Серая эльфийка - Владимир Кучеренко

До Вотара наконец дошло:

– Прости меня, Светаниэль, – прокряхтел он.

Эльфийка немного ослабила хватку и поправила:

– Цветаниэль!

– Да-да, Цветаниэль. Честно, не хотел тебя обидеть. Отпусти. Я докажу, что не хотел тебя обидеть.

Эльфийка разжала руки. Сергей порыскал по тумбочкам, нашел то, что искал, и показал нам. Невероятно! На фотографии (мы уже знали название этих магических картинок) Вотар стоял в обнимку с Цветаниэль. И еще на одном снимке, и еще… Потом пошли замершие изображения светлой в большой компании белых людей (которые, как и фотоаппараты, на Пангее не встречаются). Облачена магичка была в странную одежду мира Земли. На следующем кадре Цветаниэль крупным планом. Уши, о Великая Праматерь Шейла, – уши у эльфийки были человеческими. Сергей листал фотоальбом и наблюдал за нашей реакцией.

– Это моя сестра Света, – пояснил человек.

– П…ц, – вырвалось у светлой.

– А я вижу, ты русский уже освоила в совершенстве! – заметил Вотар.

– Вы похожи как две капли дождя, – оценила я сходство.

– Солнышко, у нас говорят: «как две капли воды», – поправил Сергей.

– А в чем разница? – удивилась я и добавила, скрежеща зубами: – Котенок, больше никогда не называй меня солнышком.

– Такой комплимент у темных эльфов считается оскорблением, сравнимым с тем, которое ты сейчас нанес мне. Дроу любят только свет ночных звезд, а с солнечными лучами у них ассоциируются неприятные раздражающие ощущения, – разъяснила Цветаниэль.

– Ого! Не думал, что так серьезно. Ладно, исправлюсь, – нахмурил брови Серый, потом перевел взгляд на источающую флюиды меня и промурлыкал: – Ну если я котенок, можно, ты будешь киской?

– М-р-р, да. Буду твоей дикой царапучей кошечкой, – прильнула я к его груди и поводила выпущенными коготками по спине.

Да что творится? Опять чары этого человека действуют на меня возбуждающе? Точно он не маг? Взглянула на Цветаниэль: той исходящее от Вотара обаяние было до одного места, то есть по барабану, в общем, параллельно. Или как тут принято говорить?

Но почему же я снова теряю самоконтроль и готова страстно наброситься на него? Стыдно-то как… Ох, какие у него красивые глаза!.. Теоларинэ, соберись!.. Как ему идет эта трехдневная щетина – у смазливых эльфов волосы на лице не растут. А у моего милого даже из-под воротника выглядывают красивые завитушки!.. Р-р-р, что за мысли, Сеющая смерть? Как ты можешь думать о личной жизни? Тем более не с дроу… Да мне наплевать, хочу от него детей!.. Шейла, прошу тебя, помоги снять это больное наваждение…

Фух, прошло. Я встряхнула отрезвленной головой и… полезла целоваться!

Ситуацию спасла опешившая от наших лобызаний светлая магичка:

– Прости, меня, пожалуйста, Серый. Теперь понятно, почему ты подумал, будто я сестра, и каким способом хотел доказать это Теоларинэ.

– Все в порядке, я не сержусь. Скажи, не слишком больно дернул?

– Пустяки, – улыбнулась эльфийка.

Я внимательно впилась взглядом в моего человека. Отлично – на улыбку светлой он не реагировал так, как на мою.

– Значит, мир? – уточнил Вотар.

– Мир! – согласилась Цветаниэль. – Обещаю ничего тебе не отрывать.

– Вот за это спасибо, – обрадовался Серый.

– По крайней мере, пока, – добавила девушка.

Человек нахмурился и перевел обеспокоенный взгляд с нее на меня. Засмеялись все трое одновременно.

Потом раздался звонок в дверь…

Сергей

Кто бы это в такую рань? В глазок никого не видно. Шутникам не спится, что ли? Уже собрался уходить, но звонок повторился. Снова на лестничной площадке пусто – шустрые ребята! Остаюсь ждать. После третьего звонка резко распахнул дверь. Бородатый мужичок, стоявший на рюкзаке, от неожиданности упал и загремел, словно в посудном шкафу оборвалась полка с кастрюлями.

На шум выглянули непослушные ушастые. Несмотря на то что велел им сидеть тихо и не показываться никому на глаза.

Гном поднялся на ноги. Узнал в нем продавца «Мифрилового меча».

– Привет, – добродушно протянул он мне пятерню. – Можно войти?

Машинально пропустил его через порог (интересно, откуда пошла эта дурацкая примета?) и только потом пожал руку.

Старичок затащил предмет зависти многих туристов – огромный зеленый рюкзак, из которого торчала рукоять секиры (как мне показалось, испачканная чем-то темно-красным).

– Ну рассказывайте, чем обязан такому… – начал я разговор, но договорить не успел.

– Малыш Базирог! – Из зала с радостным воплем выскочила Теона, подхватила рыжебородого и подкинула несколько раз до потолка. Затем усадила на колени и пощекотала его толстенькое пузико. После чего снова вскочила, крепко прижала мужичка и быстро закружилась с ним по комнате. Остановилась темная эльфийка, лишь когда сбила парящими в воздухе ногами гнома вазу с давно издохшими розами (которые, если мне не изменяет память, подарил очередной Светкин поклонник в связи с успешной сдачей вступительных экзаменов).

Приревновать я не успел, так как безуспешно вырывающийся и хохочущий бородач громоподобным голосом пробасил:

– Тетя Теоларинэ! Ха-ха! Как же я рад вас видеть! Ха-ха, ну тетенька Теоларинэ, отпустите меня, пожалуйста.

Темная вернула «племянника» с небес на землю. А мы с Цветаниэль переглянулись и одновременно подобрали отвисшие челюсти. Надо же, я думал, что меня, привыкшего за несколько последних часов к чудесам, уже ничем не удивишь.

Да-а, день не успел еще толком начаться, а уже такой улов. Неподготовленному психиатру лучше не показывать собравшихся в моем доме сказочных героев.