Божественная шкатулка - Барри Лонгиер

– Возможно, в перелетах как способе передвижения и есть нечто такое особое, однако оно недоступно моему пониманию.

Синдия рассмеялась и еще крепче обхватила меня за талию.

– Прекратите жаловаться, Корвас, вы же не сборщик орехов!

– Но вы только посмотрите! Уже почти стемнело. Мы летим над землей на высоте пары километров. Ужасно хочется есть. Холод просто собачий. Да еще и мужское естество дает о себе знать от такой близости к вам. Если вы меня еще раз так крепко обнимете за талию, то, боюсь, нам придется испытать истинный характер этого крылатого существа.

– Мы скоро прилетим.

– Хочется верить, что воздушные перелеты ни за что и никогда не понравятся людям!

– Мы уже совсем близко от Абуни, – вмешалась в разговор Абрина. – Хотите увидеть наш с Урлом излюбленный трюк?

– Что за трюк? – недоверчиво осведомился я.

– Мы с радостью его посмотрим, – откликнулась Синдия.

Абрина издала все тот же странный призывный клич, и крылатый лев устремился ввысь, прямо к облакам. Когда мы оказались в небесах так высоко, что у меня почти перехватило дыхание, Абрина и Урл показали нам свой удивительный трюк. Какое-то мгновение мои пальцы все еще сжимали львиную гриву, а ноги и зад покоились на широченной спине Урла. В следующее мгновение крылатый лев куда-то исчез, а мы втроем кувырком полетели по небесной тверди. Урл, неожиданно сделавшийся снова совсем крошечным, сдавленно рявкнул и полетел вслед за нами.

Я никогда не был сторонником того, что мужчине следует сдерживать свои эмоции. Поэтому заорал во весь голос и не умолкал до тех пор, пока Урл не вернулся к своим прежним размерам, не догнал нас и не позволил снова занять места у него на спине. Затем Абрина направила своего крылатого зверя к тому месту, где находилось святилище Манку.

Уже наступила ночь, и поэтому горевшие вокруг святилища факелы были единственным источником света в абсолютной тьме окружавшего нас мира. Я слез с Урла и поспешил к ближайшему дереву, которое поспешно и весьма обильно оросил, удостоив также своим вниманием и добрый участок почвы вокруг него. Закончив это нужное и доставившее мне неизъяснимое блаженство занятие, я проследовал к святилищу Манку, где с печальным вздохом уселся на ступеньку, ведущую прямо к жертвеннику. Абрина приказала Урлу уменьшиться и снова спрятала его в волосах. Синдия тем временем рассматривала святилище.

– Корвас! – позвала она меня.

– Что?

– Вот мы и пришли.

– Вы уже видели Сабиса? Он здесь?

– Нет.

В голову мне пришла жуткая мысль, и я тут же обратился к Абрине:

– Орешки! Что нам делать с запахом? Сабис скорее умрет, чем допустит нас к себе для разговора, – и все из-за нашего запаха.

– А когда ты их ел в последний раз? – спросила меня великанша. Я задумался.

– Мне думается, еще в доме твоего отца, еще до того, как я успел положить на тебя глаз.

– Запах уже должен выветриться. Он держится лишь два или три часа. На следующий день можно снова совершенно спокойно ощущать другие запахи.

– Я уже сейчас считаю каждую минутку. – Я встал, прислонился спиной к стене святилища и огляделся по сторонам.

– Сабис! Эй, Сабис! – позвал я. Ответом мне прозвучало лишь далекое горное эхо.

– Вы сказали, Корвас, что ответы на наши вопросы мы найдем здесь, – обратилась ко мне Синдия.

– В этом святилище находятся некоторые из книг Файна. В них должно говориться о том, где произойдет схватка с Великим Разрушителем Манку. Вот только как нам войти сюда? – задумчиво промолвил я.

Святилище Манку являло собой обелиск, сложенный из местного камня и мрамора, к которому можно было подняться по четырем ступенькам. В самом обелиске имелась ниша, где можно было зажечь ладан прямо перед грубо вытесанным в камне изображением Манку. Внимательно присмотревшись к нему, я пришел к выводу, что это то самое лицо, которое я увидел через открытую божественную шкатулку.