Все двадцать семь часов! - Наталья Косухина

Следующей жертвой нашего расследования стал Энтони Лагрант. Распорядок дня данного барона выяснить было крайне сложно, и на это у нас ушло несколько дней. Хотя вернее будет сказать, у меня. Макс подолгу пропадал с Шаршаном и приходил домой злой и уставший. На все мои вопросы он отвечал коротко или подробно, но чего-то недоговаривал.

В итоге вечером четвертого дня, дожидаясь Айзека, я не выдержала:

— Макс, я хочу уволиться.

Шеф удивленно на меня посмотрел:

— С чего бы это?

— Потому что я не могу больше находиться в подобной ситуации.

Я сидела в кабинете шефа, около камина, когда сам Лагфорт расположился за столом. Но после моих слов он стремительно встал, пересек комнату и уселся в соседнее кресло.

— Таисия, объясни толком.

— Макс, ты, видимо, забыл, что я фок.

— Такое забудешь, — пробормотал шеф.

Но я, проигнорировав его замечание, продолжила:

— В последнее время меня сводят с ума плохие предчувствия. Да еще ты со своими секретами с Шаршаном. В общем, я хочу уйти.

— Нет. Я не отпущу тебя, а денег на неустойку у тебя нет.

— Макс, почему ты так цепляешься за меня? Вот, например, у Шаршана есть дочь, и она может тебе помочь. Зачем меня мучить?!

Подавшись вперед, Макс, прищурившись, пару секунд рассматривал меня, затем спросил:

— Таисия, ты что, ревнуешь?

— Что, прости? — вытаращилась я на него после такого вопроса.

— Это безосновательно. Ты же знаешь, что твое место вряд ли кто-то сможет занять. И уж явно не эта великосветская курица. Ты прекрасный помощник, и ничто этого не изменит.

— Макс, ты дурак!

— Таисия, не забывайся!

— А что ты тогда сделаешь? Уволишь меня?

Я вскочила и забегала по комнате.

— Ты говоришь, что я прекрасный помощник, но мне не доверяешь. Я должна рисковать своей свободой, а возможно, и здоровьем ради человека, который не хочет мне рассказывать важную, возможно, необходимую для дела информацию. Я тут мучаюсь, у меня уже, наверное, полдуши сгорело в агонии, а тебе все равно!

— Я нахожусь рядом с тобой и без фильтров. Это для назгара высшее проявление доверия. Не понимаю, что тебя мучает?

Посмотрев на него с отчаянием, я тихо сказала:

— Ты забыл, как давно произошло последнее убийство? Почему преступник затаился? По нашей версии, он именно сейчас должен был активизироваться, когда ты особенно уязвим, но ничего не происходит.

— Может, из-за нашего расследования барон решил изменить свое решение.

— На полпути?

— Я не намерен больше это обсуждать, — жестко отрезал Лагфорт.

— Макс, неужели ты не понимаешь, что это затишье перед бурей?

— Мне бы с тем, что есть, разобраться, а потом и о теориях поразмышлять можно.

Усевшись обратно в кресло, я через несколько минут поинтересовалась:

— Почему ты не отпускаешь меня?

— Потому что у тебя контракт, потому что мне так удобно и потому что за столько времени я к тебе сильно привязался.

— Но к маме и брату ты привязан куда сильнее, но около себя не держишь.

— Нет.

Я вздохнула. Это бесполезно.

— Значит, ты меня не отпустишь и не скажешь о чем, кроме дел, вы говорили с Шаршаном?