Пустые земли - Алексей Калугин

До территории, контролируемой «стражами», Джагер добрался за три дня без особых приключений. Подаренный Блайндом экзоскелет работал безупречно. А отстреливаться по-серьезному пришлось только раз, когда с дюжину кабанов попытались завалить дерево, на котором Джагер заночевал. Они подрывали корни дерева так слаженно и целеустремленно, будто кто-то их направлял. И даже когда сталкер начал стрелять, они не прекращали своего дела, пока не падали замертво. Что и говорить, странные вещи творятся в Зоне. И, как верно заметил классик, чем дальше, тем страньше.

Пустые земли Джагер на этот раз обошел стороной – ни к чему дважды испытывать судьбу. Пройдя окраиной Гиблого бора, он в удобном месте пересек Старьевщик и по насыпи узкоколейки добрался до бывшей овощной базы. А оттуда уже было рукой подать до небольшого поселка городского типа, название которого кануло в Лету. Базировавшиеся в «поселке стражи» называли его Кузней. Почему – никто уже не помнил.

Еще на подходе к первому блокпосту «стражей» Джагер закинул винтовку за спину и развел руки в стороны, чтобы было понятно, что воевать он не собирается. Трое «стражей», вооруженных британскими «эмфилдами», поджидали его возле бруствера, возведенного из набитых песком мешков.

– Грязь радиоактивная! – воскликнул один из них, когда сталкер приблизился. – Джагер?

– Он самый, – криво усмехнулся сталкер.

– А ведь говорили, что ты погиб в Пустых землях.

– Как видишь, слухи о моей смерти оказались сильно преувеличенными.

– А с лицом у тебя что? – спросил подошедший к ним другой «страж».

– С лицом? – Джагер сдернул с ладони перчатку и коснулся кончиками пальцев щеки – взглянуть на свое отражение он так и не решился. – В жарке побывал.

– Да ты что? – удивленно вытаращил глаза «страж».

Все трое «стражей» явно ждали продолжения. А вот у Джагера не было ни малейшего желания рассказывать о своих злоключениях. Поэтому он лишь коротко кивнул и сказал:

– Ага.

«Стражи» были неглупыми и поняли, что сталкеру сейчас не до них.

– Куда направляешься? – спросил его первый.

– В бар. У Крохобора кой-какие вещички мои прибраны. Да и работа нужна.

– Это верно, – согласился «страж». – Сталкера ноги кормят. Особенно если он одиночка.

– Тебе, Джагер, давно уже предлагают в наш клан вступить, – добавил другой. – Нам крепкие ребята нужны.

– Не, мужики, – помотал головой Джагер. – У меня свой стиль работы.

– Ну, как знаешь. – «Страж» сделал шаг в сторону, освобождая проход между брустверами, ведущий к Кузне.

Джагер прошел насквозь остов длинного трехэтажного здания с рухнувшими межэтажными перекрытиями, в котором некогда располагалась не то школа, не то детский сад. В углу, возле сложившихся домиком бетонных плит, сидели у костерка трое сталкеров-новичков и негромко переговаривались. И бутылку водки по кругу передавали. Вот же придурки – вместо того чтобы зайти в бар и нормально пожрать, купили бутылку. Для куража. Видно, уже почувствовали себя бывалыми. На двоих армейские плащ-палатки старого, еще советского образца, на третьем – телогрейка с нашитыми поверх нее стальными пластинами, не иначе как собственного производства. Из оружия только у одного старый, с треснувшим прикладом «калаш». Новички проводили Джагера странными взглядами – завистливыми и вызывающими одновременно. Так молодые волчата смотрят вслед матерому вожаку. Из этих толк не выйдет, автоматически отметил про себя Джагер. Полезут в Зону, не зная путей, знаков не понимая, да так и сгинут ни за два патрона. Если к бандюкам примкнут, то протянут чуть дольше. Но в конце все равно каждый свою пулю схлопочет. Это судьба, ребята. И у каждого из вас она на роже написана. Неужто сами не видите? А вот у Джагера теперь ни рожи, ни судьбы. Была, да в жарке сгорела.

Выйдя на двор, Джагер кивнул знакомому «стражу», патрулировавшему доверенный ему участок Кузни, обошел группу тесно прижавшихся друг к другу строительных вагончиков – в них располагалось местное игорное заведение, но Джагера это не интересовало, – миновал стандартную панельную пятиэтажку с провалившейся крышей, магазин, на углу которого еще сохранилась табличка «Улица Ленина», и вышел к цветущей клумбе. Семена из Зоны Вихор принес и, никому ничего не сказав, бросил в землю на том месте, где раньше была клумба. Недели не прошло, как цветы вымахали в половину человеческого роста. На толстых мясистых ножках уверенно сидели большие, лохматые, как у пиона, соцветия темно-пурпурного цвета. Кто-то, помнится, прозвал эти цветы триффидами, но название не прижилось. За цветами никто особо не ухаживал, разве что Яшка-Заика, посудомой из «Основания», выплескивал порой на клумбу ведро-другое грязной воды. А цветы все равно росли себе и цвели, словно безумные. Как в последний раз. Только вот Вихор свои цветы так и не увидел – сгинул в Колючей долине вместе с группой Топора. Самое странное во всей этой истории то, что сообщение о гибели группы Топора пришло за подписью Семецкого. С постскриптумом: «Да расцветут на наших могилах тысячи цветов». Что это должно было означать, никто не понял. А раз так, то, чем думать, лучше забыть.

По другую сторону клумбы располагалось здание с широким крыльцом. Некогда крыльцо было украшено огромными каменными вазами – Джагер видел их на выцветших фотографиях, висевших в холле. Должно быть, до первой эвакуации всех жителей из Чернобыльской зоны в этом здании располагалось какое-то административное учреждение. Ныне же, если пройдешь в самый конец центрального коридора на первом этаже, то уткнешься в тяжелую металлическую решетку с двумя охранниками за ней. Решетка открывается только по личному приказу Аллигатора – предводителя клана «Стражи». Это арсенал. Сколько там оружия, посторонним знать не полагается. Порой Джагер думал, что за решеткой вообще ничего нет и весь этот спектакль разыгрывается Аллигатором только для того, чтобы придать самому себе дополнительный вес. Впрочем, Джагеру до этого не было никакого дела. У него правило: в чужие дела не лезть, но и к себе близко никого не подпускать. Джагеру нужен не арсенал «стражей», а бар «Основание», расположенный в полуподвале этого же здания. Для того чтобы попасть туда, нужно обойти дом слева.