Осколки времени - Райса Уолкер

Когда он наконец поднимает голову, его глаза останавливаются на каждом сидящем по очереди, пока он говорит:

– Среди киристов много хороших людей, особенно среди новых киристов. Я отношусь к этим людям с величайшим уважением, в том числе и к тем, кто сидит за этим столом. Я даже признаю, что «Кирист Интернэшнл» сделала много хорошего. Это относится и к большинству других крупных организованных религий, готов поспорить. Но я не верю, что то хорошее, что они сделали, перевешивает вред, причиненный за эти столетия. Я хотел бы оставить все как есть, потому что не думаю, что у меня есть необходимость оправдывать свои личные религиозные взгляды или отсутствие таковых перед кем-либо из вас. Я с радостью сотрудничаю с любыми союзниками, чтобы остановить Отбор. Для этого мне не обязательно перенимать ваши религиозные взгляды.

Он поправляет на носу очки в стальной оправе и поворачивается ко мне:

– Как я уже говорил, Кейт, я согласился пойти на компромисс в этом вопросе ради общего блага. Родителям Джулии потребовалось некоторое время, чтобы убедить меня, но я рад, что послушал их. Я думаю, это к лучшему, если мы сосредоточимся на Отборе и позволим истории определить судьбу киризма.

Я поворачиваюсь к Шарлейн:

– Ранее ты говорила о «новых киристах». Как и Тилсон только что. Что именно это значит?

– Ну, мы все киристы. Но есть еще ортодоксальные киристы, которые существуют уже с пятнадцатого века. Новые киристы – это ответвление, основанное в 1950-х годах, так что мы действительно совсем новые. Ортодоксальные киристы сосредоточивают свое внимание как на «Книге Пророчеств», так и на «Книге Кира». Мы больше полагаемся на «Книгу Кира». В ней можно найти много мудрости, если ты найдешь время и почитаешь. Мы не требуем десятины, хотя это все еще поощряется. И мы избавились от некоторых глупостей, таких как браки по договоренности и запрет на секс, пока не исполнится сорок лет.

– Двадцать, а не сорок, – сухо поправляет Джулия. – Однако если отбросить гиперболы, Шарлейн дала вполне точное описание различий.

– Я вроде как застряла где-то между этими двумя направлениями, – говорит Шарлейн с застенчивой улыбкой, явно довольная недокомплиментом Джулии. – Папа в ортодоксальной церкви. Мама из новых. Я последовала за ней, как и два моих брата. И еще один ходит в папину церковь.

Джулия кивает:

– Официально мы с Максом придерживаемся ортодоксального обряда, хотя это только для видимости. «Кирист Интернэшнл» признавала, что рост может потребовать определенной степени компромисса, так что вместо того, чтобы исключать тех, кто стремится к более… свободной… форме поклонения, им было разрешено продолжать исповедовать ее дальше как ответвление. Они обеспечили достойное прикрытие для Пятой Колонны, особенно после того, как я была назначена главой межконфессионального альянса, который является – или, вернее сказать, являлся – координатором деятельности как между новыми и ортодоксальными, так и между киристами и христианами, мусульманами, буддистами и так далее.

– А твои родители? – спрашиваю я. – Неужели Делия и Эйбел хотели, чтобы киристы продолжали свою работу?

– Они бывали в храме несколько раз в неделю.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Потому что ответ не имеет значения. Их уже нет. И даже если бы они были здесь, ты бы имела дело со мной. В конце концов, моя цель – как можно меньше изменить хронологию событий. Уничтожьте ключи, уничтожьте большинство чудес, которые, как мы все знаем, все равно ложны. Выбросьте «Книгу Пророчеств». «Книга Кира» остается. То, что мы в конечном итоге получим, ближе к новому обряду, чем к старому, без Отбора. Мы все будем существовать, и гораздо более вероятно, что мы узнаем мир, в котором живем.

– Но «Книга Кира»… – Я хочу сказать, что «Книга Кира» так же фальшива, как и «Книга Пророчеств». По большей части это том, состоящий из плагиата и банальностей, собранный из всех религиозных текстов и книг на планете, и он вообще не должен существовать.

Но выражение лица Тилсона практически кричит мне, чтобы я отступила от этого комментария, поэтому я меняю тему.

– Отлично. Если я не помешаю Пруденс присоединиться к Солу, то нам нужно знать больше о том, что произойдет с ней, когда она переместится в 2305 год, прежде чем мы совершим это путешествие.

Макс фыркает:

– И как же ты собираешься это выяснить? Просто подойдешь к ней и спросишь?

– Возможно. – В моем голосе слышится неуверенность, потому что все может пойти не так, как запланировано. – Это может сработать, если я найду юную Пру, прежде чем ее разум превратят в кашу. Кирнан говорит, что было время, когда она восстала, когда она ненавидела Сола.

– Судя по тому, что я видела и слышала, – говорит Джулия, – она ненавидела Сола бо́льшую часть своей жизни. Но, как я уже говорила, любая информация, полученная от Кирнана Данна, является подозрительной. Я бы сказала то же самое и до смерти моего сына, независимо от того, во что верила моя мать. Ты проигнорировала мое предупреждение насчет Лондона, но тебе нужно серьезно отнестись к моему совету насчет Кирнана. Иначе ты поставишь под угрозу весь наш план.

– А как насчет ключа Гудини? Кирнан и я работали над этим вместе.

– Ты хоть знаешь наверняка, что у Гудини есть ключ?

Я решила, что будет не лучшей идеей признаться, что я уже видела этот ключ, так как это вроде как подтверждает, что я также видела и Кирнана. Я не хочу сейчас разбираться со всем этим.

– Другая-Кейт, я из предыдущей временной линии? Она была уверена.

– Сосредоточься на получении ключей из штаб-квартиры ХРОНОСа. Как только мы их уничтожим, думаю, что у Гудини не будет ни ключа, ни карьеры. Мы даже и имени его не вспомним. – Джулия, явно довольная своей неудачной шуткой, оглядывает стол, чтобы убедиться, что ее оценили по достоинству.

Шарлейн и Макс тихо хихикают. Бен даже слегка дергает губами. Мы с Тилсоном, по-видимому, единственные не подлизы в этой комнате.

Но я чувствую странную потребность защитить Гудини, которого нет рядом, чтобы защитить свою репутацию от очередных людей, бросающих ему вызов.

– У него был ключ ХРОНОСа, но я не думаю, что он ему нужен. Гудини сделал карьеру еще до смены времен. Еще до того, как появился «Кирист Интернэшнл».

Это стирает ухмылку с лица Джулии.

– Откуда ты это знаешь?

– Прочла в одной из книг Кэтрин. В книге, которая была под защитой ключа ХРОНОСа.

Джулия сузила глаза:

– Я и не знала, что Кэтрин была такой заядлой библиотекаршей. Какой смысл следить за временными линиями, столь радикально отличающимися от нашей?

– Это… история, – говорю я.

– Уже нет. И в любом случае сейчас тебе не нужно гадать, есть ли у Гудини ключ. У нас есть дела поважнее.

Честно говоря, я, скорее всего, подожду и закончу с Гудини, как только все остальное будет решено. Но я не могу избавиться от ощущения, что его ключ очень важен.