Темная Канцелярия - Эльхан Аскеров

Такой поворот дела привёл настоятеля в мрачное расположение духа. Тяжело вздохнув, он отложил залитую вином салфетку и принялся выбираться из-за стола.

– Куда же вы, святой отец? Трапеза ещё не окончена. Оставайтесь. Девушки приготовили замечательный десерт, а вина у нас вполне достаточно, чтобы приятно провести вечер, – остановил его демон.

Уже научившийся хорошо понимать его старик растерянно покачал головой. Демон веселился от души (если, конечно, к демону можно было применить понятие души), издеваясь над этим разожравшимся святошей.

Усевшись обратно, настоятель, недолго думая, вернулся к трапезе, уничтожая такое количество продуктов, что хватило бы накормить целую крестьянскую семью.

– Расскажите, отче, кто же это так позавидовал нашему житью, что побежал докладывать? Думаю, вы узнали о нас не на исповеди, – спросил демон, не давая настоятелю собраться с мыслями.

– У церкви есть ревностные служители и в миру, – недовольно буркнул настоятель, не прекращая жевать.

– Не сомневаюсь. Меня удивляет тот факт, что вы пришли лично, а не послали разобраться с нами одного из своих приближённых. Это означает, что вам что-то нужно от нас. Вот только что?

– Святой матери церкви нужно от мирян только верное служение ей.

– Это понятно, но это не объясняет вашего прихода. Так что же заставило вас бросить все дела и идти сюда? Для чего вы приложили столько усилий?

– Мне доложили, что вы добились разрешения и начали строительство дворца за городской стеной. Не церкви, не часовни, а дворца. Вы могли бы найти более достойное применение своим деньгам.

– Должны же мы где-то жить? А церквей и часовен в городе, я думаю, вполне достаточно. Кроме того, постройкой церквей и тому подобных заведений занимается сама церковь, и я просто не смею вмешиваться в её дела.

– В дела церкви не смеет вмешиваться никто, а что касаемо того, достаточно в городе церквей или нет, это решать не вам.

– Я и не пытаюсь решать этот вопрос, именно потому и решил построить дворец.

– Значит, вы решили поселиться в этом городе?

– Именно. Потому и начали строительство. Хочется, знаете ли, хорошо пожить оставшиеся годы.

– Человек обязан трудиться, добывая свой хлеб в поте лица.

– А кто сказал, что мы пребываем в праздности? Конечно, мы не обрабатываем землю, не сеем хлеб, но от этого наш труд не становится менее нужным.

– И чем же вы занимаетесь?

– Мы негоцианты.

– Кто-кто? Это ещё что за богопротивные словеса?! – неожиданно вскинулся настоятель.

– Купцы, торговцы, караван-баши – все эти слова означают суть одно и то же. Разве вы не знали? Я поражён, что такой многоучёный человек мог позабыть такое простое слово.

– А, э-э, да. Как-то вылетело из головы, – замялся настоятель, понимая, что попал впросак. – Значит, вы промышляете торговлей? – переспросил он, делая вид, что ничего не произошло.

– Совершенно верно. Только не промышляем, а занимаемся. А вы находите это предосудительным?

– Нет, но лучше бы вам быть простыми людьми.

– Это почему же? Чем так плохи купцы?

– Такие как вы болтаются по свету, забывая догматы церкви, отступая от норм и правил, принятых на родине, и пропитываясь иноземной ересью, – возмущённо проговорил настоятель.

– И тем не менее святая церковь и вы лично не брезгуете пользоваться плодами наших трудов, – иронично ответил демон. – Если глаза меня не обманывают, многие детали вашей одежды сшиты из восточной парчи и шёлка. Ни то ни другое на западе не производят, а значит, если бы не мы, то вам пришлось бы довольствоваться только холстом.

– Ну, иногда и от вас бывает некоторая польза, – скривившись, ответил монах.

– Иногда? Тогда давайте разбираться. Вспомните, чем отделаны стены и алтарь вашей церкви, что вы используете во время проведения таинства обрядов, в чём ходите, из чего едите? Всё это привезено из дальних стран и передано вам людьми, рисковавшими своими жизнями в этих поездках. И, наконец, на какие деньги построена основная масса ваших церквей.

– Наших?! Значит, вы не относите себя к пастве истинно верующих в Господа нашего?

– Конечно, отношу. Но я только прихожанин, а вы её служители, а значит, церковь – ваш дом.

– Что ж, я не удивлён, что ваши дела идут в гору. Вы очень ловко умеете выкручиваться из любой ситуации, но не надейтесь, что вам удастся меня обмануть. Я вижу вас насквозь. И думаю, что святой инквизиции стоит поближе познакомиться с вами.

– Престаньте меня запугивать, святой отец. Как вы уже отметили, я совсем не глуп и могу устроить некоторые неприятности даже вам. В тот момент, как в наш дом ворвётся церковная стража, ваш епископат лишится очень солидных пожертвований, а это может очень не понравиться вашим иерархам. Ведь кроме меня никто не знает, куда и как вложено наше золото. Предав меня огню, они получат только кусок обугленной плоти, а позволив мне делать, что хочу, получат деньги. Как вы думаете, какой выбор они сделают?

– У инквизиции есть способы развязывать языки непокорным, – мрачно ответил монах.

– О да! Я знаю. Чего стоят только дыба и испанские сапоги! Не говоря уже о так называемой «благочестивой Марте» – ведь так называют полый саркофаг, внутрь которого встроены шипы длиной в ладонь? Можно также вспомнить о различных тисках для ущемления пальцев, маски с воронками для заливки в горло испытуемому кипящего масла, клещи, кнуты и тому подобные милые вещицы, использование которых одобрено высочайшим эдиктом. И заметьте, друг мой, всё это не просто одобрено, а ещё и тщательно каталогизировано, что наводит нас на размышления о бренности человеческой плоти. Но не в этот раз. В воротник всех моих камзолов вшиты небольшие капсулы с ядом. Достаточно просто раскусить их, и все ваши старания пойдут прахом. Повторяю, истинное положение вещей известно только мне. Это моя гарантия неприкосновенности в любой ситуации.

– Ваши хитрости вам не помогут. Отцы-инквизиторы сумеют получить нужные ответы, если не от вас, то от ваших друзей.

– Вы плохо меня слушали, святой отец. Где находятся деньги, знаю только я. Всё, что вы видите здесь, принадлежит мне, и только я решаю, кому и сколько дать для их личных нужд, – усмехнулся демон. – Я, так же как и вы, люблю власть, и подобное положение вещей даёт мне эту власть. Неужели вы всерьёз считаете, что я добровольно откажусь от неё?

– Служители церкви чужды власти, – ответил монах, но этот ответ прозвучал очень неуверенно.

– Да неужто?! – рассмеялся демон. – Вы властвуете над людскими душами, а я над телами. И давайте перестанем играть в слова. Зачем вы пришли? – властно спросил он, и монах, вздрогнув, заёрзал на стуле, словно там внезапно появился гвоздь.

– Я надеялся, что здесь живут истинные христиане и добрые католики, которые с радостью поспешат оказать посильную помощь храму, – хрипло проговорил настоятель, с трудом откашлявшись.