Сердце Феникса - Мэтью Гэбори

Альгар упер руки в бока и наклонил голову набок.

– Очень может быть.

Потом, не колеблясь ни секунды, он приблизился к ней, так что острие ее меча уперлось ему в грудь.

– Ну а теперь ты мне поверишь?

Плечи драконийки опустились, свободным движением она сложила оружие.

– Да. Теперь я могу тебе доверять.

– Пойдемте, – заключил Альгар, на ходу поднимая свой топор с земли, – мы отведем вас в наш лагерь.

Януэль бросил растерянный взгляд на Шенду, которая в ответ только пожала плечами.

Перейдя через перевал, они дошли до реки. На берегу Януэль с изумлением увидел несколько дюжин палаток, у которых бодрствовали горцы с суровыми лицами.

– Племя Сендахар, – пояснил Альгар, указывая на скопление палаток на противоположном берегу. – А здесь наше племя – Форден. А скоро должны прибыть и горцы из племени Сахорн.

– А что происходит, Альгар? – спросила Шенда. – Зачем все это?

– Потерпите, – уклончиво ответил он, поднимая медвежью шкуру, закрывавшую вход в шатер.

Они вошли за ним. Внутри при свете одной-единственной свечи молодая женщина кормила грудью ребенка.

– Выйди, – сказал ей Альгар. – Нам нужно поговорить.

Она покорно подчинилась, прикрыла грудь и вышла с ребенком из шатра.

– Это моя жена, – пояснил Альгар. – Если понадобится, я за нее жизнь отдам. – Он положил топор, сел на волчью шкуру и знаком предложил беглецам сделать то же самое. – Я рад, что Грифоны не смогли вас выследить. У всех перевалов, за которыми нам было поручено следить, вас ждали наши люди.

– Почему, Альгар? – спросила Шенда, усевшись скрестив ноги.

Януэль сел рядом с ней и принялся рассматривать смуглое лицо хозяина жилища.

– А почему не подчиниться приказу империи? – заметил он, почесывая каштановую бороду. – Теперь пришло время отстаивать то, что принадлежит нам. Император был вынужден терпеть наше присутствие в горах, потому что ничего другого ему не оставалось: укротить нас стоило бы ему половины армии. Поэтому он попытался задавить нас.

– Я не понимаю тебя. Во все времена горцы верно служили империи.

– До тех пор, пока на трон не вступил тот император, который по крови был недостоин его занимать.

– Неужели ты хочешь, чтобы я поверила, что ты придаешь этому какое-то значение?!

– В этом случае – да. В его жилах текла наша кровь.

За этими словами последовало долгое молчание.

– Горец… – пробормотал Януэль, повернувшись к Шенде, которая была удивлена не меньше, чем он.

– Он предал своих, – продолжал Альгар, – он плюнул на могилы наших предков, чтобы получить титул имперского рыцаря. Он был превосходным воином, вероятно лучшим среди нас. Но власть его околдовала, ослепила…

– Почему вы его не разоблачили?

– Когда мы поняли, что его душа погибла, мы пробовали открыть правду. Сюда нагрянули жрецы, выслушали нас, но не поверили. Постепенно он устроил так, что сюда, в отроги этих гор, стали прибывать все новые поселенцы, отнимать у нас земли и дичь. Кончилось тем, что несколько племен в отместку пожгли их дома. Тогда пришли солдаты. У нас не хватило смелости, да простит мне Красный Волк, дать им отпор и развязать братоубийственную войну.

– Да осенит пламя Феникса ваши очаги за то, что вы так поступили, – прошептал Януэль.

Альгар скрестил руки на груди и перевел тяжелый взгляд на Януэля:

– Я до сих пор не знаю, было ли верным это решение. В любом случае даже Красному Волку не под силу переписать историю. Трупы поселенцев вскормят землю и диких животных. Природа вместе с горцами империи Грифонов восстановит справедливость. – Он ударил себя кулаком в грудь и добавил: – Наши топоры слишком долго оставались без дела.

– Хаос… – произнес Януэль, загипнотизированный бликами, игравшими на бронзовом медальоне вождя.

– Что?

– Вы ускорите движение империи к хаосу и тем самым поможете Харонии.

Лицо Альгара побагровело от гнева.

– Харонии? – возмутился он. – Ты обвиняешь меня в том, что я сообщник харонцев?

– Тела убитых вами, – с трудом проговорил Януэль, – будут питать не эти древние горы, а Харонию. Вы оставите вашим детям землю, заполоненную харонцами.

Альгар выпрямился и сжал кулаки.

– Хоть тебе и под силу управлять Хранителем, но ты оскорбил мой народ! – воскликнул он, хватаясь за топор.

Шенда поднялась и встала между ними:

– Остановись, он не хотел сказать ничего дурного. Вашим людям стоит учесть его слова.

Через плечо девушки Альгар бросил гневный взгляд на фениксийца.

– Мы, горцы, никогда не шли на сделки с харонцами! – сказал он, плюнув на землю.

– Я не это имел в виду. Я просто хотел сказать, что, может быть, стоило предупредить поселенцев о ваших намерениях и дать им возможность покинуть эти места. Мне показалось, что вы жаждете кровавой мести.

Альгар уже вроде бы успокоился, пожав плечами, он ответил:

– Я выхожу из себя, когда при мне произносят имя этих проклятых существ. – Он снова сел и продолжил: – Но нам не избежать кровопролития, поверь мне. Оскорбление будет смыто кровью.

– Вы… – начал Януэль.

– Прекрати, – оборвала его драконийка. – Мы в гостях.

Януэль несколько секунд колебался, но предпочел замолчать. Момент был действительно неподходящий. Им следовало радоваться, что их приняли с распростертыми объятиями те, кто должен был бы выдать их преследователям.

– Альгар, – сказала драконийка, – нам нужно как можно быстрее спуститься в долину. Ты можешь дать нам проводника?

– Я могу сделать даже больше. Следующей ночью мои воины отправятся к форту, под охраной которого находятся земли поселенцев. Это меньше чем в одном лье от долины. Они вас проводят.

– Мы тебе очень признательны.

– Все мои собратья благодарят вас за то, что вы положили конец царствованию этого императора. Ваши имена будут шептать у алтарей наших предков.

Они искренне улыбнулись друг другу.

– Теперь нам нужно отдохнуть, – заключила Шенда.

– Чувствуйте себя как дома.