Глаз вечности - Мэгги Фьюри

– Случалось, и сыновья поднимали руку на отцов, – возразил собеседник.

– В точку, – отрывисто кивнул Аркан. – Но что-то в этом печальном происшествии не дает мне покоя. А если Сколль заколол старика и Дарк бросился в погоню? И еще. Не могу взять в толк, как мальчишке удалось покинуть пределы крепости под носом у стражи?

– Вы хотите сказать, как им обоим это удалось? – переспросил тиарондец.

– Кто-то поджег телегу во дворе. Поднялась суматоха, и преступник незаметно подобрался к воротам.

– Верхом? И никто не обратил внимания?

Вождь снова вздохнул.

– Вижу, куда ты клонишь. На самом деле там было три лошади: жеребец Грима, скакун Дарка и драгоценная гнедая Сколля. Все верно. Мои люди не так уж беспомощны, как кажется. Лишь тому, кто владеет секретами колдовства, под силу обманом провести трех коней, чтобы их не увидели.

– Выходит, так или иначе, паренек не мог уехать в одиночку! – торжествующе заключил Тормон.

– Но это пока не доказывает его невиновность. Вероятно, оба сговорились против старика. Очевидцы утверждают: мальчишка ходил сегодня в башню к колдунам. Зачем?

– Безумие какое-то! Сколль отличный парень. Он и комара не обидит.

– Тогда объясните мне вот это. – Аркан извлек из тряпичного свертка окровавленный клинок. – Грима зарезали этим клинком. Горцы таких не носят. Он принадлежал одному из вас. Не важно, что случилось с мальчишкой: с нынешнего дня вы все под подозрением.

Торговец содрогнулся, узнав длинное заточенное лезвие. Клинок Божьего Меча. Вся их группа вооружилась подобными в караулке, прежде чем слезать со скалы. Нож может оказаться чьим угодно.

Раздался гулкий топот. Один из воинов спускался бегом по лестнице.

– Мы обшарили всю крепость, вождь, до самой крыши, – доложил он, тяжело дыша. – Пропавшие не обнаружены. Левик просил передать вам, в кухне и кладовых тоже никого.

Отпустив горца, Аркан опять повернулся к торговцу.

– Искать больше негде, Тормон. Теперь не остается сомнений.

Внезапно страшная догадка поразила собеседника:

– Дарк мог убить и Сколля. А тело спрятать!

– Где, хотел бы я знать? – Вождь пожал плечами. – Если он даже не позаботился скрыть убийство учителя, к чему возиться с мальчишкой? Твое предположение лишено смысла, Тормон.

– Что ж, твои слова внушают надежду. Покуда Сколль жив, есть вероятность, что он найдется и прояснит весь этот ужас. Вы пошлете розыскную группу сегодня же, мой господин?

– Когда ты в последний раз был снаружи? Бесполезно выезжать куда-то в яростную бурю. Да и потом, в такой ночи всадники своих собственных задниц не отыщут. Дождемся зари. Как только рассветет, мои следопыты в два счета выследят преступников. А теперь мне надлежит распорядиться, чтобы тело перенесли в большую залу. Пусть покоится с почестями. Ты навлек на нас черные дни, торговец Тормон. Если хоть половина твоих рассказов о Тиаронде – правда, то мы не могли потерять Грима в более неудачное время.

С этими словами он отвернулся и принялся давать указания тем, кто укладывал колдуна на похоронные носилки. Тормон понял, что в нем не нуждаются. Но все же медлил, выжидая, пока вождь и его воины удалятся вместе со своей скорбной ношей. Торговца так и притягивало пустое стойло, где находилась кобылица Сколля. Умом тиарондец понимал, что не виноват в несчастье, постигшем парнишку, – в самом деле, не запирать же товарищей под замок, даже ради их безопасности! Следить за каждым целый день тоже не станешь. Загвоздка в том, что за долгий и опасный путь Тормон точно сроднился с мальчиком. И ныне, едва потеряв одну близкую душу, вдовец просто не мог смириться с новой утратой.

Что же делать? Наплевать на совет Аркана, немедля оседлать Руску и устремиться в торфяники, на розыски пропавшего Сколля? Нет, положа руку на сердце, вождь говорил мудро. В такой ночи нельзя даже приблизительно определить направление, в котором ускакали беглецы.

И Аннас – она только недавно лишилась матери, как же отцу покинуть малышку? В первую очередь он обязан быть с нею! Сейчас торговец просто не имеет права рисковать жизнью, уезжая в холодную, ненастную, непроглядную ночь.

Но бедный мальчик…

Тормон покачал головой и скрепя сердце побрел обратно к себе. Ноги шагали по ступеням так тяжело, словно их сковало то же бремя, что лежало на душе. Как поведать обо всем Рохалле? Она непременно опечалится. И все-таки торговец нуждался в ее обществе, как никогда. Добрая девушка стала частью его крохотной семьи, так же как и Сколль. Это вам не Серима: своенравная леди захотела – и ускакала себе, плевать ей на…

Вдовец остановился, будто пораженный громом.

«Как насчет Пресвела? Он ведь не сопровождал хозяйку. И не явился, когда вся крепость сбежалась посмотреть на убитого. Очень подозрительно».

Торговец нахмурился. Надо бы присмотреть за помощником Серимы. С тех пор как они покинули Тиаронд, урожденный горожанин все хуже справлялся с новой обрушившейся на них жизнью. А учитывая его странное поведение в последние дни… Да, тут есть о чем призадуматься!

«Придется как можно тактичнее намекнуть Рохалле, чтобы держалась от Пресвела подальше. Не знаю почему, но я ему больше не верю. Парень в глубоком отчаянии, словно земля уходит у него из-под ног. От таких жди чего угодно. Если выяснится, что он причастен к невзгодам Сколля, – задушу гадину своими руками!»

Дарк понимал: разыщи его воины Аркана – и молодому колдуну вовек не объясниться. Наставник возложил на ученика ответственное поручение перед тем, как испустить дух, но где же свидетели? Похищенный Сколль, естественно, не в счет. Глупо теперь ожидать от него помощи.

Далее, когда в конюшнях найдут холодное тело учителя, – нетрудно смекнуть, кого объявят убийцей. Скажут, преступник нарочно бежал от возмездия.

Так правильно ли Дарк поступает? Молодой человек старательно избегал подобных дум. Что сделано – то сделано, и отступать поздно. В кого же он превратился за одну ночь? Скорбящий, перепуганный бродяга – изгнанник из собственного рода! Кроме того, озябший и вымокший до нитки, но это уже мелочи. И вообще лучше сосредоточиться на дороге, а не то он еще и заблудится.

К тому же приходилось неусыпно держать в повиновении Сколля. Колдун прекрасно чувствовал пылающее негодование бедняги и его судорожные попытки вырваться на волю. Этого нельзя допускать. Оказавшись на свободе, юноша сбежит и испортит все дело; а ведь Грим верил, что ученик справится!

Как и горцы, Дарк превосходно видел ночью. Но только не во время ужасного бурана, который смешал землю, снег и тучи воедино! Днем с высоты крепости казалось: спутать направление невозможно. И где же сейчас эти магические барьеры? Укрылись в туманной дали за холмами; их блеску не пробиться сквозь густую пелену непогоды. Единственный способ не сбиться с пути – двигаться навстречу ветру. Скрестив пальцы на счастье, колдун заклинал небеса, чтобы ветер не переменился.