Поющие камни - Андрей Посняков

– Так тащи его сюда, и ловите сбежавших. А нам некогда, дел много. Да, мы поймали молодого Эдвина. Думаю, это он всех выпустил. Ничего, господин Этель этого мозгляка проучит, ништо.

С остервенением выругавшись, цыганистый мытарь почесал волосатую грудь и скрылся на вилле. Развязанный воин зевнул, поднял с земли копье и со вздохом потащился к ракитнику.

– Нехудо бы нам попасть на виллу, – свистящим шепотом промолвил Гендальф. – Только не через парадный вход.

– Вон там, слева – окно, – Херульф показал рукою.

– Лезем!

В захламленном атриуме с давно разобранным по кирпичику бассейном, к вбитым прямо в стену крючьям были привязаны двое – лохматый мальчишка Эдвин и худенькая темноволосая девушка, голая по пояс. Поднятые вверх руки несчастной цеплялись за крюк, спину пересекали кровавые шрамы. Девчонку явно стегали кнутом, впрочем, не в полную силу – иначе давно перебили бы позвоночник.

– Ну что, попалась, птичка! – подойдя к «подвешенному» Эдвину, цыганистый Харви глумливо потрепал юношу по щеке.

– Подлые свиньи! – дернулся пленник. – Как вы смеете! Немедленно отпустите Утту! Иначе…

– Ой как страшно! – переглянувшись, мытари издевательски захохотали. – И кто ж тебе поможет, щенок? Граф Милфред уже давно в немилости у нашего славного короля.

– Думаю, наш король скоро его вздернет, – кривоногий Лайс щелкнул себя по шее. – Ну, или отрубит голову.

– Подлые псы…

– Ругайся, ругайся… Знаем мы, к чему подстрекает твой граф, – почесав волосатую грудь, презрительно сплюнул Харви. – Сейчас вернется господин Этель с воинами… и доставит тебя к королю. Для тщательного допроса. Что глаза выпучил? Да, да, ты ведь преступник, щенок! Подстрекал против королевской власти и даже осмелился отпустить недоимщиков. По головке за это не погладят, никакой граф не спасет.

– Графу Милфреду уже давно пора подумать о собственной шее, – Лайс тряхнул шевелюрой и, подойдя к висевшей на стене девушке, грубо схватил ее за грудь. – Ишь, какая… упругенькая. Харви, давай же ее… Потом скажем, что и она подстрекательница, ага!

Девчонка дернулась и обозвала мытарей какими-то заковыристыми словами… вызвавшими у сборщиком налогов некое веселое оживление.

– Ругайся, ругайся, девка… – одним движением сорвав с девушки юбку, Лайс обернулся к приятелю:

– Так как, Харви?

– Попробуйте только! – повысил голос Эдвин. – Вы себе смертный приговор подписываете. Обесчестить дочь свободного человека – это, знаете ли, чревато. Не думаю, что король станет вас покрывать.

– Не тебе говорить о короле, ублюдок, – Харви неожиданно рассвирепел и с размаху влепил парню оглушительную пощечину. – Уже очень скоро мы все увидим тебя болтающимся в петле! Тебя и твоего графа… – осклабившись, мытарь повернул голову. – Так и быть! Делай свое дело, дружище Лайс. А я еще и позову воинов. Путь тоже развлекутся… Эй, Годва! Фрайн! Не слышат, собаки… Опят, что ли, спят? Пойду-ка…

– Не надо никуда идти, – выйдя из-за колонны, с улыбкой заявил Гендальф. Палица в его руке выглядела на редкость внушительно. – Просто заткнитесь и молча сядьте на пол… Да, и бросьте ножи.

Из темного дверного проема, ведущего куда-то в глубину дома, словно тени, выступили Рольф и Херульф. Рольф небрежно махнул секирой, Херульф мгновенно наложил стрелу на тетиву лука.

