Миледи Трех миров - Анна Ветер

Сказать мне было нечего, поэтому я просто слушала, молчала и мотала на ус. Васильковое наваждение прошло, и я снова начала разглядывать сказочный лес.

— Признаться, я умышленно провел тебя через эту поляну, — немного погодя решил сознаться Фар, — чтобы ты поняла, что нельзя отвлекаться на мелочи, они порой бывают губительны. Необходимо всегда следовать поставленному пути.

— Как это патетично, фу! — впервые, со времени как мы ушли от коварных цветов, заговорила я.

— Сама ты «фу», — обиделся Фар.

— Мог бы просто сказать — держи ухо востро, здесь прекрасное может быть опасным. И все. А то «следовать поставленному пути…».

Нан промолчал, и остаток пути мы шли молча.

Я так привыкла, что мы идем и идем, что, когда Фар остановился, моим ногам не удалось так же резко затормозить, и они прошагали еще несколько метров вперед, что даже Фару пришлось меня окликнуть. Вернувшись в исходную, я с удивлением увидела то, около чего остановился и теперь сидел мой телохранитель. Это был какой-то лист железа, очень напоминающий люк, которыми у нас закрывают овощные ямы городские жители от жутко охочих до дармового урожая и засолок других жителей нашего славного города. Ничего особенного в этом люке не было, кроме того, что подобного здесь просто не должно было быть, и еще, что этот люк как-то периодически «бледнел», становясь как бы прозрачным.

— Ты видишь? — спросил нан.

Господи, конечно, вижу! Трудно не заметить то, во что тебя практически тыкают носом.

— И что? — задала я аналогичный по содержанию вопрос, уставившись на этот большой квадрат из толстого железа, на который мне указывал мой пушистый товарищ.

— Хорошо, изменим вопрос. ЧТО ты видишь?

— А разве не то же, что и ты? — Мне показалось, что меня принимают за полоумную.

— Ты ответишь или будешь препираться? — стал он проявлять раздражение.

— Как вам будет угодно, — Я поклонилась, отдала честь и отрапортовала: — Вижу объект квадратной формы. Его состав, при беглом осмотре, напомнил мне железо. На объекте висит большой замок, который периодически пропадает, а сама металлическая пластина (предположительно железная) имеет тенденцию становиться почти прозрачной. Доклад по форме был сделан сержантом Миледи!

— Все ясно, — поскучнел Фар.

— Что тебе ясно?

— Я надеялся, что увидишь ты хотя бы стеклянную пластину, это с твоим-то воображением. А ты — «железная дверь»!..

— Скорее люк, — поправила я. — Он периодически стеклянным и становится, только из матового стекла. А что?

Фар поставил лапу на люк и начал объяснять:

— То, что сейчас перед тобой, — это вход, дверь, если хочешь, в колодец, через который можно попасть в подземное Озеро детской мечты. Любой, кто смотрит на вход, видит то, что его отделяет от этой мечты. Одни вообще ничего не видят, другие, как ты, железную дверь, и лишь немногие, совсем немногие, видят открытый колодец и могут попасть в это озеро.

— Значит, здесь, — я ткнула пальцем в железную броню, — открытый колодец-путь?! Следовательно, не стоит загружаться, что ты тут видишь, а просто закрыть глаза и нырять!

— Не все так просто. Если ты видишь здесь железо, то для тебя это и есть железо.

Я недоверчиво присела и постучала по люку. Мне отозвался металлический гул. Неужели может быть что-то другое? Я напрягла свое воображение, пытаясь представить, что передо мной открытый колодец, но дальше, до уже видимого мной матового стекла, дело не пошло. Тем не менее в момент появления этого стекла я успела по нему постучать. По звуку это было стекло! Невероятно! Я ужасно захотела попасть к мечте детства. Напрягала воображение, выуживала из памяти различные, виденные мной в деревнях колодцы, но, увы, дальше стекла я так и не продвинулась.

В расстроенных чувствах я уселась на траву и посмотрела на Фара.

— А что видишь ты?

— Я вижу колодец, закрытый сверху толстой решеткой.

— Ну и как туда попасть?

— Нужно просто не бояться…

— А что надо? — вклинилась я.

— … и главное, — продолжил как ни в чем не бывало Фар, — главное хотеть туда попасть!

— Я хочу. Но меня туда не пускают! — «захныкала» я. — А у тебя никакого специального пропуска нет?

— Пару раз, в бытность свою юным, я бывал в этом колодце. Поверь мне, там стоит побывать!

— Верю, — вздохнула я. — Но пока даже не представляю, как это можно сделать.

— Ничего, не переживай. С первого раза туда попадают единицы. Я полагаю, ты будешь одной из них.

— Угу…

— Смотри, — сказал нан и встал. — Как только «откроется» колодец, ты сразу в него прыгай. Вот так. — И мой телохранитель резко подпрыгнул вверх и, пролетев метра три, приземлился в какие-то заросли.

— А-а-а… — раздалось оттуда.

Я вскочила и побежала к пушистику, который очень хмурый и сильно хромающий вылезал из кустов.

— Фар, что с тобой? — заволновалась я. — Что случилось?

Он ничего не говорил, а только стонал и морщился при каждом шаге.

— Скажи хоть что-нибудь, — чуть не плакала я.

— Я случайно попал в кустарник диф. Его колючки очень ядовиты. Моя лапа уже немеет.

— Но… — Я заламывала руки. — Что делать? Перемещай нас скорее туда, где тебе могут помочь!

— Ты, конечно, не знаешь, что раненый нан не способен на перемещения, — сказал Фар и снова застонал.

Мне чуть дурно не стало. Мы в дремучем лесу, неизвестно на сколько километров от людей, а тут такое! Есть от чего разволноваться.

— Может быть, какое противоядие существует? Я бы поискала, — пыталась найти хоть какую-то надежду я.

— Противоядия как такового нет, — прохрипел слабеющий у меня на глазах пушистик. — Но если бы ты сумела попасть в подземное озеро и нашла там водяного, то он дал бы тебе живой воды — ею примерно в течение часа можно остановить и нейтрализовать действие яда.

Фар покачнулся и без сил рухнул на траву.

— Я полежу немного, отдохну, — проговорил он и закрыл глаза. Представляете?!

Я опрометью кинулась к люку. И как прикажете его открывать? Вот бы автоген или, на худой конец, консервный нож подходящего размера!

Мне надо было расслабиться, снять барьеры со своего воображения! Я легла на траву и закрыла глаза. Почему-то сразу вспомнились фантики, а с ними и цирк, в который я с родителями ходила в детстве. Открыв медленно глаза и несколько минут посмотрев на белоснежные облака, плывущие над лесом, я улыбнулась своим воспоминаниям и снова на всякий случай глянула на колодец. На секунду я даже замерла, боясь вспугнуть видение.