Сферы Снов - Элейн Каннингем

- Капитан Реп, - сказал он формальным тоном, наклонив голову в небольшом грациозном жесте — давая понять, что вторжение замечено, но не одобрено.

Реп плечом отодвинул орлиных всадников и поставил свой сапог практически носком к носку с Элайтом. Он был крупным мужчиной, на полголовы выше эльфа, широким и плотным, почти как багбир — и почти таким же волосатым. Тёмные волосы густыми волнами опускались из-под кожаного шлема Репа. Его верхняя губа и подбородок поросли густой, плохо подстриженной бородой. Черты лица капитана были грубыми, а нос таким широким и плоским, что намекал на затесавшегося среди предков орка. На своей крупной фигуре Реп носил кожаные доспехи, а на лице — самоуверенную ухмылку. Элайт подумал, что они вдвоём похожи на стоящие бок о бок катапульту и стилет. Человек наверняка был достаточно глуп, чтобы считать себя лучшим оружием.

- Может, ты и купил себе место в этом караване, эльф, но эти охранники подчиняются мне, - прорычал Реп.

- Да ты что. С каких это пор Ильзиммер нанимает орлиных всадников? - со слабой улыбкой поинтересовался Элайт.

Большой мужчина зарычал.

- Я работаю на Гандвинда, - сказал он, кивая на небольшого седобородого человека, который суетился вокруг, проверяя поклажу.

Это была ложь, о чём Элайт прекрасно знал. Реп был солдатом семьи Ильзиммер, но он и лорды этой благородной династии изо всех сил пытались это скрыть. В конце концов, этот факт мог вызвать вопросы, почему семье торговцев драгоценностями понадобилась наёмная армия.

- Я работаю на лорда Гандвинда, - повторил Реп, - как и ты — до тех пор, пока едешь с этим караваном. Очень жаль, что Гандвинд пал так низко, чтобы принимать таких как ты!

Гарелит шагнул вперёд, сощурившись от такого оскорбления.

- Следи за языком, человек! Это бывший капитан королевской гвардии.

Мужчина ухмыльнулся.

- Что ж, значит он давно остался без работы, не так ли? Тот эльфийский король умер в твою смену, Кроулнобер?

- Едва ли, - равнодушно ответил Элайт, не желая поддаваться на провокацию. - Смерть короля Заора случилась менее пятидесяти лет назад. К тому времени я уже плотно устроился в Глубоководье, а твои предки ещё не могли похвастаться интимным знакомством с гоблиноидами.

Лицо здоровяка налилось тёмным, мутным красным цветом. Он снял булаву с пояса и начал заносить её для удара.

Элайт присел под оружие и шагнул ближе. В обеих руках сверкнули ножи. Кончик одного тонкого клинка нырнул под подбородок мужчины и прижался к коже, а второй замер у его ушного отверстия.

Реп оглянулся на охранников каравана в поисках поддержки. Все четыре эльфа держали в руках тонкие ножи, но их пристальные взгляды были устремлены на самого Репа, а не на его противника.

- Ублюдочные предатели, - сплюнул он. - Скоро вам отплатят той же монетой!

- Пожалуй, тебе стоит пояснить этот комментарий, - Элайт был доволен. Но просто для того, чтобы его приказ нельзя было принять за предложение — а ещё потому, что ему захотелось — он чуток пощекотал ухо мужчины своим ножом, оставив небольшую царапину.

Реп заблеял, как кастрированный баран.

- Это ничего не значит, - пробормотал он. - Просто за плохие поступки обычно приходится расплачиваться.

Эльф не знал, пытается ли Реп уклониться от ответа или просто изрекает банальности, но их спор начал привлекать внимание, а Элайт не хотел из-за бесполезного орочьего отродья подвергать риску своё место в караване. Он опустил ножи и отступил, согнувшись в небольшом ироничном поклоне — оскорбление, которого этот олух даже не заметил. Реп побрёл прочь, бормоча проклятия.

Эльф посмотрел ему вслед, потом повернулся к орлиным всадникам.

- Следите за ним, - тихо сказал он. - Я знаю этого человека. Неприятности ходят за ним по пятам.

- Он похож на шута, - заметил Гарелит, - но я доверюсь вашему мнению. Вам знакомы тучи, собирающиеся над этой горой, и я надеюсь, что вы предупредите нас о грядущей буре.

Это вынудило Элайта сделать второе, уже более трудное предупреждение.

- Я не смогу этого сделать. Будет лучше, если вас не будут видеть со мной.

Все четверо всадников казались озадачены.

- Почему? - спросил один с глазами цвета топаза.

Улыбка Элайта, казалась, смеется над ним самим.

- Вы скоро узнаете.

Прежде чем молодые эльфы смогли на него надавить, Элайт отвернулся и пошёл прочь. Их искреннее преклонение перед ним заставило контрабандиста смутиться. Сейчас он готов был обрадоваться практически любой другой компании — лишь бы к нему относились с привычной и знакомой смесью страха и уважения.

- Камни! - воскликнул глубокий, грубый голос с экспрессией, которая превратила это слово в ругательство.

- Дварф, - устало прошептал Элайт. Это день просто не мог стать ещё хуже.

- Ты хочешь сказать, что на запад нам придётся лететь? - спрашивал дварф.

- На крылатой лошади, - ответил убеждающий женский голос. - Ты всегда говорил, что сможешь ехать на любом четвероногом животном.

Элайт резко обернулся, услышав знакомый голос, и нахмурился ещё сильнее. Он знал эту женщину — Бронвин была торговкой, отличавшейся освежающе необычным подходом к ведению дел. Хотя эльф с радостью бы с ней познакомился, сейчас было неподходящее время. Тем более он не рад был узнать, что она приобрела спутника-дварфа.

Дварф оказался особенно коренастым, квадратным парнем. На его широких плечах покоилась непокорная густая шевелюра из рыжих локонов, а длинная рыжая борода спускалась на грудь. Его верхняя губа была выбрита, а глаза метали молнии. На шнурке у него на шее висела подкова. Дварф потирал эту подкову, как будто подтверждая слова Бронвин касательно его умений наездника.

- На четырёх ногах, - повторил он. - Это и вправду так, но только если под этими четырьмя ногами есть прочная почва!

Бронвин бросила взгляд на небо, затем хитро улыбнулась товарищу.

- Облака сегодня кажутся довольно плотными.

Дварф саркастически фыркнул.

- Понимаешь, Эбенезер, - сказала она тоном уставшего убеждать человека, - у меня есть дела в Серебристой Луне. Можешь ехать со мной или оставаться здесь. Как пожелаешь.

- Оставаться никто не собирается, - заявил дварф. Коротким толстым пальцем он ткнул в неосёдланного пегаса. - Этот, скорее всего, свободен. Он мне приглянулся.

С горкой кленового сахара в короткой руке дварф вразвалочку подошёл к пегасу. Бронвин проследила за ним, и её взгляд упал на Элайта. После секундного промедления она разлила вино