Плащ и кинжал - Арвер

«Заражённые не ведут себя так», — подумал я. В голове всплыли образы из прошлого: крики, топот, безумный рев обычных заражённых, которые не желали скрывать себя. Они всегда двигались хаотично, шумно, нападали, не думая. А здесь… Здание будто дышало, напитывая нас своей гнетущей тишиной.

Я шагнул к Олегу, который стоял у края дороги, направляя бойцов:

— Это не обычные заражённые, — сказал я прямо, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Слишком тихо.

Он обернулся, холодно взглянув на меня.

— Слишком тихо? — переспросил он, явно не принимая мои слова всерьёз. — Может, их здесь вообще нет.

— Простые заражённые не поддерживают тишину, — настаивал я. — Они не скрываются. Они атакуют. А здесь — пустота.

Олег нахмурился, но его лицо осталось таким же холодным и отстранённым.

— Рано делать выводы, — коротко отрезал он. — Мы идём проверять. Ваше дело — слушаться приказов.

Я хотел ещё что-то сказать, но передумал. Его отношение к нам было понятно: мы для него просто «группа поддержки», которую он получил против воли. Слова здесь ничего не изменят.

— Рена? Ты чего? — Руслан слегка толкнул меня локтем, привлекая внимание.

— Что-то не так, — сказал я, почти шёпотом. — Здесь слишком тихо.

— Тихо? — Руслан усмехнулся, но в его голосе уже слышалась нервозность. — Разве это плохо?

— Да, — я покачал головой. — Если здесь заражённые, то явно не обычные.

Мои слова прозвучали громче, чем я хотел. Олег бросил в мою сторону тяжёлый взгляд, но не прервал свой осмотр. Я глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки.

— Ты о чём? — Ким тоже подошла ближе, её лицо выражало смесь тревоги и беспокойства.

— Обычные заражённые не поддерживают тишину, — сказал я, стараясь удерживать голос ровным. — Они шумные. Не знают, что такое скрытность. Если здесь кто-то и есть… это значит, что они другие.

Моя рука непроизвольно сжала рукоять ножа. В голове замелькали воспоминания о тёте Маше. О её нечеловеческой грации, её засаде, её ужасающей тишине. Ловкачи. Их поведение, их стиль охоты. Это… это было слишком похоже.

Я почувствовал, как по спине пробежал холод. Моё дыхание сбилось на секунду. Тени окон здания вдруг показались мне слишком глубокими, словно за ними что-то пряталось, наблюдало.

— Здесь могут быть ловкачи, — тихо сказал я, наконец, не отрывая взгляда от фасада.

— Что? — Руслан нахмурился. — Ты серьёзно? Не рано ли?

— Не знаю, — выдохнул я, заставляя себя снова вдохнуть. — Но всё слишком похоже.

— Соблюдать тишину, — коротко бросил в нашу сторону Олег, даже не оборачиваясь. Он показал жестом остальным двигаться к входу.

Я хотел было что-то ответить, но сдержался. Его голос звучал хладнокровно, но в его уверенности сквозило раздражение. Он не верил мне.

Я снова обернулся к зданию, чувствуя, как внутри меня нарастает тревога. Если это ловкачи, то мы уже в их логове. Мы в их игре.

Мы вошли в здание. Тишина, которая казалась гнетущей снаружи, здесь превратилась в звенящую пустоту, от которой хотелось сжаться. Стены лестничного пролёта были покрыты глубокими царапинами, словно кто-то пытался разорвать бетон голыми руками. Пол в коридоре был испещрён следами крови, но тел нигде не было. Даже намёка на их присутствие. Всё вокруг выглядело мрачно и странно… неправильно.

Я медленно провёл взглядом по коридору. Следы когтей вели вдоль стен, изредка прерываясь. На полу — кровавые мазки, длинные, словно кого-то тащили. Но двери в квартиры были целы. Ни выбитых замков, ни проломленных косяков.

Это не заражённые первого этапа. Определённо.

Я заметил, как Ким прижалась к стене, её взгляд метался между дверями, словно она ожидала, что в любой момент из-за одной из них что-то выползет. Руслан держал свой томагавк обеими руками, но его напряжённое лицо говорило о том, что он тоже нервничал.

Олег осматривался молча. Его бойцы держали оружие наготове, их движения были слаженными, почти механическими. Они явно привыкли к таким ситуациям, но мне казалось, что они недооценивают реальность. Я сделал шаг вперёд, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Олег, — начал я, и его раздражённый взгляд тут же впился в меня. — Это не обычные заражённые. Мы уже встречали такое.

— Ты опять начинаешь? — бросил он, недовольство сквозило в его голосе. — Я уже сказал, рано делать выводы.

Я глубоко вдохнул, стараясь подавить вспышку раздражения. Его скепсис был очевиден, но сейчас не время спорить.

— Как бы ты ко мне ни относился, если ты хочешь жить, тебе стоит прислушаться, — холодным тоном произнёс я, глядя ему прямо в глаза.

На мгновение в его взгляде вспыхнуло раздражение, но он ничего не ответил. Его молчание я расценил как разрешение продолжить.

— Те, кто это сделал, — я указал на стены с царапинами, — не обычные заражённые. Это засадные хищники. Они нападают внезапно, всегда со спины. Невозможно быстрые. Используют окружение для того, чтобы занимать высоту и нападать сверху. Просто среагировать на их атаку уже подвиг, а уклониться от неё ещё сложнее.

Я почувствовал, как все взгляды в комнате устремились на меня. Даже бойцы «Альфы» замерли, слушая.

— Мы видели одну такую тварь, — продолжил я. — И выжили только из-за помощи предметов Системы. Если вы думаете, что ваша разгрузка и оружие защитят вас, то ошибаетесь. Эти твари быстрее, чем вы можете себе представить.

— И что ты предлагаешь? — коротко бросил Олег, его голос всё ещё звучал с ноткой раздражения, но я заметил, как он крепче сжал оружие.

— Двигаться максимально осторожно. Держаться ближе к стенам, чтобы ограничить их пространство для нападения. И не забывать смотреть вверх. Они всегда стремятся занять высоту.

Мои слова внезапно прервал тихий скрип. Этот звук мгновенно заставил меня напрячься. Я узнал его. Сердце заколотилось сильнее, дыхание перехватило.

Нет. Нет, только не это.

Медленно, чтобы не спровоцировать лишнего шума, я повернул голову в сторону лестничного пролёта. Между этажами, в тени бетонных перекрытий, я увидел его.

Ловкач.

Его тело было худым, измождённым, почти костлявым. Белёсая, натянутая кожа с венами, проступающими на поверхности, казалась на удивление гладкой. Длинные конечности — непропорционально вытянутые, с когтями, блестящими от засохшей крови, — обхватывали металлические перила лестницы. Его голова была