто бы вразумил, парень совсем одичал после той истории с Черным Райли, даже с точки зрения родственников. Вот завтра высплюсь и займусь».

Неожиданно справа из сгустившейся темноты раздалось громкое «мяу!» в два голоса, причем один голос был человеческим, хотя это стало понятно только благодаря большому опыту. В темноте сначала засеребрились глаза не очень крупного карайна, а потом появился худощавый юноша со встрепанными волосами в обнимку с очень светлым карайном.

«Опять Раи’не?! – Мозг Райдена уже не выдерживал. – Но почему в обнимку с Лаегом, то есть Лаег с ним?!!»

«Я А’ира, младшая сестра Раи’не, – донеслось в ответ. – Лаег – мой принц».

– Лаег! – воззвал Райден, цепляясь за последние искры рассудка.

– Да, учитель! – ответил юноша, пряча за спину укушенную руку.

– Кем тебе приходится эта, мм… девушка? – У Райдена почему-то язык не повернулся назвать сестру Раи’не кошкой, как обычно по-простецки называли карайнов.

– Это моя девушка. Мы теперь вместе.

Лаег вскочил на карайну верхом, и вскоре среди скал опять раздалось громкое «мяу!» в два голоса.

Это происшествие стало последней каплей. Вернувшись в дом, Райден налил себе двойную дозу успокоительного зелья и вырубился на двое суток.

Ночью Элвио впервые увидел того самого денери, с которым его сравнивали тюремщики еще в день прибытия. Почти обнаженный юноша танцевал на полутемной сцене, слабо подсвеченной факелами. Светлый силуэт кружился, то склоняясь и почти падая на колени, то выпрямляясь и воздевая руки к невидимому небу, и посетители в зале переставали жевать и слюняво чмокать своих любовниц и любовников. Порывистые движения сплетались в совершенные формы. Драгоценные камни, вставленные в кожу танцора, отбрасывали странные блики и лучи, которые, попадая на людей, заставляли их вздрагивать и оглядываться вокруг. Это была магия без магии.

Однако стоило закончиться танцу, как десятки жадных рук, подобно щупальцам чудовищ, потянулись из темноты зала к замершему танцору. Будь воля Элвио, он обрубил бы их все, чтобы они не смели прикоснуться к сказочному нечто, что перевернуло его душу и возвратило надежду и силу. К счастью, хозяева заведения не давали воли посетителям, понимая, что юноша более выгоден для них в качестве танцора, чем в каком-либо другом.