Осенний марафон - Александр Романов

Хуже то, что, если баки пусты, сделать их полными я уже не могу. Глупо — но факт. Я могу оперировать с содержимым чего-либо, только если окружающим оно заранее и однозначно не известно. Во всяком случае с мешком и прочими емкостями я такое проделываю регулярно. А вот тут — фиг. Такой вот магический парадокс, па-анимаешь…

И чего теперь делать?

В принципе — можно тупо деструктурировать это судно в пыль и вместо него выдуть новое. Зачудительное решение!

Впрочем, с вертолетом, например, я бы так и сделал. Но здесь? Во-первых, неизвестно, чем для меня обернется еще раз сотворить такую махину. Все-таки раньше я ограничивался стандартным морским контейнером — почувствуйте разницу… А во-вторых… Да меня просто задавила жаба! Как можно такого красавца после совсем короткой поездки отправлять в уничтожение?!

В общем, я некоторое время колебался между монументальной идеей выдуть на берегу целиком нефтеналивной танк (ну, керосиноналивной) и скромным вариантом ограничиться простым бензозаправщиком. Победила скромность: с топливозаправщиками мне приходилось иметь дело. Да и размеры получались не такими непосильными. А уж заправить из цистерны емкостью в три тонны более объемные баки корабля — это нам как два пальца об асфальт…

Самое смешное, что до еще более простой идеи — выдуть на берегу возле «Стрелы» обыкновенную бензозаправочную колонку — я смог додуматься только задним числом, когда все уже было сделано… Гений, блин…

Короче, выдул я «Урал» с цистерной, поставил его так, чтобы шланга хватило, загнал Пашку с заправочным пистолетом к горловинам — и принялись мы заливать керосин.

Дело, надо сказать, не быстрое. Учитывая потребное количество. Так что я стоял у задней раскрытой части заправщика и маялся скукой. Даже покурить было нельзя — в связи со спецификой работы. И в сторону не отойдешь: черт знает — а вдруг без меня содержимое в бочке кончится?! Гадство, знаете ли…

Пашка наверху тоже не шибко веселился. А даже в чем-то меньше: там от ветра не имелось совсем никакого укрытия. Потому мы с ним даже потрындеть толком не могли — ему там было не до базара.

От нечего делать я глазел по сторонам и потому шевеление в толпе зрителей обнаружил даже раньше охранников.

Какой-то человек, протолкавшись в первые ряды, явно желал пройти, а Берановы гвардейцы его не пускали. Неизвестный что-то говорил, неслышимое за расстоянием. А потом, заметив меня, принялся едва не подпрыгивать и размахивать руками так, словно он девочка из группы поддержки.

— Всеволод… Гар… — донеслись до меня обрывки криков.

Упс… А ведь он, похоже, меня знает, осенила меня светлая мысль. Я изменил увеличение контактных линз, пригляделся и велел охранникам:

— Пропустить!

— Чего это вы тут делаете, Брада? — спросил я, глядя на смущенного бакалавра.

Последний раз, если мне не изменяет память, я видел его… сколько там дней назад? Ну в общем, когда они меня с этой дамой — Дейной — выводили из запоя. А потом вербовали к ней в команду как специалиста по волколакам.

И какого черта он делает теперь в этой дыре?

— Ну… — замямлил Брада в знакомой уже манере. — Я, сударь, здесь с поручением от госпожи… Она отплыла в другое место… Потом мы с ней встретимся ниже по течению… Увидел вас… Хотел подойти… Но сперва вы спали, как мне сказали, а потом… Стража не хотела меня пускать. Хорошо, что вы увидели…

— Господи, Брада, — сказал я. — Ну говори короче!..

Брада помялся еще. Но все же заговорил порешительней:

— Сударь! Я хотел бы извиниться перед вами!

Чего это вдруг? Я повертел какое-то время сей вопрос в голове, а потом задал вслух, так и не сумев разрешить загадку.

— Я не знал, что вы — королевский магистр! — отчеканил этот недоучившийся тауматург.

— И что?

— Разница в нашем положении не была мне известна, — продолжал Брада не иначе как по инерции. — И я невольно мог оскорбить вас своим поведением!..

О-ё…

— Ты чего, спятил? — спросил я.

Хотя, конечно, да: не знал он, что я личный джинн короля. Откуда? Я тогда и сам этого не знал!.. Стоп…

— Погоди-ка, — остановил я Браду, собравшегося еще что-то сказать. — А сейчас-то ты откуда это узнал?

— От людей герцога Берана…

Тьфу… Умен же ты, господин королевский магистр! Ептыть тебя поперек спины…

— И я хотел бы извиниться, — опять завел свою шарманку этот трактирный прорицатель. — Что вел себя неподобающе с особой такого несопоставимого ранга, как мой…

О-о-о… Эти феодальные китайские церемонии! Различия, в смысле, сословные. Хорошо еще, что здесь не додумались до таких форм общения, какие были в свое время не то у инков, не то у майя… У индейцев, одним словом, где-то в Южной Америке.

Там представитель покоренного племени не мог обратиться к представителю правящего иначе, как повернувшись к нему задом, встав на колени и уткнувшись лицом в землю. В противном случае бедолага подлежал смерти за непочтение. Представляете, как в таком положении можно разговаривать?

Или как у нашего Ивана Грозного заведено было — да и у всех остальных царей тогда, как я понимаю… Совершенно обычное дело: поставить во время разговора ногу на собеседника. На выю. Ага…

— Брада! — Я не то чтобы рявкнул. Или гаркнул. Но сказал это достаточно командно.

Бакалавр проскопических наук вздрогнул и вытянулся.

— Да, господин магистр!

— Во-первых. Я не личный королевский магистр. Я — личный джинн Верховного Короля Остравы и Крунира Дарека, — сказал я, наблюдая, как стекленеет взгляд у бедняги. — Хотя для простоты ко мне обращаются как к магистру… Во-вторых. В момент нашего знакомства я действовал скрытно, что есть абсолютная правда! Именно — скрывал от всех, кто я есть такой, и никому признаваться не собирался! — И в-третьих… Брада! Тауматургию твою за хвост и об угол! Перестань валять дурака и говори со мной, как и говорил раньше — как с нормальным человеком! Понял?!

— По… нял… — выдавил из себя Брада. И действительно стал слегка похож на человека. А не на строевого болвана из армии императора Павла Петровича.

— Ты что — именно за тем ко мне и пёрся, чтобы извиниться?

— Н-нет, — замотал парень головой. — То есть — да! — спохватился он тут же. Но уже вполне нормальным голосом. — Но вы, сударь, поймите… Я же вам говорил, кажется, что еще не имею диплома. И занимаюсь своими предсказаниями не совсем законно. А если об этом узнают в Академии…

— Да не узнают… Успокойся ты!

— Спасибо! — совсем воспрял духом будущий дипломированный чародей. И тут же признался: — Но я, конечно, шел к вам не только за этим!

О! Наконец-то! Преамбула закончилась! Амбула пошла!

— А зачем?