Демон пробуждается - Роберт Энтони Сальваторе

Эта мирная сцена, как обычно, произвела на Элбрайна двойственное впечатление; с одной стороны, это был чужой для него мир, но с другой — юноша странным образом чувствовал свою принадлежность к нему. В последнее время он частенько захаживал в Кер’алфар, и эльфы уже перестали обращать на это внимание. Он больше не был для них чужаком, даже иногда принимал участие в ночных танцах и песнях, и все же он был совсем, совсем другим, и этого нельзя было не заметить. Элбрайн чувствовал себя здесь примерно так, как когда-то в Дундалисе в тех случаях, если родители приглашали в дом друзей. Иногда ему позволяли допоздна засиживаться со взрослыми или даже вместе с ними принимать участие в игре в кости. В такие моменты ему казалось, что он почти им ровня! И тем не менее он не был полноправным участником этих вечеринок. Родители и их взрослые друзья просто принимали его с улыбкой, но в улыбке этой, однако, — теперь он понимал это — всегда присутствовал оттенок снисходительности.

Точно так же обстояло дело и с эльфами. Нет, никогда ему не стать среди них по-настоящему своим.

Они с Джуравилем продолжали беседовать, но потом появилась Тантан и насмешливо поглядела на Элбрайна, легонько похлопывая себя по щекам и подбородку. Юноша понял, на что она намекает. Кроме всего прочего, у эльфов был еще один пунктик — чистота. Элбрайн должен был ежедневно мыться, поддерживать в безукоризненном порядке свою одежду и, поскольку у него уже начала пробиваться борода, постоянно бриться. Именно это последнее и имела в виду неугомонная Тантан. Он, однако, терпеть не мог бриться, хотя с остро отточенными эльфийскими ножами это занятие было необычайно простым.

Элбрайн неохотно поплелся в свое жилище — низкий, широкий дом на нижних сучьях могучего вяза. Он взял чашку, полотенце и нож, но тут вспомнил, что забыл спросить у Джуравиля, когда они снова будут подкрадываться к оленю, — вопрос, который чрезвычайно его занимал.

Он снова отправился в Кер’алфар и издалека заметил Джуравиля, разговаривающего с какой-то эльфийкой. Улыбнувшись, юноша решил попробовать подкрасться незаметно к ним; если и существовало в лесу создание, застать которое врасплох было еще труднее, чем оленя, то это, безусловно, эльф! Элбрайн пригнулся и заскользил от дерева к дереву, быстро пересекая открытые поляны и стараясь укрыться за чем только возможно. Остальные эльфы не обращали на его игры никакого внимания, а Джуравиль со своей собеседницей, похоже, ничего не замечали.

Элбрайн притаился за деревом на расстоянии всего нескольких футов от них, обдумывая, что делать дальше.

— Не больше шести шагов, — произнес Джуравиль на эльфийском языке. — Скорее даже пять. И олень ничего не заметил.

— Неплохо! — ответила его собеседница.

У Элбрайна внезапно пересохло горло. Он узнал этот голос, более высокий и мелодичный, чем у Джуравиля! Леди Дасслеронд, Верховная Леди эльфов.

И она говорила о нем! Элбрайн затаил дыхание, внимательно прислушиваясь; в противном случае отдельные слова могли ускользнуть от его понимания, хотя в целом он уже овладел мелодичным эльфийским языком.

— Что касается военного искусства, — продолжала она, — он тоже уже далеко не тот неуклюжий паренек, каким пришел сюда. Какое сочетание силы и грации проявится в нем, когда он овладеет мечом, как эльф!

Элбрайн и думать забыл о своих играх. Незаметно скрылся, вернулся в свой дом на дереве — который располагался почти у самой земли, — побрился и начал готовиться к очередному учебному сражению, в котором твердо решил непременно сегодня победить.

С наступлением вечера он появился на окруженном высокими, могучими соснами лугу. Все его вооружение составлял длинный гладкий шест, заменяющий копье. Соперник уже поджидал его, и Элбрайн вздохнул с явным облегчением, поняв, что это не Тантан.

До сих пор ему ни разу не удалось победить ее; все их сражения протекали так, как будто эльфийка хотела наказать юношу за какие-то одной ей известные грехи. Его долго занимал вопрос — чем вызвано такое отношение к нему Тантан? Но потом он понял, что никаких особенных причин не было; достаточно того, что он не эльф.

В этот вечер его противником стал Талларейш Иссиншайн, один из сравнительно немолодых и спокойных эльфов. Он редко разговаривал с Элбрайном, но со слов Джуравиля юноша знал, что у этого эльфа лучший певческий голос во всей долине. Элбрайн только один раз сражался с ним, в самом начале своего обучения; тогда противник без труда справился с ним.

— Сегодня все будет иначе, — пробормотал себе под нос молодой человек и решительным шагом вышел на середину лужайки.

Он остановился в пяти футах от эльфа и низко поклонился ему в знак уважения; Талларейш ответил тем же.

— Удачи в бою, — сказал эльф, как это было принято.

— И тебе того же, — ответил Элбрайн.

Подслушанный разговор вдохновил его, и он был полон решимости победить.

Он начал с отвлекающего маневра, водя копьем из стороны в сторону, чтобы эльф не мог сообразить, откуда будет нанесен удар, а потом неожиданно бросился на Талларейша. Однако ничего у него не вышло; эльф молниеносно отразил удар.

Потом эльф сам пошел в наступление, виртуозно вращая деревянными мечами так, что их лезвия описывали восьмерки. Это происходило так быстро, что Элбрайн не видел самих мечей и мог только предполагать, где они находятся. Однако, отбиваясь копьем то вправо, то влево; он с удовлетворением слышал клацающие звуки каждый раз, когда шест задевал за один из мечей.

— Неплохо! — похвалил его Талларейш, продолжая наступать.

Зеленые глаза Элбрайна вспыхнули от гордости. Однако он не расслабился, понимая, что пока находится в оборонительной позиции и надо сделать все, чтобы изменить положение. Он провел немало времени, играя с Джуравилем в эльфийскую игру под названием пеллелл, похожую на трехмерные шахматы, и хорошо усвоил, как важно перехватить инициативу.

Его шест взлетел по дуге вправо, описал круг, пошел вверх снова, и потом в третий раз. И с каждым оборотом шеста Элбрайн делал еле заметный шаг вправо. Наступая, Талларейш последовал за ним и тоже начал разворачиваться, обходя юношу слева.

Еще шаг вправо.

Внезапно Элбрайн остановил вращение шеста, перехватил его левой рукой и сделал выпад, заставив Талларейша отступить еще на шаг влево и прекратить работу со своими мечами.

Охваченный страстным желанием победить, юноша ринулся вперед, обошел эльфа справа, молниеносно развернулся, ухватился за шест обеими руками и обрушил его вниз.

Не тут-то было. Удар пришелся в пустоту, и Элбрайн изумленно захлопал глазами, поняв, что Талларейш в точности повторил его маневр и тоже обошел его, но с другой стороны. Тут же один за другим последовали удары, не очень сильные, по ногам, однако юноша сумел отскочить в сторону и снова поднял над головой свой шест.

Талларейш поднырнул под него и взмахнул своими мечами, целясь Элбрайну в живот, но не попал. Тогда эльф бросился вперед, как раз в тот момент, когда шест юноши должен был нанести эльфу решающий сокрушительный удар.