Конец легенды - Денис Ватутин

Время неумолимо утекало вместе с энергией комбезов и кислородом в баллонах за спинами.

– Дэн! – Резкий окрик в наушниках заставил меня вздрогнуть. – Давай пойдем уже!

– Куда? – равнодушно спросил я.

– В сторону поселка! Не будем же мы подыхать тут просто так! Соберись! Ты же не тряпка! Давай!

– Джей, – спокойно ответил я, и мои мысли и даже тон, которым я это сказал, были мне противны. – До поселка мы не дойдем, ты прекрасно это знаешь…

– Ну, и что с того?! – закричал голос Джей в наушниках, надрывно звеня мембранами. – Ты хочешь умереть здесь? Просто так? Вот сидя?! Дэн! Вставай! Мать твою!

На меня продолжала наваливаться какая-то ватная усталость…

– Ну, хорошо, есть идея получше: давай замерзнем в пути, – медленно произнес я.

– Пошел ты на хрен, Охотник Странный! – выкрикнула Джей. – Ты сдаешься? ВСЕ?!!

– Понимаешь, Джей, – было ощущение, что моими губами шевелит кто-то другой, – люди слишком суетливы: лезут туда, где им не жить… Поэтому они часто умирают…

– Дэн, заткнись!!!

– Я и говорю, – бубнил я, – даже если мы согреемся в пути – без воздуха мы умрем…

– Ну, приедут же рано или поздно за этими цистернами??? – воскликнула Джей.

– Вот, ты очень верно расставила шкалу вероятности, – сказал я, возненавидев себя окончательно. – «Рано или поздно»…

– Дэн! Хватит!

– Надо уметь признать поражение, Джей…

– Это не ты говоришь! Дэн!

– Ладно, неугомонная ты, – проговорил я спокойно, ощущая себя персонажем одного из своих видений. – Есть план «Б», но никто не поручится, что он лучше…

– Ну-ка? Говори! – потребовала она. – Что у тебя на уме?

– Можно немного согреться, отключив питание комбезов, правда, ненадолго…

– Так…

– Привлечь к себе, так сказать, внимание…

– Ну? Это то, о чем я думаю?

– Окислитель в баллонах цистерн для дыхания непригоден… Значит… открыть штуцер цистерн, запитав компрессор от аккумуляторов комбеза, – говорил я на автомате, словно заученный текст. – Смесь поджечь… и… Даже не знаю, сколько времени будет у нас до взрыва… Если кто-то, кому нужны эти баки, успеет нас заметить… А может, и не успеет и просто припрется сюда, к раскуроченным горящим остаткам…

– Я же так и думала! – выкрикнула Джей. – Это же вариант!

– Это вариант получить пулю в лоб от сотрудников «Пантеона», – сказал я, будто стараясь выдать что-то умное. – Он мало отличается от тихой смерти в снегах, согласись…

– Соглашаюсь… – Джей подскочила ко второму люку контейнера, донесся приглушенный морозный лязг металла, и дочь Хмурого скрылась в контрольной будке…

Чувствуя себя полным слизняком и придурком, я спокойно восседал на резиновом буфере контейнера с цистернами, медитируя на кружащие вокруг снежинки. Я думал… правда, о чем конкретно, я не знал – просто думал, и все… Я вспоминал, как нас с Азизом повели на расстрел в «Изумруде», как я впервые поцеловал Ирину, как мы выползли из-под горящих танков у Башни… Как Ирина доставала пулю из моей руки… Йоргена, Сибиллу… Вспоминал дрезину и купе поезда… Где мне было так хорошо и я чувствовал счастье… И всякий раз до меня доходила досадная мысль: «Ты, Дэн, маленький слабый идиот, который вздумал мнить себя самым правильным и непогрешимым, – не смешно ли это, с твоей же точки зрения?»

А мог ли я иначе себя повести? Мог ли избежать своих ошибок? Отказаться от любви? Плюнуть на врагов? Мог конечно же… Все я могу. Значит…

– Вот здесь намудрили в каскадах, – сказал в моих ушах голос Джей.

Я взглянул на хронометр своего КПК – у нас оставалось кислорода ровно на один час одиннадцать минут… Красивая все же штука – этот снег, которым мы скоро станем… Так искрится и играет в лучах света…

Лучах? Света? Что это? Рычание, визг и хруст… Желтоватое пятно света резко выделялось в синей мгле ночи…

– И-и-и-и-йя-а-а-а-а-а-а! – послышался резкий, леденящий душу окрик.

Даже у меня спала меланхолия. Достав револьвер из кобуры, я присел на корточки, соскользнув с буфера.

– И-и-и-и-йя-а-а-а-а-а – ху-у-у-у-у-у-у-у-у-у! – вновь повторился резкий звук, перемежаемый хриплым лаем церберов.

Пятно света во мгле превратилось в яркий кружок с ореолом снежинок, а на площадке показались изрыгающие пар морды собак-мутантов с обледенелой шерстью. На них были кожаные ремни с постромками, тянущиеся к легкой тележке на алюминиевых полозьях. Со стойки на ней и светил яркий фонарь, скрывающий в темноте седока. Я успел заметить, что на собак надеты специальные намордники с небольшими шлангами: собаки тоже имели аппараты для дыхания! Церберы! Мне почему-то стало обидно…

– Кел хар! – последовал громкий окрик.

Я скатился под буфер, выставив вперед револьвер, выданный Азизом, но в то же мгновение грянул громкий выстрел, и сугроб рядом со мной взметнулся мелкими многочисленными фонтанчиками снега.

Кучность этого дробовика меня испугала – больно уж рядом ложились дробинки.

Джей громко выругалась в эфире и, вынырнув из люка, замерла на одном колене со своим «стечкиным» в правой руке.

Медленно, поскрипывая снегом, большими войлочными сапогами, бесформенная фигура в огромной меховой шубе, будто сшитой на великана, с торчащей из-под меховой шапки дыхательной маской приближалась к нам.

Глухо рычали собаки, а мне примерно в область лобной кости был нацелен черной дыркой стальной раструб самодельного дробовика огромнейшего калибра.

– Гош тэ, се рэ? – последовал вопросительный возглас. – Бюшоро тохча?!

Кожа человека под стеклом была загорелой, но какого-то неестественного цвета, а дыхательная маска покоилась на широких скулах, обмотанных вязанным вручную шарфом.

– Хаар да! Шепера бестах! – быстро произнес он, и его собаки зарычали громче.

– Нам нужна помощь! – крикнул я, включив внешние динамики и опустив револьвер.

– Это что еще за чучело? – спросила Джей.

– Спроси его сама, – негромко произнес я.

– Бихта берембе, – сказал человек в шубе с задумчивыми интонациями и стал внимательно осматривать цистерны.

Он обошел их вокруг, сунул голову в один из люков компрессорного отсека, посветив туда налобным фонарем. Затем он пошарил в соседнем люке. Когда вернулся к нам, вид у него был немного разочарованный.

– Шепера тох дун ху! – сказал человек, указывая рукой на цистерны.

Чисто интуитивно я замотал головой и показал на себя ладонью.

– Охотник! – громко и четко произнес я через внешние динамики, указывая на себя.

– Тохча! – гордо выпятив меховой воротник, сказал пришелец.