По темной стороне - Купава Огинская

Я любопытная.

Любопытная настолько, что отправилась исследовать новые коридоры, стоило только Раяру перетащить меня в свое крыло замка.

Оставаться в тех покоях, в которые так бессовестно нагрянули сектанты, мне было никак нельзя. Это было решено хищником и единогласно поддержано нами. Даже еще слишком слабый и не до конца пришедший в себя Бося одобрил решение моего кошмара.

Но где же мне жить, если не здесь? Вот в чем вопрос. И ответил Раяр на него весьма однозначно.

— Это твои новые покои, — не слишком радостно сообщил он, пока вызванные из-под потолка тени затаскивали мои вещи в гардеробную.

Обстановка в этих покоях не сильно отличалась от той, что была в предыдущих. Единственными отличиями было наличие еще одной двери, незаметной, черной, спрятанной за расшитой занавеской, ну и, пожалуй, непривычными были ненавязчивая, изящная роспись и тонкая вышивка.

— А там что? — бесстрашно сунулась я в дверь, за которой, как оказалось, располагалась очень мрачная и очень знакомая спальня моего кошмара. — О.

— ‎Это покои моей… приемной матери, — счел нужным пояснить Раяр, — она жила здесь.

— ‎А это? — кивнула я на дверь, которую все еще держала полуоткрытой.

— ‎Покои хозяина замка.

Ага, то есть, Раяр занял спальню своего приемного папки, а я буду жить в комнате его приемной мамки.

— Если тебя что-то смущает, то дверь можно запереть, ключ…

— ‎Ты за считанные секунды совершенно спокойно перемещался отсюда, — я снова кивнула на дверь, — в мои старые покои, которые, к слову, находятся довольно далеко. Так что запрем мы дверь или нет, для меня значения не имеет. А вот тебе стоит подумать, сможешь ли ты спать спокойно зная, что за стеной живет ужасная человечка, которая в любое мгновение может нагрянуть в гости.

Раяр некоторое время странно смотрел на меня, а потом просто кивнул. И все.

И непонятно было до чего он там додумался, но дверь так и осталась открытой.

Как знак того, что потомки Изначальной Тьмы не боятся всяких человечек. Типа, бесстрашные они.

Напрасно, кстати не боятся, я бываю очень страшной. Особенно когда, обследуя новые территории, случайно нахожу путь на кухню.

Кухня тут, конечно, была вполне обычная. Такая, какой я видела ее во всяких фэнтезийных фильмах. Большая, заполненная посудой, с огромным, жарко натопленным очагом и очень уютной, я бы даже сказала аппетитной суетой. Гремели крышки на больших кастрюлях, бодро стучали ножи по разделочным доскам, а нос щекотало от одуряющего запаха свежей выпечки… и все это в гробовой тишине.

Здесь не было людей, и не было этих сотканных из тьмы теней, что прислуживали Раяру. Только продукты, мечущийся туда-сюда темный туман, клубящийся и очень энергичный и… мамочка моя родная:

— К-кости?

Дося, в последнее время сопровождавшая меня в гордом одиночестве, пока Бося приходил в себя и все время спал, вопросительно курлыкнула.

Она решительно не понимала, что именно меня так поразило.

И действительно, что ужасного я нашла в костях, прикованных цепями к стене? Расположившись на высоте нечеловеческого роста (метра два над полом, быть может, чуть выше), запутанные в своих сетях, состоявших из некрупных, исцарапанных странными черточками (местный аналог клинописи, отдалено напоминающий мертвый язык) цепей, покоился отполированный, чистенький и вроде как даже довольный своим посмертием скелет.