Грон. Сердце башни - Роман Злотников

– Был, но… – Агюен замялся. Шуршан молча ждал. Маркиз вздохнул и закончил:

– За пять минут до того, как госпожа Линдэ вышла от наследника, из его покоев выскочила одна из нянек и попросила караульных помочь передвинуть шкаф.

Шуршан скрипнул зубами.

– Где она?

– Допрашивают, – ответил Агюен. – Но, похоже, она с этим, – он кивнул подбородком на убийцу, висящего на пыточном щите, – никак не связана. Просто манерная дурочка, решившая поднять собственную самооценку, заставив пару королевских гвардейцев исполнить ее прихоть. Тем более, что один из этих двух был ее тайным воздыхателем – она не только имеет весьма смазливое личико и стройную фигурку, но и происходит из довольно знатного рода. Ее на место при наследнике почти год пропихивали.

– Год, говоришь, – задумчиво хмыкнул Шуршан и зло ощерился. Маркиз Агюен вздохнул про себя. Этот род он знал. Вполне достойные люди, но очень ревностно относятся к внешним проявлениям собственной и родовой значимости. За это, похоже, и поплатятся. Нет, если они действительно ни в чем не виноваты и никаким образом не сносились с врагом и не оказывали ему никаких услуг, в чем Агюен был (ну почти) уверен, то ничего страшного с ними в конце концов не произойдет. Но в том, что прежде, чем в этом убедиться, Шуршан вывернет этих любителей продемонстрировать собственный статус наизнанку и вымотает им все нервы – он совершенно не сомневался. Как и в том, что кому-то из этого рода почти непременно придется, причем на достаточно длительное время, сменить родовое гнездо на подземные казематы. И, скорее всего, далеко не одному. А куда деваться? Оказаться под подозрением в деле покушения на наследника престола – это не шутки. И все благодаря одной высокомерной соплячке, не вовремя решившей самоутвердиться там, где надо было делать свое дело и молчать в тряпочку.

– Агюен!

Маркиз вскинулся и развернулся в сторону Грона, наконец-то оторвавшего взгляд от побелевшего убийцы, по лицу которого крупными каплями скатывался пот. Ну еще бы, выдержать разозленный взгляд принца-регента Агбера и так мало кто был способен, а сейчас Грон пребывал в настоящем бешенстве.

– Да, ваше высочество!

– Где его вещи?

– Те, которые были на нем – вот здесь, на столе, а те, которые изъяли из его комнаты – в соседнем отсеке. Мы с ними пока не разбирались. Ждали господина Шуршана, – маркиз на мгновение замолчал, а потом добавил: – Для меня главным было узнать, есть ли во дворце еще убийцы, а все остальное…

Грон молча кивнул. Ну да, у каждого свои обязанности.

– Хорошо, тогда передайте убийцу и все, что к нему относится, Шуршану. Дальше с ним будет работать он. А ты… – начал Грон, разворачиваясь к Шуршану.

– Я пошлю людей еще раз как следует осмотреть его комнату.

– Не только. Уточни у мажордома круг его обязанностей, а потом осмотри все помещения, в которых он мог появляться. И те, которые расположены рядом с ними. И те, что по пути к ним. И прошерсти слуг насчет круга его общения. Всех, с кем он хотя бы перекинулся взглядом, надо будет… – Грон осекся. Черт, кого он учит?! Принц-консорт Агбера вздохнул и махнул рукой. – Извини.

– Ничего, онотьер, – отозвался Шуршан. – Это вы меня извините… всех нас.

Грон пару мгновений помолчал, затем кивнул.

– Ладно, – потом еще помолчал и негромко спросил: – Где Эмальза, не знаешь?

– Она сразу бросилась в часовню Владетеля, – сообщил Шуршан. – Ну, как узнала…

– Хорошо, – кивнул Грон. – Забирай его и… я подойду чуть позже.

Эмальза стояла на коленях перед Прощальным алтарем, на котором лежало тело ее сестры, обхватив мертвую голову Линдэ руками и прижав ее к своей груди. Ее помертвевший взгляд был устремлен прямо перед собой, но не на знак Владетеля, а куда-то в пустоту. Грон подошел к алтарю и опустился на пол слева от девушки. Некоторое время они оба сидели так, не говоря ни слова и не касаясь друг друга, после чего Грон тихо произнес:

– Прости…

Эмальза некоторое время никак не реагировала на это, а потом, когда Грон уже снова открыл рот, собираясь сказать еще что-то, внезапно произнесла:

– Всегда…

Грон замер, а затем, так ничего не сказав, закрыл рот. Эмальза еще некоторое время молчала, а потом продолжила:

– Она всегда была со мной. Всегда. Мы вместе ели, спали, бегали в горы, дрались – друг с другом и друг за друга, вместе получали от отца и дядюшки Самшальца. Вместе отлупили сестер Шальмщульце. Их было пятеро. И они были на год, два и четыре старше нас. Но мы их отлупили… – тут голос Эмальзы осекся, а потом она зло скрипнула зубами и тихо зарычала.

– Они должны ответить за это, Грон. Обещай мне, – она повернула голову и уперла в него яростный взгляд своих горящих глаз. – Обещай!

Сидевший рядом с ней мужчина несколько мгновений твердо смотрел ей в глаза, а затем коротко кивнул.

– Обещаю.

2

– Вот после этого Ламена-то и загуляла… – закончил очередной рассказ крестьянин, сидящий на доске, перекинутой с одного борта телеги до другого вместо облучка. Закончив рассказ, он посопел, почесал ляжку, смачно высморкался, от души утерся рукавом и без того грязной рубахи, а потом громко поинтересовался у маячившей перед его носом лошадиной задницы:

– Ты как там, городской, не сомлел еще?

Грон, на самом деле слегка придремавший под негромкое бормотание возницы в дальнем конце телеги, ничего не ответил. Ибо уже знал, что подобные вопросы никаких ответов не требуют.

Нет, первый час он пытался добросовестно слушать все эти незатейливые деревенские новости и байки, поддакивать в нужный момент, цокать языком, ахать когда требуется и, время от времени, бросать всякие положенные слушателю реплики, типа: «Да ты что!» или «Вон оно как…», либо «Да не может быть!», считая это немудреное участие в разговоре некой платой за проезд. Ну, типа того, когда на Земле дальнобойщики сажают в кабину автостопщиков для того, чтобы те развлекали их участием в разговоре и тем самым избавляли от скуки и не давали заснуть за рулем… Но затем понял, что этому словоохотливому крестьянину все эти его жесты вежливости совсем не нужны. Ему достаточно самого факта наличия потенциального слушателя в телеге. А что он там делает – ест, спит или слушает, владельцу транспортного средства совершенно по барабану…

Убийца рассказал много интересного. Не менее важным было и то, о чем он не рассказывал. Например, тот факт, что ему удалось пробраться во дворец, позволял с высокой долей вероятности предположить, что, пока они наводили порядок в Кагдерии, в Агбере вообще, и, несомненно, в Агберепорте в частности, «угнездилось» немалое число агентов Черного барона. Ну не один же этот убийца сюда отправился? И пусть другим не повезло так, как повезло этому (хотя, учитывая пыточный щит, вряд ли тут будет уместно это слово), но уж в Агбер-порте совершенно точно должен был бы осесть не один агент. А из этого вытекало, что даже при самом удачном стечении обстоятельств подавляющее большинство сил и средств секретных и охранных служб Грона на протяжении нескольких месяцев будет занято отловом этих самых агентов и купированием, а затем и нейтрализацией всего того, что они к тому моменту успеют натворить.