Волонтеры вечности - Макс Фрай

В общем, я принял решение.

— Приказываю: стать настоящим Джифой Саванхой! — Я говорил твердо, не испытывая сомнений, но, признаться, сам не слишком понимал, что несу. — Приказываю: исчезнуть из этого Мира и оказаться там, где Джифа Саванха будет счастлив! Давай, парень!

Мутные глаза мертвого Джифы вспыхнули злым веселым огнем. Он посмотрел на меня с ненавистью и с восхищением одновременно. А потом рухнул на траву, закричал, не то от боли, не то от восторга, и исчез.

Я грузно осел на землю, вытирая холодный пот со лба. Самочувствие было самое омерзительное.

— Макс, что это все значит? — с ужасом спросила Меламори. — Что ты сделал?

— Не знаю точно… — Я пожал плечами. — Кажется, я просто восстановил справедливость. Наверное, я все сделал правильно, вот только почему мне так паршиво?.. И бутылочка с бальзамом разбилась — по милости нашего рыжего покойника, между прочим… Какой кошмар!

— Что, очень паршиво?

— Да нет, не очень. Так, серединка на половинку. Просто сил никаких не осталось.

— А зачем тебе силы? Сейчас мы поедем домой. Я сяду за рычаг, а ты ляжешь на заднем сиденье. Поспишь, если захочешь. Все уже закончилось, да?

— Надеюсь, что так. Помоги-ка мне подняться. Голова кружится.

Меламори протянула мне руку. Легко, словно я ничего не весил, подняла меня с мокрой травы и помогла забраться в амобилер. Сама уселась на место возницы. Я с удовольствием вытянулся на заднем сиденье. Ноги пришлось высунуть в окно, но эта поза меня вполне устраивала. Я закрыл глаза и приготовился нырнуть в сладкие дремотные сумерки.

— Макс, он не хочет ехать! — возмущенный вопль Меламори прервал мое блаженное оцепенение.

— Как не хочет? — удивился я. — Что же с ним могло случиться?

— Наверное, что-то с кристаллом. Он вполне мог разбиться при столкновении. Сейчас посмотрю…

Я услышал хлопок дверцы, какой-то скрежет, несколько нецензурных слов, после чего леди вернулась на свое место.

— Так и есть. Разбился, гаденыш паршивый! — сердито сказала она. — А я-то размечталась…

— Плохо дело! — Я с трудом открыл глаза, принял сидячее положение и задумался. В сущности, думать тут было не о чем: магический кристалл — сердце амобилера, то же самое, что мотор для автомобиля. Без него эта грешная телега и с места не сдвинется.

— Придется послать зов Джуффину, — устало заключил я. — Пусть за нами кто-нибудь приедет. Ничего страшного, собственно говоря, не случилось!

— Все равно обидно! — вздохнула Меламори. И тут же подскочила на месте: — Смотри, Макс! Там кто-то идет!

Я постарался собраться. На всякий случай: мало ли, кто там может идти…

— А, вы тут? А куда вы делись? Я вас искал под землей, — голова лесничего Цвахты просунулась в открытое окно. — Ну что, у вас все в порядке? Хотите орехов? — Мокрые орехи посыпались на сиденье, несколько штук упало на пол.

Мы с Меламори изумленно переглянулись и рассмеялись. Это уже было как-то слишком!

— У вас есть амобилер, сэр Цвахта? — спросила Меламори.

— Есть. Дома, конечно. А почему вы не хотите возвращаться на этом? Вам в нем неудобно?

— «Неудобно»? — прыснула Меламори. — Грешные Магистры, да у нас кристалл разбился!

— Да? Странно, — покачал головой лесничий. — Ну ладно. Пошли ко мне.

— А это далеко? — поинтересовался я.

— Близко. Отсюда идти часа полтора, не больше.

— Ну уж нет! — решительно сказал я. — Не могу. При всем желании — просто не могу! Давайте так: вы пойдете домой, возьмете амобилер и приедете за нами, ладно?

