Чернильная кровь - Корнелия Функе

Фариду не раз приходилось видеть, как уходит напряжение с лица Сажерука, когда тот играет с огнем, но такого счастливого выражения мальчик никогда прежде у него не видел. По-настоящему счастливое лицо… Гусь все еще хлопал крыльями, но Сажерук, похоже, ничего не замечал. Лишь когда Фарид толкнул калитку, птица заверещала так громко, что Сажерук оглянулся, — и огненные цветы мгновенно угасли, как и счастье на лице их повелителя.

С порога дома поднялась женская фигура. Рядом с женщиной сидел еще мальчик — Фарид только теперь его заметил. Мальчишка не спускал глаз с Фарида, пока тот шел по двору. Зато Сажерук так и не тронулся с места. Он молча смотрел на гостя, а у его ног медленно догорали красные угольки.

Фарид надеялся увидеть хоть искру радости на знакомом лице, хоть тень улыбки, но оно выражало лишь неприкрытую растерянность. В конце концов мужество изменило Фариду. Он остановился, чувствуя, как дрожит внутри сердце, словно в лихорадке.

— Фарид?

Сажерук подошел к нему. За ним двинулась и женщина, она была очень красивая, но Фариду было не до нее. На Сажеруке был наряд, который он повсюду носил с собой в другом мире, но никогда не надевал. Черное с красным… Фарид не решался поднять глаза, когда Сажерук остановился в шаге от него. Он опустил голову и глядел на свои босые ноги. Может быть, Сажерук вовсе и не собирался брать его с собой. Может быть, он заранее договорился с Сырной Головой, чтобы тот не читал последние строки, и теперь страшно сердится, что мальчик все же пришел, что он неотступно следует за ним из мира в мир… Ударит он его сейчас? Сажерук его еще ни разу не бил (однажды, правда, замахнулся, когда Фарид нечаянно поджег хвост Гвину).

— Как я мог подумать, будто можно помешать тебе ходить за мной по пятам?

Фарид почувствовал, как Сажерук берет его за подбородок, и, взглянув наконец в его глаза, увидел там то, на что уже не смел надеяться: радость.

— Где тебя носило? Я звал тебя раз десять, искал повсюду… Огненные эльфы, должно быть, подумали, что я рехнулся!

С какой тревогой он вглядывался в лицо мальчика, словно опасаясь, не изменилось ли в нем что-нибудь. Как же приятно чувствовать его заботу. Фарид готов был плясать от счастья, как огненные цветы в пальцах Сажерука.

— Ну что ж, выглядишь ты, похоже, как всегда, — отметил тот. — Худющий черный дьяволенок. Только что ж ты все молчишь? Уж не остался ли твой голос в другом мире?

Фарид улыбнулся:

— Нет, все в порядке. — Он бросил быстрый взгляд на женщину, стоявшую за спиной Сажерука. — Но меня не Сырная Голова сюда отправил. Тот просто перестал читать, как только ты исчез. Меня вчитала сюда Мегги, с помощью слов Орфея.

— Мегги? Дочка Волшебного Языка?

— Да! Но ты-то сам как? У тебя все прошло благополучно?

Сажерук скривил рот в хорошо знакомой Фариду насмешливой улыбке.

— Ну, шрамы, как видишь, никуда не делись. Но новых увечий нет, если ты об этом.

Он обернулся к женщине. Фариду не понравилось, как он на нее смотрит.

Она была черноволосая, почти с такими же темными глазами, как у Фарида. И очень красивая, хотя и старая — то есть, по крайней мере, по сравнению с ним. Но Фариду она не нравилась. Ни она, ни ее мальчишка. Ведь он не затем последовал за Сажеруком в его мир, чтобы делить его здесь с другими.

Женщина встала рядом с Сажеруком и положила руку ему на плечо.

— Это кто? — спросила она, отвечая Фариду таким же пристальным оценивающим взглядом. — Еще одна из твоих тайн? Сын, о котором ты мне не рассказывал?

Фарид почувствовал, как кровь приливает к его щекам. Сын Сажерука. Эта мысль ему понравилась. Он незаметно посмотрел на незнакомого мальчишку. Интересно, кто его отец.

— Мой сын? — Сажерук нежно погладил ее по щеке. — Господи, надо ж такое выдумать. Нет, Фарид — огнеглотатель. Он был у меня учеником и вообразил себе с тех пор, что я не могу без него обойтись. И он верит в это так крепко, что следует за мной повсюду, каким бы дальним ни был путь.

— Вот еще! — В голосе Фарида явно звучала обида, хотя он предпочел бы ее не показывать. — Я пришел, чтобы предостеречь тебя. И могу уйти сию же минуту, если хочешь.

— Да ладно тебе! — Сажерук удержал его за локоть. — Прости, я забыл, как ты легко обижаешься. Предостеречь? От чего?

— От Басты.

Женщина прижала руку к губам, услышав это имя, и Фарид начал говорить, рассказал обо всем, что случилось с тех пор, как Сажерук исчез на пустынной горной дороге, словно его никогда и не было. Когда он закончил свой рассказ, Сажерук спросил только:

— Значит, книга у Басты?

Фарид ковырял босым пальцем твердую землю.

— Да, — кивнул он подавленно. — Он приставил мне нож к горлу — что я мог сделать?

— Баста? — Женщина схватила Сажерука за руку. — Значит, он еще жив?

Сажерук молча кивнул:

— Ты думаешь, он уже здесь? Думаешь, Орфей его вчитал?

Фарид растерянно пожал плечами:

— Не знаю! Когда я от него вырвался, он кричал мне вслед, что отомстит еще и Волшебному Языку. Но Волшебный Язык в это не верит, говорит, что Баста был просто в ярости…

Сажерук посмотрел на калитку, которая так и осталась открытой.

— Да, Баста в ярости многое может наговорить, — пробормотал он со вздохом, затаптывая последние угольки, догоравшие перед ним на земле. — Плохие новости, — сказал он. — Очень плохие. Теперь не хватало еще только услышать, что ты принес с собой Гвина.

Хорошо, что вокруг темно. В темноте ложь не так заметна, как на свету. Фарид постарался изобразить крайнее изумление.

— Гвин? Нет, я его не принес. Ты же сказал, чтобы он оставался там. И потом, Мегги мне запретила.

— Умная девочка!

Вздох облегчения, вырвавшийся у Сажерука, болью отозвался в сердце Фарида.

— Ты бросил там свою куницу? — Женщина недоверчиво покачала головой. — Мне казалось, ты привязан к этому маленькому чудищу как ни к кому на свете.

— Ты же знаешь, какое у меня неверное сердце, — отозвался Сажерук, но его легкомысленный тон не мог обмануть даже Фарида. — Хочешь есть? Давно ты тут?

Фарид прочистил горло. Ложь о Гвине сидела у него в горле, как заноза.

— Четыре дня, — выдавил он из себя. — Комедианты нас покормили, но я все равно голодный…

— Нас? — В голосе Сажерука мгновенно зазвучало недоверие.

— Мегги. Дочка Волшебного Языка. Она пришла со мной.

— Она здесь? — Сажерук ошарашенно посмотрел на него, застонал и откинул волосы со лба. — Да, вот уж ее отец обрадуется! А мать! Может, ты еще кого с собой захватил?

Фарид отрицательно покачал головой.

— И где же она?