Артания - Юрий Никитин

– Скилл, побьемся о заклад, что меня у ворот встретитта, что снилась мне и в Куявии?

Скилл подумал, помотал головой.

– Нет, – прокричал он. – Нет!

– Почему?

– Не рискну. Больно вид у тебя счастливый. Олексапокосился на родителя, пробурчал:

– Старый черт… Пора присматривать место в загробноммире, а ему бабы снятся!

Аснерд проворчал наставительно:

– Молодость прекрасна в любом возрасте! Тур, другойлюбящий сын, подмигнул Олексе, сказал сочувствующе:

– А вот стариков надо убивать еще в детстве…

– Это как это? – не понял Олекса.

– Палкой по голове, – захохотал Тур. –Большой толстой палкой!

Стражи на городских воротах их увидели, узнали. Тяжелыестворки начали распахиваться, в щель выскользнула высокая статная, хоть ислегка располневшая женщина. Придон успел увидеть смеющееся счастливое лицо, аона, все же легкая, как мотылек, с ликующим визгом бросилась к Аснерду. Онподхватил могучей дланью, ее взметнуло к нему в седло, обнялись, слились вединое целое, и все, что от нее осталось у Придона, это впечатление нетерпенияи щенячьей радости. В сердце остро кольнула едкая завистливая тоска.

Аснерд оглянулся, подмигнул.

– Для счастья мужчине нужна женщина… а для полногосчастья – полная женщина!

Широко распахнутые ворота налетели, как порыв ветра. По обестороны побежали, исчезая за спиной, добротные каменные дома. Арса –единственный или почти единственный город Артании, где все солидно, на века. Нев шатрах, как живет большинство артан, а настоящие дома и башни из камня.

По ветру гордо трепетал стяг Артании: огненный конь на синемфоне, черный камень навершия грозно разбрасывал рубиновые искры. По преданиям,Верховный Творец начал создавать мир с простого камня, который так и был названПервокамнем или Первым Камнем Творения. Камень находился в Артании, ибо первымииз всех людей Род создал, естественно, артан, а уж потом всех остальных наравнес червями, жуками и рыбам я.

Потом были кочевья, войны с соседями, переселения целымиплеменами, народами. Артане и куявы дважды или трижды поменялись местами, а ещеи славы двигались, так продолжалось много тысячелетий, пока наконец артане,куявы и славы не обособились настолько, что обозначили границы своих племен,через которые обязались не переходить. Вот тогда только и обнаружилось, чтоПервокамень исчез. Был ли он похищен ревнивыми богами, стал ли незримым, или жеза последние века вокруг него вырос дремучий лес, и теперь к нему потерянадорога, никто не знает, однако артане свято чтут память о такой реликвии, накаждом стяге обязательно навершие из черного камня, а на самом полотнище –огненный конь, на котором явился Творец.

Олекса и Тур хохотали и вскидывали в приветствии огромныеруки, Вяземайт благословлял встречающих, Придон смотрел на них с любовью инежностью.

Мужчины все обнажены до пояса, гордо щеголяют шрамами,боевыми браслетами со следами глубоких следов от чужих мечей и топоров. Они,как и молодые воины, радостно кричали и бросали в воздух топоры.

Кто-то сразу пытался расспрашивать, что именно самые великиегерои Артании привезли из проклятой Куявы. Аснерд вскинул свободную руку,другой прижимал к груди жену. Вся ее спина почти скрылась под его широкойладонью.

– Сперва, – громыхнул он, – отчет великомутцару!.. А завтра будет объявлено, на чем мы сторговались.

Вечером был пир, а уже ночью, когда остались с дядейГорицветом наедине, Скилл подробно рассказал о поездке. Аснерд, Вяземайт иПридон дополняли, если что старший сын тцара упустил или счел незначительным.

Придон ловил на себе удивленный взгляд дяди. Горицвет, посленепонятного исчезновения Осеннего Ветра, взял бразды правления Артанией в своируки, заменял им отца. Как мог, конечно, ибо мягкий Горицвет еще мог правитьогромной и своевольной страной, на это хватало мудрости и даже твердости, нобез жесткой отцовской руки братья выросли, как свободные дикие звери. К счастьюили к несчастью, есть еще двое: Ютлан, младший сын, и Блестка, единственнаясестренка, которым еще нужны любовь и забота старших.

Глаза Горицвета стали грустными и сочувствующими, словно емусказали о неизлечимом увечье племянника. Когда Вяземайт предложил попробоватьмагию, чтобы излечить Придона от этой дури, Горицвет покачал головой:

– От любви существуют тысячи лекарств. Но надежных нет.

– Любовь одна, – возразил Вяземайт, – ноподделок под нее – тысячи. Ну не поверю я, что дочь куявского царя можетлюбить! Как думаешь, Аснерд?

Аснерд сдвинул плечами.

– А какая разница?

– Ты не видишь разницы между настоящим и подделкой?

Аснерд с жалостью посмотрел на волхва, постучал пальцем поголове и отвернулся.

– Вяземайт, – сказал Горицвет снеловкостью. – Ты разве не понял? Придону не так важно, любит ли она его…Он ее уже любит! Уже дал этот проклятый обет.

Придону стало почему-то стыдно, смотрят, как на смертельнобольного, встал, вышел из зала. Телохранители у дверей тоже смотрят как-тостранно. Неужто весь двор знает, что за стрела ударила в его сердце? Ипросадила насквозь?

Когда за ним захлопнулась дверь, оставшиеся задвигалисьсвободнее, словно в самом деле при смертельно больном неловко говорить о еголечении, о лихих скачках или красивых женщинах.

Горицвет стукнул кулаком по столу. Лицо потемнело.

– Сознательно или нет, – вырвалось из негогневное, – но женщина всегда пользуется чувством чести и верности слову,которое так сильно развито у нас, мужчин! Теперь этот несчастный уже не можетотказаться от неосторожно вылетевшего слова.

Вяземайт сказал осторожно:

– Но можем освободить мы. Найти способ, чтобы не задетьего честь.

Скилл фыркнул:

– Как будто он примет нашу помощь! Дядя, ты говоришь так,как будто не знаешь, что это за наваждение – любовь!

Улыбка их мудрого дяди была странной: печальной и нежнойразом.

– Скилл, самый сильный и могучий сын моего брата…

Ты пока знаешь только один смех – громкий, принимаешь толькоодних коней – быстрых, знаешь только одну породу любви – к женщине… Но, сынмой, на самом деле сперва мы не любим вообще никого. Затем любим всех, все нашеплемя. Затем любим некоторых людей, потом – единственную женщину, затем –единственного мужчину… Мне повезло – могу и люблю сразу троих! Скиллусмехнулся:

– Ну, ты любишь не только нас троих, но и кучу женщин.А вообще-то, иногда кажется, что из нас троих ты любишь только Ютлана. Такой ужмазунчик!.. А нам с братом с утра до поздней ночи упражнения с топором, бег скамнями за спиной да кто быстрее донесет своего коня от ворот до коновязи…