Сицилийское королевство - Алексей Живой

Забубенный вспомнил про две банки сгущенки и альбом группы «Аукцион» из прошлой жизни под названием «Как я стал предателем». Вздохнул и посмотрел в другую сторону. Там, сразу за оврагом, начинался довольно густой лес. Возможно, замок друзей Констанции находилось сразу за этим лесом, но Григорий сомневался в его сохранности, зная привычку монголов уничтожать все, что может служить оборонительными сооружениями для врага в радиусе нескольких верст от осажденного замка. Но выбирать было особенно не из чего. Назад нельзя. Только вперед. К побережью.

Механик вернулся и рассказал Констанции о том, что вокруг замка появились венгерские солдаты. Жена Фридрих помрачнела.

– Надо спешить. Я не хочу попасть в лапы к королю Андрею.

– Ну, – вздохнул Григорий, – надо, так надо. Тогда пошли.

И обернувшись к Иблио, который вымазался в грязи не меньше фрейлин и походил сейчас на монаха-отшельника благодаря своей худобе, добавил:

– Идем тем же порядком, ты замыкающий. Быть начеку.

Констанция перевела слова Забубенного на немецкий. Иблио кивнул, невольно потянувшись за ножом, который успел перед спуском в подземелье вынуть из шеи мертвого монгола, протереть и засунуть обратно за отворот высокого ботинка. Видно, немецкие отроки без ножа на улицу не выходят. А королевские пажи и подавно.

– И фрейлинам скажи, чтобы не отставали, – враг близко.

Жена императора перевела все сказанное фрейлинам. На лицах красоток появилась гримаса страдания. Они никогда в своей жизни не ходили пешком так долго, да еще по лесам. Да еще в таком непотребном виде, без макияжа и причесок. Это было ужасно, говорили их кислые лица. Но механик был суров и непреклонен. Иначе сейчас не выжить. Сама же Констанция переносила тяготы и лишения довольно стойко, Забубенный даже втайне восхищался такой неприхотливостью жены императора, привыкшей к роскоши. Видно, бывали в ее судьбе и трудные времена. Или ради достижения цели она готова была вытерпеть что угодно.

Что будет после достижения этой цели, механик старался пока не думать. Что будет, то и будет. Пока они не далеко ушли от замка, можно было и не загадывать.

Первым покинув овраг Забубенный, короткими перебежками, озираясь, миновал небольшое открытое пространство и нырнул под спасительную лесную тень. За ним открытое место преодолела Констанция, потом фрейлины и все остальные. Иблио, озираясь, последним оказался в лесу. К счастью, со стороны реки эта поляна перекрывалась деревьями, окружавшими овраг, и венгры с другого берега реки их увидеть не могли.

Поджидая, пока все соберутся, механик-чародей всмотрелся в окружающий лес. Это была, конечно, не беловежская пуща, где можно заблудиться, но для предгорий вполне приличный лес. Невысокие кряжистые ели росли вперемежку с редкими лиственными деревцами, названия которых Забубенный не знал. Не ботаник все-таки. Да это было и не важно. Главное – лес был достаточно густой, чтобы можно было скрытно передвигаться.

– Далеко до твоих Шубичей-то? – спросил дотошный механик.

– Замок должен быть сразу за лесом, – ответила Констанция, – но пешком я туда никогда не ходила.

– Догадываюсь, – кивнул Забубенный, – а лес-то большой?

Констанция пожала плечами.

– Понятно. Тогда пошли, – закончил разговор Григорий, вставая.

Небольшой отряд под предводительством беглого русского механика Григория Забубенного углубился в лес. Несмотря на реальную опасность погони со стороны венгров или даже монголов, шли они довольно медленно. Как ни старался механик войти в походный ритм, о котором помнил еще с прошлой жизни, когда лазил по горам с рюкзаком, ничего не получалось. Фрейлины – это не туристы. Они требовали постоянных остановок, и Забубенный вынужден был их делать. Иначе барышни грозили устроить истерику, а кричать на них было бесполезно. «Где бы раздобыть лошадей? – думал раздраженный механик, – а то мы так не только до побережья не дойдем, а скоро вообще костьми ляжем, не увидев даже долгожданных Шубичей».

И механик, скрепя сердце, каждый раз уговаривал фрейлин последовать примеру своей королевы и крепиться, чтобы пройти еще немножко. Но скоро и «железная» Констанция начала сдавать, скрывать усталость у нее больше не было сил. А склон, по которому они поднимались, становился все круче. Найденная тропа шла вверх.

К счастью, часа через четыре отряд беглецов вышел на вершину холма, откуда открывался великолепный вид на простиравшуюся внизу долину. Там было довольно живописно – зеленый еловый океан опоясывал желтые горы, уходившие за горизонт. Солнце, поднявшееся уже высоко, раскалило воздух. В такое время хочется лежать в гамаке в тенечке и пить сок. Но до этого было еще далеко.

«Там, наверное, уже Хорватия, – прикинул Забубенный, глядя на горизонт, и пытаясь увидеть море, – а за ней и Далмация, о которой говорил фон Штир и Констанция. Интересно, сколько дней идти до этой чертовой галеры, и дождется ли она нас?».

Опустив взгляд, у подножия холма обрадованный Григорий разглядел небольшой замок, точнее имение, состоявшее из огороженного каменной стеной большого дома и каких-то хозяйственных построек. Вилла Шубичей выглядела вполне привлекательно для уставшего путника. Забубенного смутил только легкий дымок и запах гари, чувствовавшийся даже здесь.

– Это оно? – уточнил Забубенный, когда уставшая Констанция поравнялась с механиком.

– Да, – кивнула она.

– Отлично, – ответил Григорий, – тогда осторожно спускаемся.

И добавил после того, как обрадованные фрейлины подняли радостный визг, словно спасение уже пришло:

– Тише вы. На территорию войдем только после разведки.

Еще часа два ушло на спуск с холма в имение Шубичей. По дороге сомнения механика относительно сохранности этого загородного дома только крепли. Запах гари становился все отчетливее. А, спустившись в долину, они обнаружили на тропе, ведущей к дому, несколько трупов.

– Это слуги из имения, – испуганно сказала Констанция, опознав их по одежде.

– Понятно, – кивнул Григорий, – я так и думал.

Разыскав глубокий овраг, он велел всем расположиться тут в сторонке, а сам послал Иблио на разведку. Велел рассмотреть, что к чему, но в бой не ввязываться. Немецкий отрок вернулся довольно скоро и подтвердил опасения прозорливого механика. Имение было сожжено, все, кто там находился, заколоты. Кем именно, Забубенный не спрашивал, и так понятно.

Он посидел в задумчивости несколько минут, под взглядами убитых этим известием фрейлин и Констанции, но потом все же принял непростое решение.

– Пошли, – сказал он. – Надо посмотреть, может чего ценного осталось от твоих Шубичей.