Драконий коготь - Артур Баневич

— Это не Марималь, — заявил Вендерк опп Гремк.

— Нет? Я думал, Архипелаг и оба Брехта, северный и южный полуострова, составляют княжество Дракию. А Дракия — ленник Марималя, в Эйлефф дань посылает.

— Статус княжества Дракии довольно спорный, но не в этом дело. А в том, что Малый Чиряк вопреки видимости не входит в Архипелаг и, следовательно, не принадлежит княгине Помпадрине Добродетельной.

— Вон как! Значит, это Анваш?

— Нет, господин Дебрен. Не Анваш. Упреждая следующий вопрос, поясню, что он также не дефольская колония и не плод монарших вожделений покойного Бульбы. Надеюсь, вы не думаете, что какая-то страна могла здесь, в Горловине, под самым носом у Анваша и Марималя, воткнуть в землю свой стяг и удержать хотя бы кусочек отмели? Нет, это не в человеческих силах.

— Ага, — догадался Дебрен. — Понял. Монастырь. Церковь на остров руку наложила. Вероятно, непосредственно Зуля. Если он королям не подчиняется…

— Не руку, мэтр! Коготь. Дракон островом правит.

— Дракон — не дракон, гад — не гад, палку ему в зад, — сверкнул зубами Збрхл и подбросил восьмифутовый, в четверть фута толщиной стержень, заканчивающийся паскудным механизированным наконечником. — Не боись, Дебрен, мы и без твоих чар чудо уделаем. Техника ушла невообразимо далеко с тех полузабытых времен, когда Гельвим Завоеватель, направляясь к Анвашу, наткнулся на этот остров и попытался прикончить чудовище. Арбалетов здесь, на Севере, еще не знали, так что прикончить Полыхача пытались таранами.

— Полыхача?

— Так дракона зовут. Неизвестно, его ли одного, или весь ихний вид. Венсуэлли говорит, что мнения специалистов разделились. — Ротмистр уложил болт, который держал в руках, в канавку баллисты, похлопал, как любимую собаку. — И-эх, истинное чудо. У человека аж глаза горят. Верленская работа, из мануфактур Руппа. Слышали небось: «Р-рупп — и труп». Самое новое поколение, разумное оружие, братец. Болт, а точнее — его головка, — самостоятельно на дракона направляется. Достаточно машину более или менее точно нацелить. Знают верленцы, как оружие делать, надо признать. Не скажу, сколько такой снаряд стоит, потому что очень уж склизкая у вас галера, а ты от изумления можешь через пролом в борту вылететь. Эй, Генза, а ну дай-ка по лбу этому дурню! Сколько раз можно говорить, что его там поставили тетиву натягивать, а не копаться грязными ручищами в оружии! Оторвет ему лапу, или, что еще хуже, повредит, полудурок, головку снаряда! Это тонкая штука, не для олухов, которые вороты крутят!

— Я ничего не слышал об экспедиции Гельвима.

— Потому что он не хвастался. Нечем было. Дракон его дракленских разбойников отделал за милую душу, тараны попереломал и половину драккаров перевернул или сильно повредил.

— И что ж с тех пор? Ведь прошло уж, почитай, лет четыреста. Кто-нибудь видел Полыхача?

— Я подробностей не знаю. Спрашивай Венса. Он что-то говорил о каких-то смельчаках, странствующих рыцарях, наемных чародеях, которые сюда на лодках заплывали, но поскольку ни один не вернулся и ничего нового в тактическую науку не внес, так я ими и не интересовался. Да и адмирал тоже не очень-то распространялся. Что мне надо было знать, я слышал, а остальное, похоже, не для меня.

— Да-а… — Магун, опершись о релинг, какое-то время глядел на вырастающий на глазах серый холм суши. Остров Малый Чиряк был все ближе, и серость морского горизонта понемногу переходила в зелень. Может, полей, может, деревьев. — Не знаешь, в чем тут дело? Не догадываешься?

