Игры на свежем воздухе - Наталия Курсанина

Уже пробежав несколько коридоров до меня, наконец, дошло: во-первых я вышла не из своей комнаты, во-вторых я совершенно не ощущала себя разбитой и уставшей, как привыкла за последние дни, и в третьих - Тишина нет рядом. Ладно, последнее обстоятельство обдумаем потом. Не хотелось бы, чтобы всё оказалось сном.

- Что случилось? - поймала я Аглая.

Рыжий наемник махнул рукой в направлении южной башни:

- Лазутчика поймали!

Мы побежали вместе по гулким коридорам, постепенно наполняющимся перепуганными, заспанными людьми.

- Штурм?

- Нет!

- А что?

- Лазутчик! Предатель! Советник!

Мы взбежали на смотровую площадку южной башни, чтобы застать последние мгновения потасовки, неожиданно закончившейся падением со стены Первого советника. Падал он долго, но еще дольше в ушах стоял его отчаянный крик.

- Что произошло?

На площадке, при свете факелов стояли Фабис со своими командирами и Олекса и еще человек двадцать солдат.

- Вот идиот! Сам прыгнул!

- … чуть не схватили!

- … еще бы немного…

- … он стрелять хотел из лука…

- Да нет! Его лук в тубе.

- … стрелы посмотрите!

- Давайте тубус сюда!

По рукам пошел тубус и туб с луком. Мне показалось, что тубус передал Тауэр, но посмотрев на то место второй раз, я не увидела его долговязую фигуру среди собравшихся. Из тубуса начали вынимать стрелы. К одной стреле была примотана белая трубочка бумаги.

- Читайте!

- Сейчас…

- Дайте факелы!

Фабис развернул лист и вытянув перед собой, чтобы свет падал на бумагу громко начал читать:

«Предводителю ордынцев! Я, барон Оксавен, хочу сдаться на вашу милость и предлагаю вам за свою жизнь золото по своему весу»

- Предатель!

Толпа сразу пришла в движение. Мужчины кричали и размахивали руками, хорошо, что пока без оружия. Но с таким подходом все может измениться в считанные мгновения.

- Это письмо барона с предложением сдаться! - поднял бумагу Фабис и крикнул, чтобы если кто не слышал, как он читал, то теперь услышали наверняка. - Это почерк барона! И его подпись!

И опять у меня появилось ощущения де-жа-вю. Будто я это письмо уже где-то видела. И даже правый нижний загнутый уголок был знакомым. Но сейчас не до этого. Мужики взбудоражились и двинулись вниз по лестнице.

- Вячеслав Иванович! - успела перехватить я Улетова, - что произошло?

Майор на секунду задержался и скороговоркой выпалил:

- Кажется барону надоело сидеть взаперти и он решился на сдачу. А письмо ты сама слышала. Советник должен был с помощью стрелы передать его ордынцам. Ну сейчас возьмем барона и всё выясним!

По пути к комнатам барона встретили Второго советника, выскочившего в ночном колпаке и нагрудной пластине поверх ночной рубашки. Его подхватили под мышки и ничего не понимающий старик посеменил в одном тапке в общем направлении.

Внезапно толпа остановилась. Вздох удивления прокатился по рядам. Я с Улетовым поспешили протолкнуться вперед.

Ох!

Барон нас опередил.

Двери комнат были широко распахнуты, а внутри помещений никого не было.

- Он сбежал!

Второй советник дернулся и ему удалось вырвавшись из рук солдат, встать на ноги.

- Фабис! Потрудитесь объяснить, что это всё значит!

Фабис резко повернулся и бешенным взглядом уставился на советника.

- А ты, господин Левел, не знаешь, что твой барон с ордынцами списывается?

- Фабис, что ты говоришь?! Ты с ума сошел!

Офицер схватил злополучное письмо и всунул в руки советнику.

- Читай!

- Этого не может быть! - по мере того, как глаза пробегали по строчкам, советник все больше бледнел. - Это неправда… - прошептал растерянно он.

- Это ты его подговорил? - Фабис был не просто зол, он был в бешенстве.

- Нет! Не я! Клянусь! - заорал перепугано советник и рухнул на колени, - Я не знал! Клянусь!

- А где тогда барон?

- Я не знаю! Не знаю!

- Он продал нас! За золото!

У меня внезапно возникла мысль:

- Подождите! - я подняла палец и, чуть выждав, когда все внимание сосредоточится на мне, указала на советника, - Кажется это он принимал у населения сбережения и ключи от сокровищницы должны быть у него. Так?

- Да, да, да! - мелко затряс головой советник.

- Ты открывал ее барону в последние дни?

- Нет! Ключи были постоянно со мной! Вот они!

- Покажи нам сокровищницу. Если барон хотел откупится золотом, то сокровищница будет пустая и ты его сообщник.

- Я клянусь! Я никому не давал ключи!

- Лучше прекрати орать и топай показывай! - вмешался Улетов.

Советник с трудом встал, поддергивая полы длинной ночной рубахи. Металлический нагрудник смотрелся на нем как на корове седло. Очень смешно, но абсолютно неуместно.

- Сними хоть доспех, - посоветовала я.

- А вдруг вы меня убьете! - возразил советник, чем вызвал дружный хохот солдат.

- Не беспокойся, - успокоила я старика, - я буду бить в горло.

Вопреки нашим ожиданиям сокровищница была полной. Хотя кто может сказать точно, уменьшилось количество золота из сундуков или нет?

- Все цело! - подтвердил советник, - вот смотрите по бумагам! У меня все записано - от кого и сколько!

- Да засунь эти бумаги себе…! - разозлился внезапно Фабис. - Если золото на месте, то чем он собирается платить за свою жизнь?

Вот тут мы тоже застыли. Что-то не сходилось. Раз золото, которое барон обещает в письме на месте, то жизнь барона ничего не стоит. И вправду, чем же барон заплатит? А может он еще в замке? И никуда не сбегал? Мало ли что его нет в комнате!

- Обыщите замок! - мысли Фабиса текли в том же направлении, что и мои, - и расспросите всех, кто вчера видел барона. Этого заприте в тюрьму…

- Фабис? - я рискнула его прервать, - в тюрьме Рандир… а?

Офицер секунду смотрел мне в глаза и поняв, что я не отстану, дополнил приказ:

- … а порученца выпустите.

Уф! Наконец-то!

И все же что-то было неправильно в этой всей ситуации. Будто пазлы - уже картинка видна, а не все еще кусочки на местах, или не совсем на своих местах.

Грудь жжет, будто там поселился маленький огонек. Глупый. Просится на волю и никак не может понять, что свобода для него смертельна. А держать его в себе может оказаться смертельно для меня.