Владыка. Книга 2 - Евгений Понарошку

Клиф показал на молчащего до этого времени Душелова.

— Рас, — окликнул он лича, — дальше допрашивай ты. Ритуалы по твоей части.

— Слушаюсь, — прошелестел немёртвый.

Словно подтверждая серьёзность своих намерений, Рас подошёл ближе, изрядно напугав герцога.

— Тогда мы все были полны тревог. Дарий места себе не находил, но в итоге назревающий голод и бунт сподвигли его на трудное решение...

Имперцам не пришлось отнимать дитя силой или творить каких-то других преступлений. Зачем? Ведь царствующий отец сам принёс его на заклание. Все ради блага государства.

Тем понадобилось около года на подготовку. В это время они уже начали поддержку нищего Фельда. Ещё маленький тогда принц Арторий, сам того не ведая, стал спасителем государства...

— Ритуал совершил какой-то старый чародей, приехавший в Эдду инкогнито. Его провели в покои принца. Охране и другим слугам строго-настрого запретили приближаться туда под предлогом опасной и заразной болезни. Конечно, придворного лекаря таким не обманешь, но доверительные отношения между ним и королём позволили убедить Сцилия не лезть не в свое дело.

Пока лич продолжал допрашивать герцога, Владыка напряжённо размышлял. Следы отнятого дара вели прямиком в Империю. Похоже, под сенью этого могучего государства орудуют те ещё монстры. Сунуться туда, не зная реалий и обстоятельств, будет очень опасно.

«Следует ли отказаться? — подумал он. — У меня еще много потенциала в Фельде и в тех же Мёртвых королевствах».

— Владыка, — отвлекла его Саммер негромким обращением. — Я кое-что заметила.

— Да? — оторвался от мыслей Клиф.

— Каждый раз, когда Душелов задаёт вопросы об отнятом даре, герцог начинает испытывать сильный страх, — передала своё замечание жрица.

Она оказалась более чуткой к человеческим эмоциям, поэтому Максим и взял её с собой на допрос. И не прогадал.

— Хм? — неопределенно хмыкнул он и присмотрелся к Юнону.

Однако тот мастерски удерживал совершенно каменное лицо. Прочитать но нему что-то казалось просто невозможным.

— Герцог, — вмешался он, — когда у принца отняли дал, куда его увезли?

— Не могу знать, — покачал головой Валийский. — Но, так как приехал тот старый маг из Империи, скорее всего, туда.

— Он не лжет, — тихо резюмировала Саммер. — Вот только ваш вопрос вновь напугал его.

А вот это звучало странно. Видимо, здесь что-то крылось. Душелов, кажется, тоже ощутил, что аристократ старается скрыть какие-то детали.

Вспышка призрачной энергии ознаменовалась долгими криками пытаемого. Максим наблюдал это с вызывающим удивление спокойствием. Хотя, с другой стороны, спокойствие это объяснялось влиянием новой жизни.

Тем временем герцог даже под пытками продолжал одинаково отвечать на те же вопросы. Дар у принца изъяли и забрали в Империю. Это было логично, но почему же тогда он испытывал сильные эмоции именно на этом моменте? Максим прямо-таки чувствовал, что где-тот тут зарыта собака, но не мог найти её.

— Подожди-ка, — остановил он Душелова, прервав очередную пытку. — У меня есть одна догадка...

Он взглянул на Валийского. В процессе пыток тот пропотел насквозь. Его лицо стало белее мела. Правда, заботливая Саммер каждый раз проверяла здоровье аристократа, поэтому умереть или хотя бы провалиться в блаженное беспамятство несчастному не светило.

— Юнон, — осклабился Максим, — Вы говорили, что отнятую силу принца увезли в Империю.

— Да. ДА! — вскричал тот. — Я уже много раз повторил это!

— Но всю ли её увезли? Или... что-то осталось здесь? Может, поправили здоровье королю?

В этот момент Саммер знаком дала понять об эмоциональной вспышке. Только этого и не требовалось: мужчина и сам увидел, как каменная маска на лице дала трещину.

— О чем вы? — в полной тишине прошептал герцог. — Я уже всё рассказал...

Снова знак от Саммер. На этот раз тот неприкрыто лгал.

«Вот ты и попался! — удовлетворённо усмехнулся Владыка.

— Рассказывайте все, герцог, иначе будет ОЧЕНЬ плохо.

Ещё через несколько минут они уже знали оставшуюся часть истории: пытки доконали этого волевого человека. Валийский выложил все. На этот раз точно все.

Имперцы не просто отняли дар, но и рассекли его на фрагменты. Зачем так сделали — непонятно. То ли так кому-то было нужно, то ли сказались особенность и несовершенство ритуала. Имперцы поделились со своими союзниками двумя фрагментами.

Один Дарий оставил себе, другой отдал лучшему другу и опоре трона — Юнону Валийскому. Надо сказать, оба, несмотря на соблазн, не стали забирать магию себе. Король даровал осколок своему старшему сыну, Анфису. Тот рос очень болезненным и была серьезная вероятность, что наследник долго не протянет. Максим невольно вспомнил цветущего, буквально лучащегося здоровьем старшего сына короля. Вот и открылся его «секретик».

Герцог тоже отдал свой осколок единственному и горячо любимому сыну, Сандеру. Тот родился ничем не выделяющимся мальчишкой, однако сейчас слыл невероятным для своего молодого возраста мечником.

— Но почему сейчас возникла такая неразбериха с престолом? — спросил Клиф. — Откуда взялась вся эта борьба за корону?

Он задал вопрос и сам понял, насколько наивно тот прозвучал. Борьба за власть, что в у человека в крови, не признает ни авторитетов, ни чужих жертв.

Герцог Валийский и поддерживаемый им принц Руфин вели проимперскую линию. В конце концов, за хорошие отношения с этим государством заплатили очень дорого.

Старшего принца переманил Альянс государств, выступающих против Империи. Ситуация сложилась довольно ироничная, ведь именно Анфис получил от сделки с ней очень много.

Максим в который раз за сегодня удивился. После услышанного он считал, что Империя всесильна, а в её тени прячутся действительно опасные игроки. На деле же Альянс довольно неплохо ей сопротивлялся. На данный момент страны зализали раны от прошлых войн и готовились к новому витку противостояния. Приближалась новая война, что затронет весь материк.

— Кажется, смертные скоро развяжут глобальный конфликт, — прошелестел Душелов, подтверждая эти мысли. — Благоприятная для нас ситуация, Владыка.

Максим только кивнул. Они задали Юнону ещё парочку вопросов, выясняя все мелкие детали. Ночь быстро проходила — нужно было определяться с дальнейшими шагами.

— Что скажете? — посмотрел на Клифа Душелов. — Что будем делать с этим смертным?

— Мы не можем оставить его в живых, — подумал вслух Макс, глядя на бессознательного аристократа на полу. — Мы уже сделали слишком много и собираемся