Норвуд - Максим Майнер

Отброшенное столкновением, существо уже не смогло броситься в бой – интерфектор не терял времени и сразу стал рубить незащищённое брюхо топором. Несколько резких – на выдохе – ударов и тварь прекратила шевелиться.

– Что это, господин Глен? – после окончательной смерти чудовище завоняло ещё сильнее, и я вынуждено зажал нос.

– Собака, Норвуд, – спокойно ответил мужчина. – Изменённая тьмой собака.

За время блужданий по городу, мы всего несколько раз натыкались на животных, которые превратились в порождения зла, но они представляли не большую опасность, чем обычные мертвяки. А может, даже были чуть менее страшны, потому что двигались далеко не так резво, как могли при жизни.

– И почему с ней это произошло? – я не стоял столбом, а осматривал имевшиеся в лавке товары.

Большая корзина, несколько мешков и медный котелок наверняка могут пригодиться в пути.

– Я не знаю, – господин Глен присел рядом с мёртвой тварью. – Но стоило бы это выяснить.

Глядеть на жуткое и вонючее чудовище мне совершенно не хотелось, поэтому я не стал присоединяться к интерфектору и продолжил собирать припасы – огниво, ещё один фонарь, соль и крупа. Никакой другой провизии на прилавках не было, но, скорее всего, её стоит поискать в подвале, правда, спускаться туда в одиночку я побаивался.

– Она начала изменяться ещё при жизни, – задумчиво произнёс господин Глен, непонятно как определивший это в ходе осмотра. – Очень странно.

Однако время поджимало, поэтому мы оставили тварь в покое и спустились в подвал, где никаких опасностей, к счастью, не оказалось. Только ледник с продуктами, да копчёности, свисающие с потолка. Набрав столько продовольствия, что двигаться получалась с трудом, мы покинули лавку так же, как пришли – через чёрный ход.

Кое-как протиснувшись через наполовину разбитую дверь, я прижал добычу к себе, и хотел было пойти вслед за интерфектором, но взгляд почему-то зацепился за собачью будку.

Ничего необычного в ней, в общем-то, не было – простая, деревянная, сейчас поломанная. Рядом валялся обрывок хорошей верёвки, служившей когда-то привязью для собаки. Опустив вещи на землю, я прибрал находку – полезная штука, пусть и короткая.

Но моё внимание привлекла всё же не верёвка, а находившийся как раз на том месте, где раньше стояла разрушенная будка, небольшой островок тёмной рыхлой земли. Такой, будто там относительно недавно что-то выкапывали или, наоборот, закапывали.

– Норвуд, ты чего застрял? – интерфектор, уже вроде бы скрывшийся за углом, вернулся.

– Здесь копали, – я опустился на колени и стал убирать землю.

– Может, собака? – господин Глен присел рядом.

– Как-то слишком аккуратно…

Руки почернели, грязь забилась под ногти, но через несколько мгновений я всё-таки добился результата. На дне небольшой ямки обнаружился клад – позвякивающий кошелёк, обёрнутый в тряпку.

Проклятые монеты – вот что послужило причиной превращения собаки в такую жуткую тварь. Лавочник решил припрятать свои накопления и не нашёл лучшего места, чем будка питомца. С одной стороны – там вряд ли стали бы искать, а с другой – особенного воровства в нашем городке и не было, разве что мальчишки иногда прикарманивали какую-нибудь сладость с прилавков зазевавшихся торговок. Но жадность боязлива, и золото оказалось в земле.

Днями напролёт собака напитывалась тьмой, и потому перерождение началось при жизни – не появись в городе упыри, животное само в скором времени превратилось бы в порождение зла.

Я развязал кошель и высыпал монеты, среди которых имелись самые обычные деньги, но брать их было страшновато. Да и к чему они сейчас?

Господин Глен равнодушно посмотрел на валявшееся богатство и сказал:

– Вот всё и выяснилось. Молодец, Норвуд, – однако не успел я загордиться от похвалы, как мужчина добавил: – Надо идти…

Забираться на крыши с полными руками припасов не стали, всё равно мертвяков вокруг почти не было. Поэтому, когда мастер Фонтен и Опалённая спустились на землю, мы распределили вещи и провизию, распихав всё по прихваченным мною мешкам, и отправились в сторону ворот.

– Почему ты уверен, что мертвяков поведут на Сильный город? – спросил мастер Фонтен, когда до цели оставалось пройти совсем немного.

За весь недолгий путь мы повстречали мертвяков всего несколько раз и господин Глен так быстро разделывался с ними, что я даже не успевал ничего толком понять. Откуда у него только берутся силы?

– Я не был уверен, – интерфектор ни на миг не расслаблялся, постоянно осматривая окрестности. – Пока не увидел, как несколько Опалённых подчинили себе всех покойников в городе. Для чего ещё может понадобиться такое войско?

– А если они хотят увести их на север? – прошептала Френсис. Девушка всё ещё была слаба – противостояние с Карлом Рокитанским далась ей очень нелегко. – Я мало знаю, но то, что там происходит явно не входило в их планы…

– Не думаю, Френни, – мастер Фонтен покачала головой, – до севера вся эта орава просто не доберётся. Сколько межей нужно перейти? Десяток? Для такой толпы – непреодолимое расстояние.

Поговаривали, что ходить через межу можно только небольшими отрядами, а лучше вообще в одиночку, чтобы не привлечь внимание таких существ, рядом с которыми все тёмные твари не опасней котёнка. Не знаю, сколько в этом правды – самому путешествовать между оазами мне не доводилось.

Я не принимал никакого участия в разговоре, но не потому, что мне не было интересно, нет. Усталость давила на плечи, делая нетяжёлый, в общем-то, мешок неподъёмным, а глаза закрывались сами собой. Ещё чуть-чуть и засну прямо на ходу.

– Вот и я подумал так же, – согласился с мастером Фонтеном интерфектор. – Перевести войско через межи невозможно, и поэтому они создали армию прямо здесь. А зачем она ещё может быть нужна, если не для нападения на единственный в этом оазе Сильный город?

– У нас есть и другие города, – кажется, мой бывший наставник не хочет соглашаться просто из вредности. – Грано, Ферро… Ещё пяток совсем мелких… Сколько здесь мертвяков? И что они сделают против ополчения Сильного города? Или против его стен?

Открывать рот не хотелось, но я смог себя пересилить.

– По последнему пересчёту в городе проживало почти четыре тысячи человек, – бургомистр поручал переписывать бумаги именно мне, поэтому я знал, что говорил. – Значит, мертвяков никак не может быть больше этого количества…

Впереди уже виднелись закрытые ворота, что неудивительно – мы ведь сами их заперли.

– Спасибо, Норвуд, – интерфектор кивнул мне. – Пусть порождениями зла стала даже половина горожан… Это очень много. Да и кто тебе сказал, – господин Глен глянул на мастера Фонтена, – что в других городах сейчас не происходит то же самое?

Мой бывший наставник ничего не ответил, а только пробурчал что-то себе под нос. Зато его внучка сказала кое-что дельное: