Подружка невесты или... ветеринара вызывали? - Эйвери Блесс

Так как на меня все еще смотрели в ожидании ответа, то я честно сказала.

— Не ожидала вас здесь увидеть.

— Ну да, нам сюда нельзя. Но ты так шумела, что мы не смогли удержаться. Любопытно же. А ты что здесь делаешь? И почему прячешься от своих?

В голове пронеслась тысяча и одна мысль, что говорить и насколько быть откровенной с этими… этими… как-то называть этих, вполне разумных существ, доисторическими ящерами, уже и язык не поворачивался.

Как бы там ни было, но рассказать правду я не решилась, так как не знаю в каких взаимоотношениях те, кто ищут меня, с разумными рептилиями.

— А мы с ними играем. В прятки. Я прячусь, а они меня ищут. Если они меня не найдут, я выиграю, если найдут — проиграю.

Оба динозавра с меня перевели взгляд на удаляющийся аэрокар. Уверенно произнеся.

— У тебя нет шансов. Ты слишком много шумишь. Поэтому проиграешь.

А вот сейчас мне даже обидно стало.

— И ничего я не шумлю. И, вообще, они уже улетели, так и не найдя меня. Так что, можно сказать, что я выиграла.

Говоря это, я внимательно следила за аэрокаром. Ведь он действительно удалялся.

— Нет, не выиграла. Просто, сейчас там нет никого обладающего силой. А вот в следующий раз, когда они возьмут себе в помощь одного из семьи двадцати, то быстро тебя найдут. Я же говорил, ты шумишь как неразумный детеныш.

— Испуганный, неразумный детеныш.

В глазах одной из рептилий мелькнул странный интерес к моей тушке. Последнее мне не понравилось. Поднявшись на ноги и отряхнув мусор с джинсов, я уверенно посмотрела по очереди на обоих велоцирапторов.

— Посмотрим, кто здесь малыш и кто шумит.

Гордо выпрямив спину, я пошла в ту сторону, откуда прилетел аэрокар. Как бы там ни было, а мне надо все же вернуться в особняк. Можно было бы, конечно, спросить у этих двоих, куда мне идти, вот только интуиция подсказывала, что этого не стоит делать.

Судя по топоту за моей спиной, обе рептилии следовали за мной. И кто здесь еще из нас больше шумит? Мне очень хотелось обернуться, но я подавила в себе это желание в зачатке и двигалась дальше, обходя особо густые заросли. Блин, так скоро опять собьюсь с пути.

— Как думаешь, куда она идет?

Услышав тихий шепот за спиной, я слегка замедлилась.

— Не знаю, но у меня такое ощущение, что она также не знает этого.

— Может, скажем ей?

— Зачем? Тогда будет неинтересно.

Остановившись, я на несколько секунд закрыла глаз, чтобы подавить возникшее раздражение, после чего развернулась, спокойно поинтересовавшись:

— И куда же я иду?

Вы видели когда-нибудь ехидную улыбку у крокодила? Тогда подключайте свое воображение. Ведь именно так выглядели морды обоих динозавров. До невозможности довольные и, явно, что-то нехорошее задумавшие.

— А мы-то откуда знаем, это ты же идешь.

Ладно, я решила переиначить свой вопрос.

— Хорошо, тогда подскажите, пожалуйста, что находится в той стороне?

Вежливо спрашивая, я кивнула в том направлении, куда до этого уверенно двигалась.

— А ты что, не знаешь?

Вот что за глупая привычка отвечать вопросом на вопрос? Новая волна раздражения накрыла меня, но я опять ее подавила. Общаясь с животными, нельзя позволять себе всплески негативных эмоций и всегда надо оставаться спокойным и хладнокровным. Этому меня также учил отец. Вдох-выдох.

— Нет. Не знаю. Я просто пытаюсь хорошо спрятаться, — пока я все еще не готова была признаться, что заблудилась и все еще надеялась, что на моем коммуникаторе заработает галактическая связь. Вот только взглянув на него, я вдруг поняла, что даже сигнал местной связи стал работать с перебоями. На это я точно не рассчитывала. Нахмурившись, задумалась над странным явлением. По идее, сигнал обычной связи не должен пропадать в пределах планеты и даже должен ловиться на ее спутниках. Именно поэтому остальную фразу я протянула задумчиво. — Ненадолго. Только чтобы выиграть.

— Мы же уже говорили. Тебе не выиграть. Ты много шумишь. Как только появится один из семьи двадцати, тебя сразу же найдут.

— Да что вы говорите, как по мне, то именно вы здесь шумите, а я иду тихо. Так что на фоне вашего шума, меня никто и не услышит.

— А при чем тут обычный шум? — оба велоцираптора недоумевающе уставились на меня. — Мы вообще-то говорим о том, что ты не умеешь контролировать свои эмоции и мысли. Их за километр слышно. По ним-то тебя и найдут.

Что-то я запуталась. О чем они говорят?

— Я, вообще, удивляюсь, как тебя из дома без охраны такую необычную выпустили, да еще в лес. Тебя же любой хищник в два счета найдет.

— Это хорошо, что здесь их нет. Но если ты продолжишь путь в том же направлении, то вскоре пересечешь границу диких земель.

— Точно. И там тебя уже ничего не спасет.

— Конечно. Ведь на тех землях действует правило сильнейшего.

— Ага. Интересно, кто тебя первый обнаружит и съест. Ставлю на стаю орнитолестов. Я их как раз недавно видел у границы.

— А как же цератозавр? Ты же говорил, что вчера слышал его рык. Возможно, он не ушел и все еще там охотится.

— Ну не знаю, — одна из рептилий с сомнением посмотрела на меня. — Мелковата она для него. Так, на один зуб разве что. Может и не заинтересовать.

Я слушала спор динозавров, с каждой секундой злясь все больше и больше. Да как они могут, при мне же спорить на то, кто именно меня вскоре съест? Я уже готова была высказать все, что думаю по поводу этих двоих и их воспитания, но один из них, подняв морду, посмотрел вдаль, явно при этом хмурясь.

— Сюда летит адикари. При этом он очень зол.

— Сам адикари? Ты уверен?

— Да. Лучше нам убраться отсюда до его появления.

Оба велоцираптора, развернувшись, хотели было убежать в чащу, но я не могла им этого позволить, не уточнив один момент.

— Постойте. Что там за адикари? Не Кемдигин ли?

Услышав мой вопрос, оба динозавра резко остановившись, обернувшись, так что у меня что-то екнуло в груди.

— Ты знаешь Кемдигина?

Вместо ответа, я только кивнула головой.

Взгляд обоих рептилий из удивленного стал оценивающим. Они секунд десять смотрели на меня, а я даже дыхание задержала. Вот как-то не хочется мне столкнуться со злющим Берозаем. Его же вон, даже динозавры боятся. Что уже говорить обо мне несчастной. Но, возможно, это все же не он. Я даже пальцы на руках скрестила, повторяя как мантру: только бы не Кемдигин, только бы не он.

Пока я с замирающим сердцем ждала, что скажут рептилии, те, в свою очередь, вернулись к так выводящему меня диалогу между собой.