Куколка последней надежды - Вадим Панов

— Я все понимаю. — Второй рукой женщина провела по волосам Кабаридзе. — Ты сильный человек, Реваз, ты справишься. Счастлив тот Целитель, в жизни которого не случилось такой трагедии. Но я таких Целителей не знаю. Тяжело ощущать свое могущество и свое бессилие. Для нас любая жизнь величайшая ценность, но жизнь любимого это особенный момент. — Ее голос сорвался. — Мы не боги, Реваз.

— Я бы хотел им стать, — тихо произнес Кабаридзе. — Хотел бы стать богом. — Он отнял от лица руку женщины и заглянул в ее ореховые глаза. — Маша сможет спасти тысячи жизней. Тысячи!! Она сможет стать величайшим врачом в истории человечества. Ты же чувствуешь ее силу.

— И ее болезнь.

— Как мы можем ее потерять?

— Это зависит не от нас.

— Тогда для чего мы нужны? Мы, Целители? Лучшие врачи планеты? Чего мы стоим?

— Когда-то я думала точно так же, — вздохнула Олеся. — Ты знаешь когда. Ты знаешь, что мне тоже было тяжело. Ты знаешь, КАК мне было тяжело. Но я прошла через это. Ты спас тысячи жизней…

— И заслужил такую плату? — горько вздохнул профессор.

— А разве ты ждал платы, когда согласился стать Целителем? — удивилась Олеся. — Смысл в другом!

— Маша — смысл. По крайней мере, смысл моей жизни.

Счастлив Целитель, в жизни которого не было подобного момента.

* * *

Спортивный комплекс «Олимпийский»

Москва, Олимпийский проспект,

6 сентября, пятница, 16.16

— Кранты!

— Гуго де Лаэрт сказал, что больше не позволит нам переносить схватку, и если мы откажемся выставить голема, он снимет нас с соревнований.

Красные Шапки сидели в выделенной им раздевалке и с грустью слушали нерадостные вести, принесенные Иголкой из администрации Турнира.

— Кранты!

— Да тихо, ты, мля! — взъярился Копыто. — И так голова кругом идет, а тут еще твои стоны!

— Так ведь, типа, все, — растерянно отозвался Контейнер. — Праздник, типа, кончился.

— Кончился, — передразнил его уйбуй. — Праздник, типа, еще не начинался. Эта зеленая морда только-только начала приносить прибыль.

Копыто угрюмо посмотрел на Громовержца. Оливковая кукла сидела на полу, у ног Контейнера, к которому испытывала особую симпатию, и шумно чавкала подаренным хот-догом. Современные модели големов строили без внутренних органов, и функционировали они исключительно за счет магической энергии, но в старые времена мастера частенько применяли смешанные источники питания, и оливковый Громовержец с большим удовольствием подчищал за хозяевами объедки. Его морда была густо вымазана кетчупом, маленькие глазки сияли, а тихое урчание свидетельствовало о том, что голем счастлив. По крайней мере, максимально близок к этому состоянию. Представить его сражающимся на ринге не могли даже Красные Шапки.

— Надо было продать ублюдка, — высказался практичный Иголка. — Осы хорошую цену давали. Надо было продать.

Благодаря недалеким осам, которых говорливый Иголка сумел убедить в сумасшедших боевых качествах Громовержца, дикари и получили прибыль: маленькие крысоловы поставили на зеленое чудо деньги, что позволило Красным Шапкам оправдать хотя бы расходы по оживлению куклы.

— Не дам его продавать, типа! — взвился Контейнер. — Это наш голем!

— Тогда он должен приносить прибыль.

— А ты много прибыли принес, мелочь недоделанная?

— Да уж побольше тебя, кретин!

— Заткнулись оба! — пресек уйбуй назревающий скандал. Он вытащил из кармана плоскую фляжку, сделал большой глоток виски и рыгнул. — Скажи, Иголка, наш противник определен?

— Ага, — сумрачно кивнул малорослый дикарь. — Из всех големов квалификацию не закончил только Бессмертный Ящер мастера Любаши.

— Хреново, — повторно рыгнул Копыто, вспомнив грозный внешний облик Ящера. — Очень хреново.

Фата Любаша, опытная колдунья Великого Дома Людь, считалась убежденной анималисткой, и ее чудовище, мрачного густо-зеленого цвета, обладало внушительной пастью, длинными когтями и шипастым хвостом. К тому же оно лихо управлялось с боевыми топорами дружинника, которыми в первом круге и зарубило здоровенного голема мастера Хуана дель Орка.

— Хреново не то слово, — вякнул Иголка. — Мы попали!

— Да Ящер загрызет нашего Грэмми и не подавится, — пробормотал Контейнер. — Не позволю!

Зеленый, сообразив, что решается его судьба, испуганно прижался к ноге воина.

— Загрызет, — радостно подхватил Иголка. — Даже костей не оставит! А продавать уже поздно…

Скандальный Иголка получил заслуженный подзатыльник и кубарем покатился в угол. Контейнер злорадно хмыкнул. Копыто вновь хлебнул виски.

— Можно я на минуточку? — В дверь робко просунулась голова оса. — Можно?

Потирающий обнажившийся череп Иголка многозначительно посмотрел на уйбуя, но промолчал. Появление крысолова не сулило дикарям ничего хорошего: полученные деньги были давно пропиты, и если бы маленький ос потребовал вернуть ставку, получился бы скандал. Не то чтобы Красные Шапки боялись обитателей Лабиринта, но семья Ось входила в Темный Двор и вполне могла нажаловаться навам…

— Чуя! — радостно завопил Копыто, хватая крысолова за плечи. — Чуя! Как я рад тебя видеть!

Иголка поперхнулся и посмотрел на Контейнера, тот покрутил пальцем у виска, а Грэмми, поняв, что у главного хозяина отчего-то улучшилось настроение, принялся вылизывать себе под мышкой. Крысолов, также слегка оторопевший от столь теплого приема, позволил втянуть себя в раздевалку. Как и все представители его семьи, он был низок ростом, ниже даже Красных Шапок, необычайно худ, а его привыкшие к тьме Лабиринта глаза с вертикальными зрачками нервно сжимались от яркого электрического света. Осы жили под землей, в бесчисленных хитросплетениях метро и канализации, добывая пропитание с помощью гигантских дрессированных крыс.

— Чуя, ты уже сложил посвященную Турниру балладу?

— Вы хотите послушать? — Позабывший обо всем ос радостно улыбнулся — заунывные сочинения крысоловов редко находили в Тайном Городе благодарных слушателей. — Я могу спеть.

— Мы обязательно ее послушаем! Обязательно! Но прежде… — Уйбуй гигантским глотком опустошил фляжку, вернул ее в карман и усадил оса на лавку. Виски сыграло свою роль — родился план, и Копыто понял, как можно продлить турнирные мучения Громовержца. — Чуя, проклятые завистники хотят отобрать у нас победу на Турнире!

— Как это отобрать? — удивился крысолов. Лихие перескоки дикаря с темы на тему выбивали малыша из колеи. — Ты же говорил, что все схвачено?

— Говорил, но интриганы из Ордена пытаются нам помешать. — Уйбуя понесло, он чувствовал, что поймал нужную нить, и даже Контейнер с Иголкой жадно ловили каждое его слово. — Понимаешь, у Грэ… у Громовержца есть Великий Обет — он не может воевать против зеленых големов.