– Даны! – гулко ахнул Лайс. – Наверно, с того корабля…

– Вы же, кажется, договорились с нашим славным королем Бургредом…

– Не знаю, кто там с ним договаривался… но точно – не мы!

Странник угрожающе взмахнул палицей.

Выбросив нож, Харви покорно уселся на пол. То же самое сделал и Лайс, даже, пожалуй, куда более поспешно, нежели его приятель.

– Вяжите их, – приказал хевдинг, и викинги тут же бросились исполнять приказ.

Тем временем Генадльф освободил от пут девушку… а затем и парня.

– Утта! – не обращая внимания ни на что, Эдвин бросился к несчастной. – Утта, милая моя… они… они хотели тебя… Я убью их!

– Стоять! – осадил паренька вождь. – Не надо лишней крови. Мы сейчас просто спокойно отсюда уйдем. Этот ваш граф… как его… Милфред. Он примет нас?

– Надо говорить с ним, – повернув голову, юноша вскинул глаза. – А вы вообще кто такие? Ваш вождь – Торкель-ярл?

– Торкель-ярл – наш враг! – хватаясь за меч, выкрикнул Херульф. – Наш славный хедвинг – Гендальф Странник. Вот он, перед тобой!

– Торкель-ярл – ваш враг? – парнишка задумчиво скривился. – Тогда и впрямь вы могли бы договориться с графом. Впрочем, себе дороже доверять данам!

– Не хочешь, не доверяй, – хмыкнул Рольф. – Оставайся тут да жди главного мытаря. Хевдинг, давай-ка вздернем его обратно, да развяжем этих славных людей.

– Нет, нет, – Эдвин замахал руками. – Вы не так меня поняли. Я просто хотел сказать…

– Не надо ничего говорить, – оборвал Гендальф. – И вообще, хватит болтать. Уже давно пора убираться отсюда.

Они выбрались через окно, выпрыгнули один за другим, пробрались меж зарослями рябины и, никем не замеченные, выбрались на старую римскую дорогу, ведущую куда-то на север.

– Не встретить бы воинов, – вслух обеспокоился Херульф.

– Не встретим, – Эдвин все время держал за руку заплаканную и дрожащую Утту. – Мытари поехали в Уэрчестер. Это большое селение там, на востоке. Нам же нужно на север, в Кенчестер. Или, как его назвали в старину – Каэр-Магнис.

– Хм… – невольно усмехнулся хевдинг. – Магнит какай-то.

Мальчишка выпятил грудь:

– Древняя столица Магонсета! Так называлось наше славное королевство… до тех пор, пока не подчинилось коварным мерсийским владыкам.

– А «коварные мерсийские владыки» легли под Уэссекс? – вспомнив недавние слова Эдвина, хмыкнул вождь.

– Да. Можно и так сказать… – парень отрывисто кивнул и добавил: – Король Бургред заключил союз с Этельвульфом Уэссекским для совместного набега на Уэльс и даже взял в жёны принцессу Этельсвит.

– Так я не понял, кто кому подчиняется? – обернувшись, уточнил Гендальф. – Мерсия – Уэссексу или Уэссекс – Мерсии?

– Уэссекс сильнее, – Эдвин ободряюще погладил Утту по спине. Разорванное платье девушки было испачкано кровью. – У короля Этельвульфа гораздо больше воинов. Но есть еще даны. Их все боятся.

– Ты забыл Нортумбрию, Эд, – Утта уже начинала потихоньку приходить в себя и даже включилась в беседу, неожиданно выказав неплохое знакомство с местной внешней политикой. – Тамошний король Элла – жесток и коварен. Даже хуже данов. И ведет себя, как язычник: совсем недавно он отобрал множество земель у святой матери-церкви. В Биллингеме, в Крессе… и где-то еще.

– Ты так подробно обо всем этом говоришь, милая Утта, – восхитился хевдинг. – Откуда знаешь?