Крылатое счастье - Валентина Гордова

— Катя! — Чей-то смутно знакомый голос проник в сознание сквозь толщу сна. — Катя, ты жива?

С трудом разлепив хранящие чужое прикосновение губы, я хрипло прошептала:

— Да…

И замерла, прислушиваясь к ощущениям. Перед глазами продолжали искрить золотые огни, от них не помогали избавиться ни твёрдая холодная земля под спиной, ни общее ощущение качественного избития… в смысле, ощущение во всём болящем теле было такое, будто меня били, долго и со вкусом, не жалея сил.

— Я уж думала, не вернёшься! — Облегчённо выдохнула… бабушка Оля.

Это было похоже на удар, от которого вздрогнуло всё моё тело.

С трудом открыв слезящиеся глаза, я сфокусировала взгляд на обеспокоенном лице склонившейся надо мной старушки, убедилась, что это действительно бабушка Оля… и тёмное, затянутое тяжёлыми тучами небо у неё над головой, и край её дома… потом перед глазами всё поплыло, а сами глаза так нестерпимо зажгло, и ком в горле, и боль, бесконечная невыносимая боль в груди…

— Я всё сделала правильно, — говорить громко не получалось, едва сдерживаемые рыдания сжимали горло и грудь, — я не могла остаться там, мой дом здесь…

— Ох, девочка, — позвала старушка с сожалением, — что с тобой случилось?

И я рассказала. Всё-всё-всё рассказала, вообще всё. Как перенеслась в этот мир, как больше месяца провела на раскопках с учёными, как познакомилась с драконами и духами и… Садхором. Про него говорить было больно, хоть разум и понимал, что это глупо. Совершенно глупо. И больно…

Я проревела до самого вечера.

А потом позвонила мама.

Мы на тот момент допивали уже не знаю какую кружку чая с успокаивающими травами, сидя в кухне у окна, когда где-то совсем рядом зазвонил телефон. Мой.

— Она каждый день звонит, — грустно вздохнула бабушка Оля, виновато отводя взгляд.

Мгновенно побледнев, я отставила кружку на стол, потому что руки задрожали, и тихо спросила:

— Что вы ей сказали?

Наверно, мама уже объявила меня в розыск… Она же с ума сходила всё это время!

— Ну-у-у, — протянула бабушка таким тоном, что я сразу заподозрила что-то совсем нехорошее.

И не прогадала, потому что старушка подняла на меня виноватый взгляд и выпалила:

— Пришлось немного поиграть с голосом… в общем, она думает, что всё это время разговаривала с тобой.

— А на самом деле? — Сглотнув, испуганно прошептала я.

— Со мной говорила, — поджала бабушка губы и замерла.

Я не злилась, нет, хотя бабушка Оля как раз этого и ожидала, судя по её взгляду. Я не злилась, я была ей очень благодарна. Очень.

А вот отвечать на звонок было страшно… сердце сжалось при звуке маминого голоса — звонкого, умиротворённого, ничего не подозревающего. Впрочем, уже спустя пару моих настороженных фраз мама насторожилась и сама, спросила, всё ли у меня в порядке и заставила рассказать события последнего дня.

А я была просто очень рада слышать её голос. И даже решила, что обязательно съезжу к ним в ближайшее время. Да хоть завтра!

После разговора с мамой мне стало куда спокойнее. Намного спокойнее.

Пока улыбающаяся бабушка Оля весело так не сказала:

— Кстати, тебя уволили.

И моя истерика пошла на второй круг. Работу я пусть и не любила, но что же мне теперь без неё делать? Что мне делать?!

Закончилось всё тем, что бабушка накормила меня успокоительным со снотворным эффектом и отправила спать, сказав, что все проблемы я буду решать потом.

Засыпала я в слезах, так некстати вспомнив о всё-таки забытом пузырьке с капельками, что дал тот лекарь.

***

Собственная квартира показалась мне чужой и незнакомой. Странное чувство, раньше у меня подобного не было.

Какое-то время я просто бродила из комнаты в комнату, ничего не трогая, только глядя, будто это всё и не моим было.

В итоге ушла в горячую ванну. Это было бесподобно! Восхитительно настолько, что я пролежала в душистой пене часа два точно, пока не начало клонить в сон, хотя я и так проспала до обеда, наверно.

Выбравшись из ванной, замоталась в полотенце, на волосы накинула другое и пошла на кухню, крайне недовольная тем фактом, что потом пришлось ещё и в магазин идти. А потом убираться.

Зато был во всём этом и плюс — я не думала про Садхора. Не думала о том, что он там подыскивает себе спутницу жизни, что через два месяца у него тоже появится своё полотно, не думала…

Вечером снова засыпала в слезах.

А уже утром началась операция под кодовым названием «Новая жизнь».

Я выкинула весь ненужный хлам из дома. Давно собиралась, да всё как-то жалко было, а тут… выкинула. Я у меня просто умница. Собрала все свои сбережения и съездила к родителям. Я у них последний раз была на Новый год, а это почти год назад, так что моему появлению немало удивились. Случившимся со мной преображениям тоже. Потом, конечно, обрадовались и приняли с распростёртыми объятьями, оставив у себя на добрую неделю.

Которую я тоже не стала тратить просто так.