Мой снежный князь - Франциска Вудворт

– Разве такая связь у вас с Владиславом?! – спросила я его.

– Нет.

– Тогда что это было?

– Смешение душ. – Если бы я в этот момент не сидела, то от такого ответа мне бы точно пришлось присесть. А видя насколько серьезен Харольд, мне и вовсе плохо стало.

– Что это к черту такое! – его слова меня напугали.

– Я лишь слышал об этом в легендах. Это настолько редко и невозможно, что… – Харольд лишь развел руками, а потом продолжил. – Когда встречаются мужчина и женщина, предназначенные друг для друга и наделенные магическими способностями, то их души входят в резонанс и способны соединиться, и вместе их силы возрастают до невероятных пределов.

У меня голова пошла кругом. Чем дальше, тем страшнее.

– У меня нет магических способностей, – возразила я.

– Ты прошла между мирами и в тебе кровь Влада.

– Тогда почему я не чувствую что мы предназначены? Почему это случилось без моего желания? Почему это не мой выбор? – накинулась я с обвиняющими вопросами.

– Я не знаю. – И этот ответ меня добил.

– А почему вы молчите? – накинулась я на Влада. – Вас это совсем не касается?

– Я не хочу злить тебя еще больше, – ответил он нейтральным тоном.

– Это еще не все плохие новости? – спросила я подозрительно. Влад и Харольд переглянулись.

– Скажи ей!

– В лесу, по краю леса растаял снег, – сказал мне Влад.

– Когда?!

– Сегодня, после нашего поцелуя.

Я вскочила и заметалась по кабинету.

– Я не верю во всю эту чушь с душами, – сказала я наконец. – Думаю дело в том, что из-за того что во мне немного вашей крови, – я посмотрела на Влада, – и возникло это притяжение. А снег мог растаять благодаря тому, что вы сделали благородный поступок и отпустили людей.

– Но это ты девушка из пророчества, – возразил Харольд.

– Может я тут затем, чтобы подталкивать в нужном направлении. Ведь в пророчестве не сказано, что мы предназначены друг для друга, и будем жить вместе долго и счастливо!

– Есть только один способ проверить это, – сказал Харольд задумчиво и мы с Владом посмотрели на него. – Вы должны снова поцеловаться, – огорошил нас он.

– Нет! – воскликнула я.

– Кристина, это единственный способ! – настаивал он. – Если дело в поступке Влада, то снег останется на месте, а если в вашем поцелуе, то продолжит таять.

Я снова заходила по кабинету.

– Это опасно, – произнесла я. – Если снова возникнет притяжение, то я не знаю, чем мне это грозит. Мне как-то не хочется после одного поцелуя оказаться связанной на веки вечные.

– Я не дам этому случиться, – убеждал меня Харольд, – но проверить мы обязаны. Кристина, это очень важно для нашего народа.

– А вы что думаете? – я посмотрела на Влада.

– Меня «радует» твой энтузиазм, – сказал с сарказмом он, – Я не испытываю никакого желания навязывать свои поцелуи.

Вот блин, я кажется задела его самолюбие и гордость.

– А вы готовы жениться после одного поцелуя? А ведь это гораздо серьезнее, чем брак! И нечего обижаться, что я высказываю опасения.

– Влад, вы должны попробовать! – сказал Харольд.

– Я не хочу её ни к чему принуждать, – твердо сказал тот.

– Кристина, это должно быть твое решение. – Посмотрел на меня Харольд.

– А целоваться я тоже одна должна? – съязвила я.

– Хватит спорить! – не выдержал он. – Вы поцелуетесь или нет?

Мы упрямо посмотрели с Владом друг на друга, а потом я сдалась. Мы можем спорить до посинения, но ничего не узнаем, пока не проверим.

– Хорошо, – сказала я. – Но мне нужно ваше содействие.

Влад немного расслабился: – Все что в моих силах, – сказал он.

Я нехотя подошла нему и положила руки на плечи, он повторил мое движение, положив свои руки мне на талию. Медленно и осторожно я коснулась его губ. И ничего. Нет, я чувствовала тепло его губ, но того единения как в первый раз не было.

– Ничего! – счастливо выдохнула я, отстраняясь.

– Попробуйте еще раз, – сказал Харольд. – Если вы предназначены, то у вас должна быть мгновенная реакция друг на друга, – проговорил он себе под нос.

После пережитого напряжения, я готова была хоть канкан станцевать, не то что поцеловаться еще раз. Я приблизила губы к Владу, и тут черт меня дернул ехидно сказать:

– Может, вы меня все же поцелуете?

И он поцеловал. Страстно, властно, не давая мне и секунды на раздумья. Я загорелась мгновенно. Как будто долгие часы любовной прелюдии слились в одном поцелуе. Я забыла, что мы не одни и в комнате Харольд, да что говорить – я забыла, что мне нужен воздух. Когда он меня отпустил, я смотрела на него растерянным взглядом, пытаясь прийти в себя и заново научиться дышать.

Хорошо хоть Харольд тактично молчал и дал мне время перевести дух.

– Влад, попробуй как в первый раз открыть связь, а потом прервать её, – сказал он чуть погодя.

– Что ты хочешь, чтобы я тебе показал? – спросил Владислав, бережно притягивая меня к себе.

– Я хочу увидеть где растаял снег, – попросила я, стараясь взять себя в руки и скрыть бушевавшие во мне эмоции.

– Хорошо, – и он нежно прикоснулся к моим губам.

Перед глазами предстал заснеженный лес, потом я начала приближаться к выходу из него и увидела, как снег отступил на десятки метров вглубь. А потом я начала падать. Я чувствовала душу Владислава: его боль от предательства сестры, его привязанность к своему новому народу, хоть он и был связан с каждым из них, я ощущала его одиночество, такое пронзительное, что мне хотелось плакать. Я снимала слой за слоем и не могла остановиться. Среди всего этого я чувствовала его горящую страсть ко мне под железным самоконтролем, он нуждался во мне и тянулся как в сильную стужу к огню.

– Влад, верни связь, быстро! – раздался резкий приказ Харольда.

Снова лес, только снег отступил уже на несколько сотен метров вглубь, а потом он отстранился и картина пропала. Мы смотрели в глаза и стояли настолько крепко обнявшись, как будто ища поддержки друг у друга. И в этот момент это была самая правильная вещь на свете.

– У нас проблема! – сказал Харольд и вышел. Что-либо обсуждать не имело смысла. Снег таял лишь при нашем соединении душ, а я этого боялась до дрожи.

Я отодвинулась и увеличила между нами расстояние.

– Нам надо поговорить, – сказал Влад.

– Давайте не сегодня, уже поздно и день был насыщенный.

– Думаю лучше сегодня, – сказал твердо он. – Можешь принять ванну и передохнуть. Тебе набрать или ты у себя?