— А ты не слышал? — Збрхл приоткрыл какой-то клапан посередине наконечника болта, глянул внутрь, удовлетворенно хмыкнул. — Во славу Махруса и Императора, защитника веры, нам предстоит языческого рода скотину прикончить. Задача прямая, как болт. А его магией выпрямляли.

— Какое дело Императору, владеющему остатками Империи где-то на другом краю континента, до какого-то восточно-випландского дракона? Господин Збрхл, Бикопулисс даже во времена величайшего расцвета не посылал на эти воды ни одного военного корабля. Да что там, ни одного купеческого судна. Если б не книги, оставшиеся от Старой Империи Зули, никто вообще б не знал о существовании какой-то Горловины. Не думаешь?..

— Мэтр Дебрен, моя задача не думать, а воевать. Мне платят, указывают, кого крошить, я крошу. Без лишних вопросов. И за это меня ценят — помимо всего остального. Вы, — другое дело, вы — магун, человек, интересующийся строением мира. Спросите Венса.

— А его не злит, что мы так сокращаем его имя? Ведь он как-никак адмирал. Да и само имя… А случайно, Коломан Венсуэлли, первооткрыватель Нового Света, и он…

— Незаконнорожденный… Так что предпочитаю не спрашивать. А адмирал он такой же, как я, к примеру, маршал. Год назад еще каперством промышлял. С ирбийским листом анвашские корабли обдирал, а с анвашскими — ирбийские. Такой он был капер. В конце концов обе стороны сообразили что к чему, и ему пришлось смываться на Междуморье. Там он неосмотрительно кинулся в торговлю, а поскольку особо порядочным не был, то наделал долгов и с отчаяния поступил на службу в Бикопулисс. Империя враждует со всем остальным Випланом, на весь континент смотрит свысока, поэтому его приняли и даже повысили в звании. Но у них любой баркой адмирал командует, так что ты не принимай очень-то всерьез его звание. Вот прикончим дракона, пару месяцев Венс жалованья не получит, так махнет рукой на бикопулиссцев и к своим вернется, снова капитаном Венсуэлли станет. И правильно сделает. Я, конечно, тут не для того, чтобы думать, поставлен, но вам скажу: похоже, кто-то здесь Венсуэлли за нос водит, да и нас заодно с ним. Ну да ладно, чему быть, того не миновать. Гляньте-ка на эту верленскую работу и проверьте, не выветрилась ли магия.

— Бросай якоря! — Голос Венсуэлли эхом отразился от серых скал и вернулся каким-то скрипучим, неприятным. — Парус, Люванец! Хорошо… Хорошо, парни. По два скойца каждому за проход между этими клыками. Хо, не удивляет меня, что это девственная земля. Один-единственный залив, а вход узкий, как у девки…

— Думайте, прежде чем сказать, — предостерегающе бросила Солган. — Это исторический момент. Надеюсь, вы не хотите, чтобы вас из хроник вырезали, когда люди наконец перестанут язык засорять и придется все ругательства и непотребства из книг под угрозой наказания убирать?

— Это писать? — робко спросил один из бело-розовых помощников.

— До слова «земля». Дальше — нет. А вообще-то присутствующих, за исключением меня, не цитируйте, пока я не скажу. Мы находимся на последнем, не знающем благословения Кольца, закутке Виплана, в легендарной стране. Однако вижу, никто из присутствующих не понимает размеров сегодняшнего события, серьезности и торжественности не проявляет. Нет смысла их пустые и поверхностные замечания сохранять для потомков.

— Эй ты, на корме, заснул? Кидай лот, няха, или я тебя так кину… Не видишь, нас крутит? А что, если там мель?

— Не нравится мне это, — тихо сказал Дебрен. Никто не обратил внимания: свободные от работы задирали головы, глазея на окружающие залив горы.