Потерянная - Лея Стоун

– Пожалуйста, – ответил Сойер, и его щеки порозовели.

Он еще и нашел им работу!

Ничего себе, меня не было всего три или четыре дня. Мой мужчина времени даром не терял.

– Сойер, это невероятно мило, – сказала я через нашу связь.

Он улыбнулся, глядя на меня.

– Я пытался объяснить, что им не нужно работать. Я мог предоставить им ежемесячное пособие, но они не захотели.

Ни за что. Мои родители были трудягами. Отец не мог сидеть на месте спокойно, и это казалось чудом, что он все еще сидел за столом и ужинал, не попытавшись убрать бардак, который создала мама, пока готовила.

– Так они будут счастливее, – ответила я.

Он кивнул, а затем взглянул на моего отца, который встал, чтобы собрать тарелки.

– Я помогу вам тут все убрать, сэр. А потом хотел бы показать вам пульт управления в гараже для системы солнечных батарей.

Отец кивнул и начал составлять тарелки в стопку, пока Сойер собирал стаканы.

– Пойдем, я хочу показать тебе бассейн. – Мама встала и потерла рукой живот.

Сколько себя помню, так было всегда. Мама готовила, а папа убирал со стола. Меня вырастили в идеях равенства, и я была счастлива видеть, что мытье тарелки или двух не убьет Сойера. Скорее всего, он никогда в жизни не мыл посуду.

Я взяла маму под руку, пока она вела меня по коридору.

– Рейвен в безопасности? – внезапно спросила я. У меня еще не было времени купить новый телефон, но я хотела связаться с ней.

Мама кивнула.

– Ей безопаснее в Дельфи. У ведьм сейчас идет гражданская война, поэтому Сойер забрал ее обратно в Спокан, где она может пока залечь на дно.

Я вздохнула. Бедная Рейвен. Каково ей было наконец оказаться в Ведьминых землях и ждать нас с мамой, когда ее снова вырвали оттуда?

Мама распахнула стеклянные двери, и я раскрыла рот, пораженная роскошью заднего двора. Он казался небольшим, но пространство было распределено с умом. Справа стояли пустующие, отделанные кедром, клумбы, а слева располагался сногсшибательный прямоугольный бассейн. В центре двора находилась подстриженная лужайка с деревьями и кустами вокруг.

– Милая, Сойер сказал нам, кто ты, – прошептала мама, застав меня врасплох. – Вервольф с «расколотой» трансформацией.

Я застыла на месте, не в силах вымолвить ни слова, и она продолжила.

– Ему пришлось. Я угрожала убить его бесчисленное количество раз. – Она нервно засмеялась.

Ничего себе, я бы заплатила, чтобы на это посмотреть. Я хотела быть той, кто расскажет им это, но понимала, что из-за моего исчезновения они стали задавать множество вопросов, например, с чего бы вдруг меня хотели заполучить вампиры.

– Он хороший человек. – Мама жестом указала на дом. – Он был так терпелив с твоим отцом и мной и боролся, чтобы найти тебя.

У меня сдавило горло.

– Он практически совершенен, если бы еще сделал мне настоящее предложение.

Мама улыбнулась.

– О, дорогая, я не уверена, что у этого дома есть солнечные панели.

Я нахмурилась, застигнутая врасплох ее комментарием по поводу дома, после того как призналась, что жду предложения.

– Погоди, что?

Мама развернула меня к дому и подняла мой подбородок к крыше – без солнечных панелей.

– Не думаю, что Сойер хотел увести твоего отца в гараж, чтобы поговорить о солнечных панелях.

О.

О!

Я расплылась в широкой улыбке.

– Думаешь, он спрашивает у отца разрешение?

Она кивнула.

Из меня вылетел глупый взвизг, и мама рассмеялась, выглядя моложе и не такой измотанной, какой была в человеческом мире. Возвращение в Город вервольфов ее красило. Плохие дни для нее и моего отца остались позади. И все благодаря Сойеру.

– Дорогая, возвращаясь к теме вервольфа с «расколотой» трансформацией… – Мама пригладила мои волосы и вынудила посмотреть на нее. Я надеялась, что она не захочет вдаваться в подробности; вероятнее всего, это закончится плачем. Моя душа разделилась пополам, потому что меня изнасиловали; это была не самая приятная тема.

– Только Паладины могут трансформироваться в таких вервольфов. Ран вырос с одной из таких. Женщиной, которую заперли в горящем доме. Ее волчица отделилась и вытащила ее человеческую форму. Он часто рассказывал мне о ней.

О боже! По моим рукам пробежал холодок от новости, что, возможно, был еще кто-то похожий на меня.

– Ты думаешь, она все еще там? С Паладинами?

Мама пожала плечами.

– Конечно, почему бы и нет. Она сейчас немного старше меня. В любом случае, я хотела, чтобы ты знала, на тот случай, если тебе понадобится найти кого-нибудь еще, чтобы поговорить.

У меня в душе посветлело. Если эта женщина прожила все это время и за ней не пришли ни вампиры, ни кто-то еще, то, возможно, и со мной все будет в порядке. Может, у нее был секрет, как скрывать свой запах или что-то такое.

Я подалась вперед и заключила маму в крепкие объятия.

– Спасибо, мам.

Она вздохнула, ее тело дрожало, пока она обнимала меня.

– Главная обязанность родителя – это беречь своих детей, как минимум. – Ее голос сорвался. – Сперва, когда тебе было пятнадцать, и сейчас… Твой отец и я с ума сходили, когда Сойер рассказал, что тебя украли вампиры.

Она отстранилась и в ее глазах я заметила воинственность, которую никогда прежде не видела.

– Если это произойдет снова, я и твой отец дойдем до самого края Города магии в поисках тебя и оставим за собой след из трупов, понимаешь меня?

Мои глаза округлились.

– Мам!

Она кивнула.

– Это так. Я не слабая школьная учительница и не милая старушка. Этим кровососам лучше смотреть в оба.

Я разразилась истерическим смехом, тем, когда ты не знаешь, что тебе больше хочется – плакать или смеяться, и поэтому ты делаешь и то, и другое.

– Я люблю тебя, – сказала я.

Мило, но с наручниками она не сможет даже перевоплотиться…

Мой рот открылся от удивления, когда я взглянула на ее запястья.

– МАМ! Они сняли с тебя наручники! – В моем голосе прозвучал шок, но он не передавал то потрясение, которое я испытывала. Как я просидела весь ужин, не заметив, что она была без наручников? Свободна!

Она улыбалась как школьница, кивая, пока слезы блестели у нее на глазах.

– Этим утром. Сойеру пришлось постараться, чтобы найти достаточно сильную ведьму, чтобы поработать над ними; одну из тех, что не пошла против нас.