Призраки Пустоши - Сергей Зайцев

– Так что там с твоим челноком? – непонимающе напомнил капрал, потерявшись в наших рассуждениях.

– Да то же самое, что и с «кротом» Шайи. Нос словно покрывала невидимая пленка. Невидимая и сверхпрочная. Что-то вроде энергетической субстанции, наглухо экранирующей любое оборудование. Силовой экран. Почти уверен, что наш челнок в полете повстречался со стайкой все тех же чертовых «ежей». Так что мой вам совет – не попадайтесь им.

– Утешил, называется, – с досадой буркнул Ронор Журка.

– Петр, а как вы с капралом здесь оказались?

– На глайдере. Повстречались с чужаками… «пропеллеры» по вашей классификации. Пощупал их лазерной пушечкой, а они приласкали нас в ответ. Насколько успел понять из вашей информации – гравитационным ударом. Подозреваю, что от воздействия такого оружия и предназначены их энергетические щиты. Они рухнули на скалы, а мы в реку перед водопадом. Боевая ничья. Потом мы кое-как подняли глайдер снова и добрались до ущелья. Там я и нашел Шайю.

Весьма лаконичный рассказ. Ни слова о смертельной опасности. Вполне в характере Петра.

– Да если бы ты тогда не тронул «пропеллеры», – пробормотал капрал, – еще неизвестно, как бы все вышло…

– Капрал, не начинай снова. Противопоставить гравитационному удару нам нечего. Благодари своего Бога, что вообще жив стался.

Я невольно усмехнулся. Петр говорил так, словно головой рисковал только капрал, а он как бы и ни при чем. Словно способен выжить в любой ситуации. Одно из двух – или это напускная бравада, с целью подчеркнуть собственную значимость и никчемность спутника, или Петр просто не боялся смерти. Как мне кажется, второе – вернее. Упертый парнишка. Но надо отдать ему должное – он меня не бросил, хотя желающие были. Капрал, например. О! не мешало бы поблагодарить, пока не забыл.

– Да, я вот что хотел сказать… Я понимаю, что сильно тормозил движение, пока был без сознания. Спасибо, что не бросили.

– Петр настоял. Его и благодари. Я бы тебя оставила. До сих пор не пойму, почему он это сделал – ты и в самом деле выглядел, как труп, тащить тебя, когда чужаки могут преследовать по пятам – зря тратить силы.

Шайя так легко призналась в том, что тоже, как и капрал, бросила бы меня… Меня это даже слегка шокировало. Что это, особого рода практичный цинизм в боевых условиях, или обыкновенная бесчувственность к ближнему? А я ведь в самом деле ее очень плохо знаю. Тем больше поводов узнать поближе. Иногда на меня находят приступы упрямства. Черт побери, Шайя хотела меня оставить! Впрочем… Да чего я завелся? Я для нее – совершенно незнакомый человек. А в тот момент я действительно выглядел прожаренным трупом. В такой ситуации трудно винить кого-либо за желание оставить бесполезный груз.

– Я никого никогда не бросаю, – раздельно произнес Петр с неожиданной злостью. – и хватит об этом.

Снова пауза. Похоже, все наговорились, и хотелось просто отдохнуть, остыть от нервного напряжения, которое изматывало нас последние часы. Злость Петра меня слегка озадачила. Не мог же он в самом деле рассчитывать, что со мной произойдет это мистическое выздоровление… Но прислушавшись к его ощущениям, я смекнул, что эта злость обращена на него самого, а не на Шайю. Что это – недовольство собственным решением? Нет, что-то другое. Черт, плохой еще из меня эмпат. Эта злость связана с чем-то, что случилось в его недалеком прошлом. Вот и все, что я сумел понять.

– Крон, а что еще обо мне… ты узнал из записей Сомахи? – как-то нерешительно заговорила вдруг Шайя.

