Эления - Дэвид Эддингс

Они ехали на восток два дня, а потом Кринг объявил Спархоку, что он должен утром повернуть на юг.

— Советую выехать часа за два до рассвета, друг Спархок, — сказал он. — Если вас увидят днем земохские разведчики, они могут из любопытства проследить за вами. Земли на юге ровные, так что в темноте ехать не опасно. Удачи, друг. На твои плечи возложено многое. Мы будем молиться за тебя — когда не будем заняты истреблением земохцев.

⠀⠀ ⠀⠀

Луна поднималась над рваными облаками, когда Спархок вышел из шатра подышать свежим воздухом. За ним последовал Стрейджен.

— Приятная ночь, — проговорил стройный блондин своим глубоким голосом.

— Правда, немного прохладно, — отозвался Спархок.

— Ну кто же захочет жить в стране вечного лета? Я, наверное, не увижу тебя, когда вы уедете, Спархок. Я скорее сова, чем жаворонок. — Стрейджен залез рукой в карман камзола и вытащил оттуда конверт гораздо толще, чем предыдущий. — Это последнее, — сказал он, вручая рыцарю письмо. — Вот я и выполнил до конца поручение, возложенное на меня королевой.

— Думаю, ты отлично с этим справился, Стрейджен. Однако ты мог бы и не ездить так далеко, если бы сразу отдал мне все письма.

— А я вовсе не был против поездки. Мне нравятся ты и твои спутники. Конечно, не настолько, чтобы подражать вашему непомерному благородству, но все же нравитесь.

— Ты мне тоже нравишься, Стрейджен. Не настолько, конечно, чтобы доверять тебе и быть с тобой до конца откровенным, но все же нравишься.

— Благодарю, сэр рыцарь, — проговорил Стрейджен с насмешливым поклоном.

— Ну что вы, милорд, — усмехнулся Спархок.

— Будь осторожен в Земохе, дружище, — уже серьезно сказал Стрейджен. — Я очень люблю твою молодую королеву с железной волей, и мне бы не хотелось, чтобы ты разбил ей сердце какой-нибудь глупой неосторожностью. Да, если случится, что Телэн будет подавать тебе идеи — не отмахивайся. Я знаю, что он еще мальчик и к тому же вор, но у него превосходная интуиция и исключительный ум. Возможно даже, что он умнее многих из нас, и кроме того, он удачлив. Держись, и не проиграй, Спархок. Мне что-то совсем не хочется кланяться Азешу. — Он скорчил рожу. — Ну, хватит. Я иной раз становлюсь излишне сентиментальным. Давай-ка пойдем назад в шатер и разопьем бутылочку-другую за старые добрые времена — если ты, конечно, не хочешь прямо сейчас прочитать письмо.

— Я пока его приберегу. Прочту, когда станет особенно тоскливо.

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

Когда они выступали, луна снова вышла из-за облаков. Спархок коротко набросал для всех маршрут, отмечая все приметы, которые указал Кринг. Затем все сели на лошадей и отправились в путь.

Было темно хоть глаз выколи.

— Да мы долго можем кругами ездить, — мрачно пожаловался Келтэн. Накануне вечером он засиделся с пелоями, и когда Спархок разбудил его, глаза Келтэна были налиты кровью, а руки заметно дрожали.

— Не думай ни о чем и просто продолжай ехать, Келтэн, — посоветовала ему Сефрения.

— Конечно! — сказал он с сарказмом. — Но куда?

— На юго-восток.

— Прекрасно, но где этот юго-восток?

— Там. — Сефрения указала в темноту.

— Откуда ты знаешь?

Волшебница что-то быстро проговорила Келтэну по-стирикски.

— Вот это должно тебе все объяснить, — добавила она по-эленийски.

— Матушка, я не понял ни слова.

— Это не моя вина, милый.

Облака были очень плотными и светало медленно. Двигаясь на юг, они вскоре увидели очертания горных вершин, уходящих далеко на восток. Такие горы можно было встретить только в Земохе.

Позже утром Кьюрик подъехал к Спархоку.

— Вон та красная вершина, о которой ты говорил, Спархок, — сказал он, указывая рукой.

— Как будто в крови, да? — высказал свои наблюдения Келтэн. — Или это только мои глаза?

— Пожалуй и то, и другое, — сказала ему Сефрения. — Не надо было пить вчера столько эля.

— Вот вчера мне и надо было сказать об этом, матушка, — печально произнес Келтэн.

— Ну ладно, дорогие мои, — сказала Сефрения. — Пора вам переодеться. Ваши доспехи будут слишком привлекать внимание здесь, в Земохе. Наденьте, если нужно, кольчуги, но еще я каждому дам по стирикскому одеянию. Переоденьтесь, и я займусь вашими лицами.

— Я к своему привык, — сказал ей Улэф.

— Ты может и привык, а вот земохцы вряд ли.

Пять рыцарей и Берит сняли доспехи — рыцари с облегчением, а Берит с видимой неохотой. Потом они натянули чуть более удобные кольчуги и поверх них стирикские одежды.

Сефрения внимательно осмотрела их и сказала:

— Оставьте пока перевязи поверх одежды. Сомневаюсь, что у земохцев существуют какие-либо традиции по ношению оружия. Если дела обстоят по-другому, поменяем. Теперь стойте все спокойно. — Сефрения переходила от одного к другому, дотрагиваясь до их лиц и повторяя для каждого одно и то же стирикское заклинание.

— По-моему, не сработало, леди Сефрения, — проговорил Бевьер, оглядывая лица своих спутников. — Я не вижу никаких изменений.

— Я и не пыталась изменить их в твоих глазах, Бевьер, — улыбнулась Сефрения и достала из седельной сумки небольшое зеркальце. — Так вас увидят земохцы, — продолжила она и протянула зеркало Бевьеру.

Бевьер взглянул и сделал знак, охраняющий от нечистой силы.

— Боже мой! — выдохнул он. — Как я ужасен! — Затем он передал зеркало Спархоку, и тот стал пристально разглядывать свою странно изменившуюся внешность. Волосы по-прежнему были черными, как вороново крыло, но его обветренная кожа стала бледной, как у всех стириков. Надбровные дуги и скулы стали резче. Однако Сефрения,