— Ладно. Через два часа я приеду. Только больше никуда не уходите без меня. Вы можете заблудиться.

— Как ты думаешь, он вернется? — спросила Меламори после того, как силуэт лесничего скрылся в древесных зарослях. — Или лучше все-таки послать зов сэру Джуффину? Ребята будут ехать сюда часов пять, не меньше, но так надежнее…

— Надеюсь, он все-таки вернется. Мужик совершенно сумасшедший, но Джуффин дал ему отличные рекомендации.

— Думаю, это была шутка! Очередная дурацкая шутка нашего шефа. Ты слышал? Этот ненормальный спросил, куда мы подевались!

— Будем надеяться, что он вернется, — упрямо повторил я. — Два часа — не так уж долго… А если я немного вздремну, то, наверное, смогу сам управлять амобилером. Еще час — и мы дома! Или даже быстрее, если я буду в ударе.

— Конечно, попробуй поспать! — согласилась Меламори. — А я…

— А ты посиди рядом со мной, ладно? А то вдруг кошмар приснится.

— После такого приключения? Вполне может!

— Да Магистры с ним, с приключением! Но все-таки я остался без амулета, а сэр Джуффин говорил, что… — Моя голова склонилась на мягкое сиденье, и я заснул на полуслове.

На этот раз сон завел меня так далеко — дальше некуда.

Мне приснилось, что я оказался в совершенно пустом месте. Там не было ничего. Это невозможно ни описать, ни объяснить, но там действительно ничего не было: ни пространства, ни времени, ни света, ни тьмы, ни верха, ни низа, ни земного притяжения, ни невесомости. Там не было даже меня. По крайней мере, присутствовать там — вовсе не означало быть. Скорее уж, наоборот.

Каким-то образом я знал новые условия игры. По крайней мере, некоторые. Отсюда можно было попасть куда угодно. Не просто в любой город, а в любой из миров, обитаемых и необитаемых, — их, к моему изумлению, оказалось бесконечное множество. Я чувствовал, что не просто могу, но должен погрузиться в одну из незнакомых реальностей. Знал, что промедление опасно: если я не проявлю инициативу, один из Миров возьмет меня силой.

«Двери между Мирами» — о них не раз говорили при мне Джуффин и сэр Маба Калох. А я погибал от любопытства, стараясь вообразить, как это может выглядеть. И вот получил наконец ответ на вопрос… Черт, здесь не было ничего, кроме этих грешных Дверей между Мирами! И все они были распахнуты настежь. Дескать, добро пожаловать!

Я замер в пустоте, с ужасом понимая, что сейчас один из Миров возьмет меня, и я никогда не найду дорогу обратно, в Ехо. Такой исход казался мне катастрофой. Я хотел вернуться домой. Какая разница, где я когда-то родился? Мое место — в Ехо, и я хотел там остаться, потому что… Потому что ТАК ПРАВИЛЬНО!

Нужно было удирать отсюда, немедленно. Удирать обратно, в Магахонский лес, где в никуда не годном служебном амобилере Управления Полного Порядка спал сэр Макс, тот я, которым мне очень нравилось быть… Но я не знал, какая дверь в этой бесконечности ведет домой.

Я приказал себе оставаться на месте. Легко сказать, «оставаться»! Незнакомые миры были намерены наложить на меня лапу. Я чувствовал их иррациональную жадность и неумолимую силу, которой не было никакого дела до моих желаний, надежд и планов на будущее. Что я мог противопоставить этой силе? Только врожденное упрямство, которое в свое время чуть не загнало в могилу моих бедных родителей. И еще иррациональную нежность к мозаичным мостовым Ехо да привычку начинать свое утро с кружки камры. И бесконечную любовь к друзьям, это пронзительное ясное чувство, о котором я до сих пор не подозревал. И серые глаза Меламори, в которых поселилась наша общая тоска о несбывшемся… Не так уж мало, но, кажется, все равно недостаточно! Я чувствовал, что исчезаю, медленно, но верно погружаюсь в трясину чужой реальности и новой, уже почти сформулированной судьбы…