Хочу тебя (на)всегда, или Курица на шпильках - Елена Амеличева

— Вруша ты, Анька, — Игнат вздохнул. — Я же все видел.

— Что именно? — уточнила осторожно.

— Вот, любуйся, — он протянул мне свой смартфон, включив видео.

Египетские долгоносики! Я ахнула, глядя на кадры нашего с Даяном прыжка с террасы Кадорского.

Мой дракон был прекрасен — мужественный герой, уверенно прижимающий к своей груди девицу — орущую в голос, с перепутанными волосами и платьем, которое уползло на талию, выставив на всеобщее обозрение задницу. Вредная попа успела «съесть» трусики и казалось, что я лечу в ночном московском небе голо…. Короче, во всей неприкрытой бельем красе.

— …!!! — от души высказалась я.

Одними долгоносиками в таком случае не отделаешься.

Вот и стала Дамиана Гербер звездой youtube!

— Ну, объяснишь, как ты с больной спиной так лихо проводила время? — съехидничал Игнат.

— Нет, — мрачно ответствовала я. — Моя фантазия иссякла.

— Ясно. А то уж подумал, что такая нынче физиотерапия.

— Угадал.

— Иди уже, работай, — сжалившись, шеф махнул рукой.

— Спасибо! — просияла и выскользнула за дверь.

Протяжно выдохнула и зашагала вперед. Сейчас еще коллеги устроят мне гестапо — будут пытать весь день, можно не сомневаться!

Чувствуя себя Штирлицем, которого отпустили уставшие от пыток фашисты, я вышла на крыльцо и глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух.

— И даже не думай, что мы оставим тебя в покое, Анька! — заявила Оля, процокав ко мне каблучками.

— Уверена, что не оставите, — пробормотала и тут же просияла, увидев черный спорткар, который въехал во двор.

Даян выскочил из нее, быстро подошел ко мне, сграбастал в охапку и, по пути целуя, урча и хватая за все свои любимые места, потащил в машину.

— Что ты творишь, озабоченный геккон? — возмутилась для вида, когда меня пристегнули и тут же стартовали с места, как на Формуле 1.

— Я тебя целый день не… — ухмыльнулся, вывернув руль. — Не видел. Соскучился.

— И я соскучилась, — промурлыкала и провела рукой по его волосам.

— Будешь так смотреть, — хрипло пообещал мой дракон, — сверну в ближайшую подворотню и…

— Как будто я против, — заявила, тая под его полыхающими страстью зелеными реакторами.

— Твое желание — закон для меня! — выдохнул Даян.

Через секунду машина съехала с дороги. Через мгновение я оказалась сидящей на драконе. Он тут же завладел моими губами, посасывая, покусывая нежно то одну, то другую.

— Нас никто не увидит, — шепнул, заглянув в мое лицо. — Смотри, — повел рукой, и на окнах спорткара тут же расцвели какие-то узоры, похожие на иней, только черного цвета.

— Ух ты, что это? — я провела рукой по стеклу.

Оно было горячим и гладким.

— Немного драконьей магии, — сильные руки стиснули талию, напомнив, зачем мы здесь.

— Горыныч, да ты волшебник! — прошептала, утонув в его глазах.

— Все волшебство впереди! — он вновь набросился на мои губы, постанывая от удовольствия и желания — того самого, которое буйным вихрем взметнулось в моей крови, заставив каждую клеточку тела заныть предвкушением близости.

Даян запустил руку в волосы. Урча, погладил шею, быстро расправился с пуговками блузки, положил ладонь чуть ниже лопаток и надавил, заставив выгнуться так, что грудь, освобожденная от чашек лифчика, выпрыгнула ему навстречу. Кончик языка дразняще пробежался по соскам, рассылая по телу молнии нестерпимо острого удовольствия.

Оно стало еще сильнее, хоть и казалось, что такое невозможно, когда любимый наполнил меня собой. Теперь уже я заурчала, сжав его плоть и заставив дракона хватать ртом воздух. Резкие движения, стоны, всхлипы — быстро, остро, ярко. И нестерпимо приятно!

Мы пришли к финишу вместе и замерли в объятиях друг друга, тяжело дыша.

— Так соскучился, — промурлыкал Даян, поглаживая мою спину.

— Да уж поняла, — улыбнулась и отстранилась от него. — Что дальше в твоих коварных планах?

— Много всего, — ухмыльнулся довольно. — Но сначала отвезу тебя поужинать!

— Ты меня в «Седьмое небо» везешь? — увидев на горизонте «шприц» Останкинской телебашни, спросила я.

— Была там? — он свернул на стоянку.

— Я москвичка, Даян. Изначально «замкадыш», правда. Так что везде была. А в «Седьмом небе» мне муж предложение делал, — увидев, как побелели костяшки пальцев дракона, сжавшего руль до треска, поняла, что подробности были лишними. — Не скрипи клыками.

— Слишком много мужчин, — пробурчал, остановив машину.

— Ты еще и ревнивый? — выйдя из нее, уточнила я.

— Как и любой нормальный самец.

Мы зашагали к башне.

— Поспорила бы, — понимая, что лучше промолчать, все же сказала.

— Ты!.. — рыкнул, резко остановившись.

Через мгновение я оказалась стиснута железной хваткой. Рот довольно заурчавшего ревнивца смял мои губы. Охрана, следовавшая за нами на почтительном расстоянии, смущенно отвела глаза — заметила это, когда дракон прекратил поцелуй и прижался щекой к моим волосам.

— Ты меня… — судорожно вздрогнул, со свистом втянув воздух.

— Что? — беспечно улыбаясь, прошептала в ответ, хотя это был вопрос.

— С ума сводишь! — хрипло выдохнул. — Посадил бы дома под замок, никуда бы не выпустил!

— Не шути так, — это царапнуло. — У меня муж был жутко ревнивый, второго такого не перенесу.

— Тебе обязательно его постоянно упоминать? — отстранился и уперся жестким взглядом в мое лицо, играя желваками.

— Даян, скажу один раз, — я тоже умею быть жесткой, — будешь закатывать сцены ревности, останешься один. Ты все понял?

— Да, — рыкнул недовольно.

— Отлично. А теперь выбирай: едем домой или идем ужинать.

— Почему я должен выбирать?

— Потому что там же полно мужчин. Официанты, посетители смотровой площадки, охранники. Если ты намерен закатывать истерики, то я лучше пойду домой. Уж прости, что упоминаю, мне позора хватило с мужем.

— Идем, — дракон сжал мою руку и зашагал вперед.

И почему мне так на ревнивцев везет? Карма, что ли, такая?

Даяну удалось взять эмоции под контроль. Правда, пока поднимались в лифте, он прижал меня к себе и оскалился, зарычав, когда стоявший рядом молодой парень улыбнулся мне. Ну, не покусал бедного, уже хорошо. Столик у панорамного окна нас уже ждал. С высоты опять была видна вся Москва.

— Прыгать не будем? — пошутила, присаживаясь. — Еще от того раза не отошла.