Заговор богинь - Филис Кристина Каст

– Знаешь, она права. Вот эта шелковая ерунда, – Кэт приподняла подол верхнего платья, и юбка грациозно качнулась, – очень симпатична, но для воды не годится.

– Значит, вы должны сделать то же, что собираемся сделать мы, – сказал Патрокл, хитро ухмыльнувшись Ахиллесу. – Разве не так, братец?

– Конечно, они должны. Это спасет прекрасную ткань их платьев.

– А мы?.. – спросил Патрокл.

– Да, братец.

И на глазах изумленных Кэт и Джаки оба воина сорвали с себя всю одежду и с воплем бросились в бирюзовые волны.

– Вот дерьмо... – пробормотала Катрина.

– Боже... боже ты мой! – Джаскелина принялась энергично обмахиваться ладонью, – Я должна перед тобой извиниться, Кэт. Хотя у меня кожа и совершенно ненормального цвета, черта с два мы с тобой в аду! Это определенно самый настоящий рай.

– Ты хоть раз в жизни видела такие великолепные тела? – мечтательным тоном спросила Катрина.

Она во все глаза глядела на Ахиллеса и отчаянно желала, чтобы он выбрался на мелкое место. А потом встал бы во весь рост...

– Кэт, скажи честно... Патрокл выглядит совершенно как Спайк из сериала «Баффи», ведь правда?

Катрина с трудом отвела взгляд от Ахиллеса – ровно настолько, чтобы посмотреть на Джаки.

– Ты просто настоящая дурочка! А твоя привязанность к этому сериалу весьма трогательна.

– Но он действительно похож на Спайка! Присмотрись, ведь у него такие же мускулы и такие же серебристые волосы! Ему только нужно сменить прическу и надеть длинное черное кожаное пальто. Ох, нежный младенец Иисус! Да он всех переплюнет! Я намерена с ним трахнуться. Думаю, это будет правильно. Разве могу я допустить, чтобы все это великолепие пропадало даром?

– Он не Спайк, глупая! Патрокл – отличный мужчина! А Спайк – большой плохой парень!

Джаскелина одарила подругу взглядом, откровенно сообщавшим: «Да ты просто идиотка!»

– Кэт, я говорю о Спайке из седьмого сезона! Прислушайся ко мне, и ты согласишься, что я права!

– Извини... ты что-то сказала?

Взгляд Катрины неотрывно следил за движениями мускулистого обнаженного тела Ахиллеса.

– Кэт... что, у Патрокла действительно розовый пенис? – спросила вдруг Джаки, прикрывая глаза ладонью от солнца, чтобы лучше видеть, и пристально всматриваясь сквозь блики солнечных лучей на воде.

– Джаки, только не делай вида, что до сих пор ты ни разу не занималась сексом с белыми парнями!

– Только с Брэдли, и то всего несколько раз. Помнишь, я сразу решила, что он совершенно мне не подходит, потому что он просто до странности был привязан к вишням в шоколаде, с ликерной начинкой? Он обычно откусывал донышко этих ужасных дешевых конфет и высасывал из них ликер. Мерзко... просто мерзко!

Джаскелина театрально содрогнулась.

– Ну, как бы то ни было, я не замечала у него такого вот розового цвета.

– Ну, Патрокл ведь очень белокожий. Эй, подумай-ка вот о чем... Его розовый пенис просто отлично подходит к твоей блондинистой штучке.

– Ох, боже, мне надо сесть. Быть белой – это так утомительно!

Джаки оглядывалась по сторонам в поисках подходящего обломка дерева, но Патрокл выскочил из воды и схватил ее за руку.

– Поплавай со мной, моя красавица!

Катрина изо всех сил старалась смотреть куда-нибудь в сторону, однако это было чертовски трудно, когда Патрокл стоял вот так перед ними, мокрый с головы до ног, с гладкой кожей, абсолютно обнаженный... Джаскелина бормотала что-то насчет купальника, а Кэт заставила себя повернуться к морю. Ахиллес медленно шел к ней... Вода пока еще закрывала его чуть выше талии, и волны облизывали широкую грудь, и Катрина видела во всех подробностях, как Ахиллес медленно выходит из воды... «он подобен древнему богу, он золотистый и могучий и при этом так соблазнительно несовершенный...» Ее тело вспыхнуло и стало сверхчувствительным, а в голове внезапно вспыхнул некий прожектор, освещая эротические картины прошлой ночи... Но пока Катрина пыталась сообразить, как бы ей сбросить с себя одежду и ринуться навстречу ему, не разбудив при этом берсеркера, Ахиллес повернул Он вышел из воды и быстро направился к своей одежде брошенной на песке.

– Прибыл гонец из греческого лагеря, – сказал он Патроклу, который мгновенно перестал дурачиться с Джаскелиной и тоже быстро оделся.

Катрина внимательно оглядела пляж и действительно увидела какого-то мужчину, державшего в руках длинное тонкое копье и щит и одетого в точно такой же алый плащ, какой Кэт видела на Одиссее; воин бежал к ним. Через минуту он уже был рядом; он задыхался от бега, однако уважительно отсалютовал Ахиллесу и слегка склонил голову.

– Меня прислал к тебе Одиссей, мой господин.

Воин заговорил еще до того, как успел полностью отдышаться.

– С Одиссеем все в порядке? – спросил Ахиллес.

– Да, но не всем итакийцам так повезло. Сегодняшняя битва оказалась трудной.

В голосе воина не слышалось ни осуждения, ни враждебности, однако Катрина ощутила напряжение, исходившее от Ахиллеса.

– Одиссей послал меня, чтобы спросить: нельзя ли прислать к нему ту целительницу, Мелию?

– А что, Калхас настолько занят, суетясь вокруг Агамемнона, что ему некогда заняться ранеными? – холодным, ровным тоном спросил Ахиллес.

– Калхас! – взвизгнула Джаки. – Ты говоришь о том грязном старом дураке, который изо всех сил пытался добиться нагноения в руке Патрокла?

– Да, моя красавица, это, должно быть, тот самый Калхас, – ответил Патрокл, обнимая Джаскелину за плечи.

– Ну, в таком случае идем немедленно!

Джаки вывернулась из-под руки Патрокла и быстро шагнула к гонцу.

Гонец посмотрел на нее, потом на Патрокла, потом на Ахиллеса... Джаки перевела взгляд с посланника на Патрокла, потом на Ахиллеса, потом на Катрину, потом снова взглянула на Патрокла... Кэт приготовилась к неприятностям.

Джаки уперлась руками в стройные бедра – это был жест Джаскелины, разозлившейся до последней степени. И Кэт подумала, как это странно: Джаки продолжала вести себя так, словно ее тело по-прежнему оставалось довольно пышным. Но прежде чем Джаки успела налететь на Патрокла или Ахиллеса, Катрина поспешно шагнула вперед.

– Она действительно должна помочь людям Одиссея. Вы же знаете, нас прислала сюда Афина, а Афина – покровительница Одиссея. Ей бы наверняка хотелось, чтобы Мелия занялась лечением его раненых воинов.

– В этом есть смысл, – согласился Патрокл.

– Мне не хочется, чтобы она отправлялась туда одна. – Ахиллес пристально посмотрел на Катрину, – А ты не любишь кровь, так что ты с ней не пойдешь.

Джаки одарила его взглядом, в котором поровну было страдания, насмешки и одобрения.