Опасная игра с демоном - Эля Рин

– Э-э-э-эй, пусти меня, дай почистить зу-у-убы!

Я уселась в ванну, обхватив колени, закрыла глаза и пыталась забыть обо всем, кроме горячих струй воды, бьющих по макушке и по плечам. И ведь правильно говорят, что бегущая вода смывает все горести и печали. Когда я наконец выключила душ, встала босыми ногами на запотевший кафель и завернулась в пушистое полотенце, произошедшее уже казалось мне вовсе не таким ужасным, как сначала.

Главное, приутих внутренний голос, который безжалостно поносил меня за недостойное и неразумное поведение. У голоса были явные родительские интонации, а манера говорить такая, будто мне снова двенадцать и меня застукали за гаражами целующейся с соседом по парте. Страшное, ужасное преступление, как ни крути. После него можно только скатиться до двоек, вылететь из школы, отправиться по наклонной и прослыть падшей женщиной во всех окрестных дворах. Хорошо, что с тех пор я повзрослела и научилась отделять родительские страшилки от возможных реальных последствий.

Да, на несколько минут я полностью потеряла контроль над собой. Это плохо. С другой стороны, было приятно? Было. Этого не отнимешь.

Да, никто раньше так со мной не разговаривал. Забыть фразу про «оттрахать» и «стол в гримерке» никак не получалось. С другой стороны, можно порадоваться, что раньше у меня получалось держать таких наглецов на расстоянии. Единичный прокол проигрышем не считается. В конце концов, один раз не дикобраз.

Да, я согласилась пойти на концерт. Нет, я все еще не обязана на него идти.

Да, Алик знает, на каком этаже я живу. Это минус. Но не знает номер квартиры и номер телефона. Это плюс. Если он меня окончательно достанет, я всегда могу уехать к родителям. Или на дачу. Учеба закончилась, и в Москве больше нет места, где я обязана регулярно появляться.

Я все еще контролировала ситуацию. Или мне так казалось.

Сначала я не могла заснуть. Вертелась на влажной кровати, то накрывалась с головой, то скидывала простыню совсем. Сердце колотилось часто-часто, и воспоминания о балконе… не давали спокойно дышать. Но потом в комнату заявилась Мышка, забралась ко мне под бок, по-хозяйски покрутилась, утаптывая место поудобнее, и мелодично замурчала, как лучший в мире успокоительный музыкант. Через несколько минут задремала и я.

И никаких волнений и дурацких снов.

На следующее утро я решила сразу брать быка за рога, то есть Гугл за поисковую строку. Сварила кофе и устроилась с ноутбуком прямо на кухне, откусывая от бабушкиных пирожков и положив на стол новый чистый блокнотик, чтобы делать заметки.

Но первые полдня прошли впустую.

Сначала я ткнулась в поиск по картам Таро – сработала инерция вчерашнего разговора с бабушкой, – но быстро разочаровалась. Их история начиналась с пятнадцатого века, а значит, никак не могла мне пригодиться. Если, конечно, Влад не солгал мне и действительно имел отношения с императрицей Феодорой десятью веками раньше. Поиск по его женщинам тоже ничего особенного не дал. Да, для своей эпохи они были весьма известными и успешными, прожили долгую жизнь, оставили след в истории… Но ни единого свидетельства очевидцев о демоне. Или демонах, если предположить, что Влад попался им не первым…

Потом пирожки закончились, и я приуныла, решив, что так и останусь без нужной информации, зато толстой. «И еще со стремным наглым поклонником!» – не скрывая злорадства, заявил внутренний голос. «Скажи спасибо, что без демона», – парировала я. «Ну это только пока, если не разберешься с картами», – оптимистично ответил он. Ох-х. Хорошая мотивация, чтобы продолжать поиски.

Тут дело пошло лучше, потому что я додумалась правильно изменить поисковый запрос. Вместо «магия карты история» набрала «магия карты легенды» – и вуаля, сразу же нашлось несколько интересных подробностей.

Сначала я вышла на книгу оккультиста Кура де Желебена, который утверждал, что история Таро и вообще карточных символов относится к Древнему Египту. А старшие арканы и вовсе происходят от виньеток в Книге мертвых.

Потом добралась до описания древнейшего раздела этой самой книги – Текстов пирамид, которые писали на стенах гробниц в специальных комнатах. Сначала только в пирамидах фараонов, а потом и королев. Археолог Гастон Масперо в конце девятнадцатого века раскопал гробницу некой Анхесенпепи Второй – первой женщины в истории, которой написали такое вот напутствие в мир иной. И… бинго.

В ее пирамиде нашли не одну, а две комнаты. Первую – с такими же заклинаниями, как и у фараонов-предшественников. А вторую – с изображениями сорока четырех мужчин и их иероглифами-именами, которые так и не расшифрованы до сих пор. Этот текст не походил на стандартные египетские тексты того периода. Будто автор ссылался на нечто, не имеющее аналогов в обычном, вещном мире. А над дверным проемом в ту комнату висело предупреждение: