Проклятие короля - Василий Горъ

— Состояния моего резерва?

— Да, ваша милость… — кивнул иллюзионист. И, увидев, что я остановилась, поднес руки к лицу и зачем-то уставился на свои пальцы.

Я тоже перевела на них взгляд и ошалело посмотрела на мага: у него отчего-то тряслись руки!

— Что с тобой, Облачко? — удивленно спросила я: получалось, что никогда и никого не боявшийся боевой маг только что испугался меня!

Пропустив мой вопрос мимо ушей, эрр Маалус сглотнул подступивший к горлу комок и робко(!) попросил:

— Ваша милость! Вы не присядете обратно в кресло?

И, дождавшись, пока я поднимусь на возвышение, негромко произнес:

— Ваш отец очень любил вашу мать. И… в общем, давайте, я лучше кое-что покажу…

…Иллюзия, созданная Облачком, оказалась такой четкой, что мне стало не по себе: сидя в кресле отцовского кабинета, я видела вокруг себя спальню мамы. Гобелены, украшающие стены, ее кровать с балдахином, таз с водой, над которым поднимался пар, кучу тряпок на столе. Отца с комком окровавленной живой плоти на руках. Повитуху, стоящую над раздвинутыми ногами какой-то женщины… и лицо роженицы, чем-то неуловимо похожее на мое.

Вглядевшись в него, я вдруг поняла, кто передо мной! Мать! Женщина, которая меня родила! Кинув взгляд на то место, где только что стоял иллюзионист, я закусила губу и еле удержала рвущийся наружу стон: оказывается, маму можно было увидеть не только на портретах, а вот так! Живой и здоровой! Ведь ее лицо, фигура, улыбки и даже голос хранились в памяти человека, который с самого детства находился около меня!! А мне даже в голову не пришло попросить ее показать!!!

Боль в груди была такой острой, что я закрыла глаза, плеснула силы в печать Гармонизации канала сердца и не сразу поняла, что именно говорит повитуха:

— Ва-ва-ваша милость! Ваша дочь — маг Жизни! И… это… ее скорость восполнения выше второй категории! Уже выше, ваша милость!

— Облачко! Она права? — хрипло поинтересовался отец.

— Да, ваша милость… — откуда-то из пустоты раздался голос иллюзорного эрра Маалуса.

— Вы дали жизнь Темной! Чудовищу, способному ввергнуть мир в пучину кровавого безумия! Убейте ее, ваша милость! Убейте! Прямо сейчас, а то… это… ну…

Странно, но, услышав эти слова, я почему-то не испугалась. Наоборот, в глубине моей души поднялась волна какого-то холодного удовлетворения, а на губах против воли заиграла злая улыбка.

Мой отец растерянно посмотрел на бледную, как полотно, мать, потом на повитуху, не отрывающую взгляда от окровавленного тельца новорожденной, прижатой к его груди, и с угрозой в голосе прошипел:

— Это — моя дочь! Моя плоть и кровь! И… она НЕ УМРЕТ, пока жив я… Ясно?

Повитуха закусила губу и, побледнев, медленно попятилась к выходу из спальни…

Как только иллюзия исчезла, я вопросительно уставилась на мага:

— Кто такие эти Темные? И почему меня надо было убить?

Вместо ответа передо мной возникла еще одна иллюзия. Мое лицо, шея и верхняя часть груди. Такие, какими они были до того, как меня обожгло пламя Огненного шторма. Вглядевшись в такие знакомые черты, я удивленно приподняла бровь… и заметила, как за моей головой начало разгораться ослепительно-белое сияние. А через несколько мгновений, когда оно стало таким ярким, что на его фоне мое лицо показалось мне темным пятном, я вдруг поняла, что знаю, почему повитуха назвала меня Темной:

— Так называют магов Жизни с уровнем восполнения и резервом выше первой категории?

Иллюзионист мрачно кивнул:

— Выше второй…

— Хорошо. Допустим, название подходит. Но зачем их убивать? И-и-и… куда девалась моя вторая категория?

— Помните свиток некоего Шантлара Угрюмого «О природе света и различных его проявлениях»? — спросил маг.

Я молча кивнула.

— Вдумайтесь в цитату: «Белый цвет — отец всех остальных цветов. Когда солнечный луч проходит через прозрачную стеклянную призму, он превращается в радугу…» — На виске мага вздулась и запульсировала жилка, а на лбу начали появляться капельки пота. — Помните? Отлично. Так вот, точно так же происходит и с различными видами сил в магии. Сила жизни — это основа. Энергия, способная трансформироваться в любые другие. А маг Жизни первой категории и выше способен использовать плетения всех остальных школ…

— Ну и что? Никто же не убивает магистров Огня и Льда? — возмутилась я. — Или магистров школы Разума! При чем тут это?

— А еще маги Жизни могут изменять живое. Людей, животных, птиц. И то, из чего состоят их тела. Изменять так, что потом в мир приходят болезни, по сравнению с которыми моровое поветрие кажется обычной простудой…

— Да, но я не…

— Помните, вы мне показывали печать Чужой крови? — криво усмехнулся иллюзионист. — Это — запретное плетение. И ваш первый шаг к Темному знанию… Что касается вашей второй категории — она никуда не делась. Ее просто не видно… Вернее, не было видно: через месяц после вашего рождения мы выкололи у вас на голове пентаграмму… Печати Потерянного взгляда, Спутанных мыслей, Отрицания и еще пару десятков разного рода плетений… Ну, и прикрыли все это иллюзией… Потом у вас отросли волосы, и…

— Все три эти печати относятся к школе Разума! — уловив нестыковку, воскликнула я. — Ты не мог их наложить!

— Выколол не я, а МЫ! — вздохнул маг. — Я и мой ближайший друг. Один из сильнейших разумников Семиречья. По имени Гериельт. Гериельт Мудрый, ваша милость…

— То есть ты читал четвертую часть его трактата? — мгновенно поверив в то, что сказал иллюзионист, зачем-то спросила я.

Отпираться маг не стал. И молча кивнул. А потом продолжил свой рассказ:

— В общем, когда вас зацепил откат Огненного шторма, он повредил ту самую татуировку. И сейчас наше плетение выгорает! Соответственно, ваш резерв и скорость восполнения растут не по дням, а по часам!

— И что тебя так пугает? — оценив наполненность плетений, усмехнулась я. — Неужели я похожа на то самое чудовище, о котором твердила повитуха?

— Увидев вас истинным зрением, ваша милость, любой маг тут же поймет, что вы есть на самом деле! И тут же отправится либо в Академию магии, либо в орден Создателя, либо в Тайный приказ его величества. А максимум через неделю сюда пришлют пару десятков разумников, столько же стихийников и сотни полторы-две увешанных амулетами солдат. И… все…

— Что значит «все»?

— Вас уничтожат! — сжав кулаки, воскликнул иллюзионист. — Превратят в пепел раньше, чем вы успеете понять, что они уже в замке!

— Ну, и зачем меня уничтожать? Не проще отправить в орден Света? Или они перестали тренировать магов Жизни?! — как-то отстраненно удивилась я. — Ведь логичнее вытатуировать на мне ту же печать Подчинения и превратить в бессловесное животное, способное тупо лечить того, на кого покажет рука лидера боевой четверки!