Пластуны Его Величества - Алексей Волков

– Какую мысль, мист? – уточнил собеседник.

– О попытке аборигенов вторгнуться в развитые миры. Правящая партия совсем забыла о подобной возможности, а ведь до выборов осталось немного времени.

АМС финансировалась оппозиционерами.

Впрочем, сегодня – оппозиция, завтра – правящая партия. Хороший пиар, выборы – и роли переменятся. Не в первый и не в последний раз.

– А, ты об этом… – протянул генерал.

Сам он не думал ни о выборах, ни о партиях. Только о собственной карьере.

Невольно подумалось – говорить ли о уже предпринятых шагах? Хотя лицо, с одобрения и по просьбе которого все это сделано, является одним из спонсоров АМС и занимает весьма видный пост, но понравится ли ему разглашение информации? Раз уж Чейли не была поставлена в известность…

– Мне бы хотелось узнать, насколько реальна упомянутая тобой ситуация? – Чейли вцепилась в идею, как шенгр.

– В мире реально все, – почему-то вспомнилось сообщение наблюдателей о странном явлении.

– Я понимаю, но все же… Ты сам говорил, что посевы санториума и путь по Караванной Тропе для аборигенов являются строжайшими табу.

– Одна из задач базы заключается в том, чтобы не допустить подобных возможностей, – протянул генерал. – Как ты знаете, аборигенам запрещено продавать оружие, а так же прямо или косвенно обучать их работе на любой аппаратуре. Я уже не говорю про охрану порталов. Но, повторяю, в принципе случается всякое.

Вот так. А теперь – понимай, как хочешь.

Как хочешь – так и понимай.

– Я все думаю, любезный Андрей Владимирович, что в Порт нам надо попасть любой ценой.

Все остальные путешественники уже спали, и лишь один Мюллер сидел на своей импровизированной постели и никак не мог успокоиться. А тут еще у полковника опять ныл зуб, а из дальнего угла раздавался солидный храп отца Александра.

– Мы уже говорили об этом, Карл Иванович, – Кречетов стянул с ног сапоги. Хорошо усвоил по опыту – ногам желательно дать отдохнуть от обуви. Дальше-то можно и не раздеваться.

– Я помню. Но меня смущает мысль о деньгах. А в Порту мы, кстати, смогли бы узнать действительный уровень местной цивилизации. Посудите сами. Здесь мы встретили привычное для отсталых народов общество с самыми примитивными начатками государства. В основном все совершается на уровне племен. Причем, небольших. Каждая долина – иное племя. И в то же время аборигены вооружены довольно современным оружием. Вы представляете, что значит изготовить винтовку? Это же не одинокая фабрика! Нужна добыча металла, опять-таки, бездымный порох… – чувствовалось, что профессор сейчас долго будет объяснять неизбежность кооперации, промышленные связи, научный прогресс и прочее, хорошо известное Кречетову еще с Академии.

– Давайте лучше спать, – прервал словоизлияние полковник. – Нам нужны свежие головы. Не знаю, как вы, я уже соображаю с трудом. Ночь выдалась не из легких.

Он машинально покосился на свернувшегося в калачик Воздвиженского.

Что бы ни воображал себе Михаил, но усталость и переживания взяли свое, и юноша заснул безмятежным сном.

– Да-да. Извините, Андрей Владимирович, – наконец спохватился Мюллер и потянул с себя дорожный сюртук.

Кречетов облегченно вздохнул. Если бы еще боль ушла, он был бы достаточно счастливым человеком.

Однако зуб ныл, и пришлось лечь на бок, подперев больную щеку рукой. Лишь храп монаха отдавался в мозгу, да крутилась мысль о Миронове.

За казака Кречетов особо не волновался. А если и решил наказать, так исключительно в целях укрепления дисциплины.

С этой мыслью полковник провалился в долгожданный сон. И уже не мешали ему ни храп, и ни боль.

Хорошая усталость порою способна заменить собой любое лекарство.

Праздничный пир устроили во дворе Селаха. Все-таки, он был среди аминов номинально главным, да и двор у него был самым вместительным. Учитывая, что столов в европейском понимании аборигены не знали, занимать площадь посреди селения прямо посреди неизбежной пыли было явным абсурдом. А за дувалами была хотя бы относительная чистота.

К немалому огорчению казаков, спиртного не было. Местные не пили, и тут ничего поделать было нельзя.

Зато со всем прочим угощением был полный порядок. В котлах кипело подобие плова. В том смысле, что вместо классического риса в нем варились все те же зерна, которые перед этим шли на кашу. Но, как убедились путешественники, вполне неплохие на вкус, и даже чем-то на этот самый рис похожие. Плюс – салаты из всевозможных овощей, зелень, а несколько в стороне, приберегаемые для завершения праздника, – какие-то сладости. По виду – нечто наподобие рассыпчатой халвы, но было и что-то более твердое, порезанное на кусочки.

И. конечно, масса лепешек, используемых здесь вместо хлеба, да всякие менее существенные мелочи.

– А где Миронов? – Кречетов вновь выглядел подтянутым и бодрым. Словно спокойно отдыхал всю ночь, и не томили его заботы и тревоги.

– Да куда он денется, Андрей Владимирович? – отмахнулся такой же подтянутый Буйволов. – Наверно, заболтался с Кангаром, а теперь оба угомонились и заснули.

Но полковнику показалось, что есаул точно знает, куда отправился казак. Только по каким-то своим причинам покрывает его отлучку. А то и сам тайком услал куда-нибудь с какой-то неведомой целью.

– Петр Антонович, – очень тихо, чтобы никто больше не услышал, промолвил Кречетов. – Мы ведь не на Земле. Никакие самовольные прогулки отныне недопустимы. Нас слишком мало против целого мира. Так что, следите за людьми получше. Хватит с нас одного Воздвиженского.

– Сравнили тоже – потомственного казака со студентом. Такие, как Миронов, нигде не пропадут, – так же тихо отозвался Буйволов. – Он один половины местных стоит.

– Я понимаю, но все равно. В первую очередь – дисциплина, – твердо отрезал полковник.

– Будет исполнено, – против необходимости дисциплины Буйволов не возражал.

Кречетов уже собрался отдать приказание поискать пропавшего, однако тут его отвлек хозяин. Пришлось подозвать Бестужева, в итоге же оказалось – ерунда. Ничего существенного, уже привычные восторги и благодарности. Правда, Кречетов сумел воспользоваться и ими. Сообщил о скором уходе экспедиции, о необходимости прикупить немного продуктов на дорогу, а в ответ получил уверение, что получит бесплатно не только съестные припасы, но и запас табака.

Последнее было еще более ценным. Питаться-то можно и с охоты, а курево по дороге не добудешь. Местные им практически не баловались, но неведомо как, дикий табак произрастал в стороне от селения, и был замечен казаками. И никого не интересовал вопрос, откуда он здесь взялся? Главное – есть, а уж подготовить его к употреблению – невелика проблема.

Свои запасы невелики…

– А вот и Кангар.