Френки и Майкл - Денис Чекалов

– Даже не знаю, какое наказание тебе придумать, – в ярости процедила Франсуаз, устраиваясь на переднем сиденье.

– Вот как? – лениво осведомился я.

– Сказать, что я сплю со своей сестрой! Как мне теперь смотреть в глаза этому человеку? Я потрепал ее по щеке.

– Ты первая начала, кэнди. Девушка зашипела:

– Вовсе нет. Я же говорила неправду. Я удивился.

– Значит ли это, – спросил я, – что ты и твоя сестра...

– Майкл, не будь нахалом, – сказала Франсуаз. – По крайней мере, больше, чем обычно.

Она скрестила руки на груди и обиженно отвернулась, потом быстро и озорно взглянула на меня.

– Итак? – спросил я.

– Что же, – скромно ответила Франсуаз. – На самом деле я иногда задумывалась об этом – не о том, чтобы спать со своей сестрой, Майкл, но...

– О направленности? – подсказал я.

– О направленности, – согласилась она.

– И что? – спросил я с неподдельным интересом.

Она по-особому улыбнулась и вздернула подбородок.

– Ты еще не понял, что это комплимент?

– Мне? – спросил я.

– Разумеется. Я выбрала тебя не только среди всех мужчин, но и среди всех вообще.

Поставив меня таким образом в тупик, девушка самодовольно улыбнулась и закинула ногу за ногу.

– Я не в восторге от того, что мне придется работать с вами, – отрывисто произнес федеральный шериф.

Он шел по полосе аэропорта быстро и не оборачиваясь. Наверное, в глубине его души теплилась надежда, что где-нибудь по пути к вертолету мы от него отстанем.

– А я не в восторге от ваших методов, – бросил я.

Ночной аэропорт рассыпался вокруг тысячами огней. Далекие и близкие, они зажигались и гасли, водя переливающийся хоровод вокруг меня и Франсуаз.

А над ними опрокинулся бархатный купол неба, из-за огней на земле казавшийся еще темнее.

– Ваш город вне моих полномочий. – Шерифу пришлось говорить громко, ибо взрубающий воздух приземистый вертолет, вздрагивая, пел на взлетной полосе свою боевую песнь. – Но эти беглецы принадлежат мне. И мне будет проще, если вы не станете путаться у меня под ногами.

– Если не хотите, чтобы вас вернули пасти овец, – любезно ответил я, – соблюдайте субординацию.

Он вполголоса выругался, проклиная основу нашей конституционной свободы – верховную эльфийскую бюрократию.

Франсуаз неодобрительно посмотрела на меня, но я лишь улыбнулся. Поскольку шериф располагал сведениями, которые нас интересовали, и был слишком высокого о себе мнения, чтобы поделиться ими добровольно, существовал только один способ заставить его разговориться. Он должен был поверить, что этого хочет он, а не мы.

– Буйство настигает этих выродков как болезнь, – сообщил шериф, занимая место в вертолете. – Очагами. Достаточно одному из них или двум порвать удила, как они тут же принимаются сбиваться в стаи. Те, кто уже попробовал крови, начинают убивать гораздо больше людей, чем нужно им самим, – и угощают кровью своих сородичей.

Вертолет оторвался от земли и стал подниматься, навинчиваясь лопастями на небесную спираль.

– Кончается тем, что мне приходится закапывать целые деревни, – продолжал шериф. – Будь наше правительство таким же богатым, как ваше, мы поступали бы с выродками так, как следует поступать. Сажали бы их в одиночные камеры и не давали даже разговаривать.

– Нельзя осуждать человека до того, как он совершит преступление, – возразила Франсуаз.

– Можно, если он опасен, – возразил шериф.

– Наверное, именно по этой причине ваше правительство не настолько богато, – предположил я. – Из-за такого отношения к людям.

Шериф что-то сказал, я не расслышал из-за шума летящего вертолета. Но мне показалось, будто он произнес «мировой эльфийский империализм».

– Как все началось на этот раз? – осведомилась Франсуаз.

– Так, как это обычно бывает. Банда выродков нахлебалась крови и пошла вразнос. Одного из них мы взяли почти сразу же; держим его в особой тюрьме, в пустыне – там, где его родичи не смогут его освободить. Мы летим туда.

– По-вашему, он может быть нам полезен? – не без сомнения поинтересовался я.

– Мне нет дела до того, полезен он вам или нет, – отвечал шериф. – Я говорю с ним по нескольку раз в день – и каждый раз он рассказывает мне что-то новое.

– Лучше настройте телевизор на образовательный канал, – посоветовал я. Шериф не ответил.