Ирбиса (не) приручить - Адель Колуэ

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Иссил тоже прикрыл глаза и, не раскрывая их, признался:

- Украшают обычно лентами. Но я почему-то не могу представить их. Зато ясно вижу полотенце, что мать вышивала птицами. И понимаю, что его создать получится. Но не рвать же его? Может, рушники повяжем на бортах?

- А точно! - обрадовался Пард. — Это мы в знакомое село едем с лентами, а здесь мы явимся на переговоры, так что и полотнища должны быть видны издали, а то еще запрут ворота.

- Ворота все равно запрут, но хоть военную тревогу не объявят, -  проворчал  Лигран. - Твори рушники. Не хочу дольше нужного задерживаться.

- А что, если сюда вместо лав сделать сидушки со спинками, навроде тех кресел, что мы разбирали в ложе, но, например, из лозы плетеные, - теперь схватился за голову Иссил и опять ринулся вокруг телеги. - Будет и богато, и необычно.

- Но тогда у нас места в телеге не останется, - возразил Пард. - Ни мешок бросить, ни бревно погрузить.

- Тогда давай лавочки со спинками сделаем, а под сиденье можно твои мешки складывать, - пошутил изобретатель, но соклановцы его юмора не оценили. В один голос рявкнули:

- Твори! - прилетело от Парда.

- И всем одежду как у тебя! - дополнил Лигран, вспомнив, как при ворожбе истончилась ткань платья у новоявленной дочки.

Иссил пожал плечами, прикрыл глаза и сотворил. Была бы Ирина с ребятами, удивилась бы. Посреди леса стоял добротный, простейший тарантас, на который в шесть рук мужчины повязывали длинные, праздничные, беленые полотнища с узкой полоской вышивки по торцам.

Когда последний рушник был закреплен, на поляну выскочило семейство лосей.

Парни даже головы не повернули на новых питомцев вожака. Зато жених крякнул:

- Это олешки?

- Ты сам сказал, что лучше быки, - возмутился Деб. - А тут вон и бык, и корова, и теленок, правда дикие. Телку почти два года. Он практически взрослый, и его можно запрячь в телегу.

- А его родителей под седло? - хохотнул Иссил и переменился в лице, когда увидел кивок Хранителя.

- Ну да! Я их ментально закодировал. Будут слушаться только нас, то есть признают своими седоками. Вы с Пардом - верхом. Мы с женихом на повозке, - оглядев нарядных парней, распорядился Хранитель Его взгляда на Лиграна хватило, чтобы рубаха и штаны последнего изменили цвет. Глядя, как сородич с изумлением осматривает обновки, шутник усмехнулся, — Поехали?

Когда на околице появилась таратайка в сопровождении двух всадников, то поселяне так опешили, что даже бревном не перегородили проезд. Скорость продвижения кавалькады и животные, что гордо и непринужденно несли седоков, просто шокировали охранников, отвечавших сегодня за доступ в деревню. Переполох, конечно, начался, да и про ворота вспомнили, но путники уже пролетели через центр села.

Возле дома старосты процессия остановилась, но опять ненадолго, только для того, чтобы принять в повозку старосту с его жинкой. Зеваки еще не успели собраться, а кавалькада направилась к дому знахарки. Самые смышленые из ребятни оседлали плетень возле избушки Бины. А взрослое население поспешало степенно, ведь понятно, что это за пришлыми приехали.

Опять ведьма как в воду глядела, когда настояла у себя их разместить. Но это и к лучшему! У старосты не сильно стребуешь свою долю, а все, чем ее одарят за гостеприимство, в народ пойдет, как откуп за долги.

Лоси неслись по улочке не пугаясь лая собак, не обращая внимания на суету во дворах. Да и где же это, люди добрые, смогли их приручить? Видать, издалека чужаки попали, потому что у соседей таких чудес не видели, да и о таком ни от кого не слыхали.

Каково же было удивление народа, когда навстречу всадникам из домика калечки выплыли две наряженные павы. В одной, по старенькому плату, узнали Бину, только непонятно откуда у нее обновы.

Молодцы, что приехали верхом на лосях, спрыгнули и бросились к белоликой девице, что поутру простоволосой разгуливала:

- Сестра Иррина, по добру ли? Здорова ли? Испугала нас.

Вроде не похожи, но есть в них что-то неуловимое - родственное. Оба высокие, плечистые, статные. Одеты одинаково. Стоят перед девкой, ручки ей жмут, в глаза заглядывают.

Светлые короткие волосы ветерок треплет, на крутые лбы пряди швыряет. На скуластых лицах улыбки. Дымчатые глаза под дугами русых густых бровей вроде сестру осматривают, а нет-нет, да на Бину поглядывают.

А чужачка, бесстыдница, при всем честном народе отодвинула платок и по очереди их обняла да в щеки расцеловала, приговаривая:

- Со мной все в порядке, мальчики. Ох, как я испугалась, - затем окинула собравшихся сердитым взором и нехотя поправила диковинную накидку. - Позвольте вам представить нашу спасительницу - очаровательную целительницу. Бина, — обернулась она к спутнице, — это братья мои: Пард и Иссил.