Бог хаоса - Рэйчел Кейн

— Что такое? — спросила Ева. Она достала из холодильника оставшиеся спагетти, разогрела их и первому протянула тарелку Майклу, — Что ты там видишь?

— Ничего, — ответил он с напряженной улыбкой и отмахнулся от еды, — Я вообще-то не голоден. Извини.

— Мне больше достанется. — Шейн схватил тарелку, поставил на колени, накрутил на вилку спагетти и отправил в рот. — Серьезно, что с тобой? Ты никогда не отказывался от еды.

Майкл не отвечал, продолжая смотреть во тьму.

— Из-за Сэма беспокоишься? — не отступала Ева.

— Из-за Сэма и всех остальных. Это безумие — то, что творится здесь, — Майкл машинально проверил, заперты ли окна, — Почему Бишоп до сих пор не захватил власть? Чем он занимается? Если сражается, почему мы не видим этого сражения?

— Может, Амелия где-то там уже одолела его, — сказал Шейн, продолжая поглощать спагетти.

— Нет. Ничего подобного. Я могу чувствовать это. Думаю… Думаю, она прячется вместе со своими сторонниками.

Шейн перестал жевать.

— Ты знаешь где?

— Нет. Я просто чувствую… — Майкл покачал головой. — Нет, потерял. Простите. Но у меня такое ощущение, будто что-то меняется. Приближается кульминация.

Клер только-только наложила себе в миску теплой пасты, как над головами послышался звук шагов. Все в молчании посмотрели наверх, а потом друг на друга. Майкл ткнул пальцем в себя и на лестницу; все закивали. Ева выдвинула кухонный ящик и достала три заостренных кола; один она бросила Шейну, другой Клер, а третий крепко стиснула в кулаке.

Майкл бесшумно поднялся по лестнице и исчез.

Они ожидали, что он вернется, но вместо этого мелькнуло черное пальто и грязноватые белые штаны, заправленные в черные ботинки, и через перила перегнулся Мирнин.

— Поднимайтесь, все. Вы мне нужны.

Ева, хмыкнув, посмотрела на Шейна; Шейн посмотрел на Клер.

А Клер шагнула на лестницу.

— Поверьте, если сказать «нет», это добром не кончится.

Майкл ждал их в коридоре, рядом с открытой потайной дверью. Вслед за ним они вошли внутрь и поднялись по лестнице.

Меньше всего Клер ожидала увидеть в потайной комнате на третьем этаже целую толпу, но именно это они там и обнаружили.

Последним поднялся Мирнин.

— Клер, мне кажется, ты знакома с Тео Голдменом и его семьей.

Она вгляделась в лица. Да, она встречалась с ними, в музее, через который они проходили, когда шли спасать Мирнина. Тео Голдмен сказал Амелии, что они не будут сражаться.

Тем не менее они, видимо, все же участвовали в сражении. У вампиров не бывает синяков, но Клер видела рваную одежду и пятна крови. Все выглядели измотанными и… опустошенными. Тео, похоже, пришлось хуже всех. На его лице отчетливо проступали морщины, как будто за два дня он постарел на сотню лет.

— Простите, — сказал он, — но больше нам некуда пойти. Амелия… Я надеялся, что она здесь, что даст нам убежище. Мы уже везде побывали.

Как припоминала Клер, вроде бы их было больше. Да, точно, двоих не хватало. Одного человека и одного вампира.

— Что произошло? Я думала, вы в безопасности!

— Да, сначала так и было, а потом нет. Война! Любое безопасное место быстро становится небезопасным. Кто-то знал или хотя бы подозревал, где мы. Вчера на рассвете толпа взломала двери и набросилась на нас. Кларенс… — Он посмотрел на жену, которая стояла, повесив голову, — Наш сын Кларенс ценой своей жизни задержал их. И вместе с ним погиб наш друг, человек по имени Уильям. Мы прятались, переходили с места на место, опасаясь, что нас могут вытащить на солнце, и стараясь не допустить этого.

— Как вы оказались здесь? — спросил Майкл.

В его голосе прозвучала настороженность, и Клер не осуждала его.

— Это я привел их, — ответил Мирнин. — Пытаясь разыскать тех, кто остался. — Присев на корточки рядом с одной из юных вампирских девушек, он гладил ее по волосам. Она улыбалась ему, робко и испуганно. — Они могут остаться здесь. Мало кому известно об этой комнате. Я оставил открытым портал на чердаке, на случай если им придется бежать, но это единственный путь наружу. Последнее средство спасения.

— Есть еще другие вампиры? В городе? — спросила Клер.

— Очень мало, и они спасаются, кто как может. Большинство либо с Амелией, либо с Бишопом, либо… — Мирнин развел руками, — погибли.

— Что делают Амелия и Бишоп?

— Перегруппировывают силы, пытаясь отвоевать хоть какое-то преимущество, занять более выгодную позицию. Долго это не продлится. — Мирнин помолчал. — Раньше или позже, скорее всего сегодня ночью, столкновение неизбежно. Кто-то выиграет, кто-то проиграет. И утром Морганвиллю станет известна его судьба.

От этих слов мороз по коже пошел. Клер вздрогнула и посмотрела на остальных, но, похоже, им сказать было нечего.

— Клер, удели мне немного внимания, — Мирнин увел ее в угол комнаты. — Ты разговаривала со своим другом-доктором?

— Я пыталась, но не смогла пробиться. Мирнин… как вы?

— Неплохо… пока, — В его голосе прозвучали циничные нотки, обычно возникавшие незадолго до того, как лекарство переставало действовать. — Без еще одной дозы я стану опасен. Можешь достать?

— Может, в вашей лаборатории…

— Я был там, но Бишоп опередил меня. Теперь мне понадобится стеклянная посуда и совершенно новая библиотека. — Он говорил вроде бы небрежно, но в лице проступило напряжение, глаза мрачно сверкнули. — Он пытался уничтожить порталы, чтобы помешать Амелии перемещаться. Я сумел восстановить их, но должен проинструктировать тебя, как именно это работает. И очень быстро. На случай…

Клер поняла, что он имел в виду, и медленно кивнула.

— Вам нужно уходить, — сказала она, — В тюрьме безопасно? В той, где вы держите больных?

— Бишопа там ничто не интересует. Следовательно, да. Я запрусь в камере и останусь в ней до тех пор, пока ты не принесешь лекарство. — Он наклонился, вперив в нее напряженный, настойчивый взгляд. — Мы должны продолжить работу над лекарством и начать распространять его, Клер. Стресс, борьба — все это ускоряет течение болезни. Я заметил признаки ее у Тео, даже у Сэма. Боюсь, если мы не поторопимся, потери станут гораздо больше. Страх, спутанность сознания. Многие будут даже не в состоянии защищаться.

— Я постараюсь.

Он нежно поцеловал ей руку. Прикосновение его губ ощущалось сухим, как пыль, но все равно вызвало легкое покалывание в пальцах.

— Знаю, девочка моя. Ну, давай вернемся к твоим друзьям.

— Сколько они здесь пробудут? — спросила она, имея в виду Тео и тех, кто с ним. Вопрос прозвучал не по-доброму, но, что ни говори, она тоже нервничала. Эти едва знакомые гости-вампиры… В последнее время их в этом доме было многовато. — В смысле, у нас здесь не так уж много крови.