Я повернул голову, вглядываясь в ее светящееся на инфрасканере лицо и отчетливо ощущая ее напряженный интерес. Вот как. Эта тема ей все-таки не безразлична, как мне показалось вначале. Но не стоит себя обманывать – ее сейчас интересовал Сомаха, а не я. Двусмысленная ситуация, не лишенная черного юмора. Не хватало еще приревновать ее к самому себе. Надо подумать, что из этого можно выжать для себя лично.

Я решил бросить пробный камень:

– Как тебе сказать… Пожалуй, самое главное для меня то, что заняв его место на корабле, я поневоле унаследовал его симпатии. Иначе как бы я здесь оказался, в вашей теплой компании?

– Не обольщайся, это место уже занято, – с заметной прохладцей в голосе вмешался Петр, ему явно не понравилась тема разговора. Со своими симпатиями к Шайе я сунулся на его личную территорию. Но его выпад неприятно резанул внутри, рождая протест и ответную злость. Ничего, переживет.

– Обычно заочные симпатии не соответствуют ожиданиям. И легко стираются при непосредственном общении, – Шайя улыбнулась, не заметив напряжения, которое моментально возникло между мной и Петром ледяной стеной. – Жизненный опыт подсказывает.

– Поживем, увидим, – ответил я с деланно беспечным видом. – Для начала нужно уцелеть в этих пещерах.

Петр вдруг резко поднялся, шагнул ко мне, заставив в свою очередь инстинктивно вскочить и меня.

– Крон, – отрывисто бросил Петр, глядя в упор неприязненным взглядом. – Посмотри на меня.

– Смотрю, – насмешливо ответил я, уже зная, чувствуя, что он скажет дальше. Адреналин плеснул в кровь, стягивая все внутри в холодный комок, я с трудом подавил желание сжать пальцы в кулаки – это выглядело бы слишком демонстративно. И слабо. – Что дальше?

– Не смей проявлять интерес к этой женщине! – сквозь зубы проговорил Петр, больше не скрывая своей враждебности ни взглядом, ни голосом.

– Петр, не надо… – Наша перепалка застала Шайю врасплох, секунду назад ведь все было спокойно и ничего не предвещало вспыхнувшей как огонь ссоры. Неудивительно, что она растерялась. – Да что с вами такое? Знала бы, не завела разговор на эту тему…

– Шайя, помолчи, прошу, – отрывисто бросил Петр, не поворачивая головы, не сводя с меня взгляда, в котором разгоралась нешуточная ярость. – Крон, я этого не потерплю. Я помог тебе уцелеть. Но убиваю я с такой же легкостью, как и спасаю. Надеюсь, я выражаюсь ясно?

Серьезное заявление. А главное – не беспочвенное. Этот тип не любит бросать слов на ветер. На Двойном Донце я видел его в деле. Боевой робот был для него второй кожей, да и в рукопашной пилот толк знал… Но и я уже давно не прежний Сомаха.

– Яснее некуда. Но видишь ли, Петр, я сам решаю, каких симпатий мне придерживаться. – На лицо приросла насмешливая маска, от которой я не мог избавиться – точно лицевые мышцы свело раз и навсегда в определенную гримасу. Меня несло по скользкой дорожке, но я не мог остановиться. Не хотел. Никому не позволю топтать чувство собственного достоинства, да еще на глазах у Шайи. Петр не исключение. Со мной так нельзя. Прямо мурашки по коже – так хотелось врезать Петру.

– А мое мнение хоть кого-нибудь интересует? – повысила голос Шайя, уже забыв о секундной растерянности. Для ее решительной и волевой натуры, это, в общем-то, было неудивительно. Это мне в ней тоже нравилось.

– Да. – Мы повернулись к ней оба, словно по команде.

– Я уже сделала выбор, Крон, – твердо сказала Шайя, глядя на меня. – Не пытайся встать между мной и Петром. Ничего у тебя не выйдет. Нам через многое пришлось пройти, чтобы понять, насколько мы нужны друг другу. Понимаешь?