Поющие камни - Андрей Посняков

Утерев пот, Гендальф потянул на себя решетку:

– Выходите, парни. Похоже, у нас тут весело. Из заточения – да прямо в бой!

Спасенных из заточения насчитывалось человек с полсотни. Как узнал Странник, викинги Торкеля и в самом деле готовили мятеж, да кто-то доложил, выдал. Торкель-ярл велел схватить заговорщиков тотчас же, как только прибыл к новому месту службы. Пытал, сразу казнил зачинщиков, теперь же расправлялся с бедолагами по одному, извращенно растягивая удовольствие.

– Эй, эй, не перебейте своих! – хевдинг едва успел предупредить викингов, принявших Херульфа и Хальвдана за воинов короля Бургреда. – Это наши. А вот там, за воротами, королевский граф с дружиной. Мы заберем у них оружие… уж кому что достанется.

К тому времени Рольф Кривая Секира по просьбе своего хевдинга уже выгнал во двор рабынь и служанок. Попадались среди них и молодые, и златовласые, и даже с синими глазищами… Только не было той.

Гендальф ничуточки не сомневался, что оставшееся в городе войско будет разметено в пыль! Норманны нашли немного орудия и в замке – копья, секиры, щиты. Большинство все же оставалось безоружными, но тем не менее яростно рвалось в бой!

– Отворяйте, – подкинув в руке палицу, скомандовал Странник.

Хальвдан с Херульфом и с бросившимися им на помощь викингами отодвинули засов. Скрипнув, распахнулись тяжелые створки…

Викинги выплеснулись в город живой всесокрушающей лавой! В их глазах сверкала буйная радость, а сердца охватила лютая жажда мщения! Столь долго накапливавшаяся ненависть властно требовала разрядки.

Граф Этель все же не был воителем, да и оставшиеся в городе воины оказались весьма посредственными. Лучших король забрал с собой в Ноттингем, где на полном серьезе ожидал коварного нападения властелина Нортумбрии Эллы.

Такого множества норманнов не ожидал увидеть никто. Нет, конечно же, горожане знали, что в замке томится какое-то количество варваров, которых как раз и казнили по воскресеньям, на потеху всем. Какое-то количество… Но не столько же!

Едва только створки ворот разошлись, как в воинов Этеля полетели дубины и копья. Славя своих жестоких богов, люди севера бросились на врагов кто с чем! Кто с трофейной секирой, кто с дубьем, а кто – и с голыми руками.

– Оди-и-и-ин!

Они крушили всех. Вообще всех, кто попадался под руку. Замешкавшихся всадников стаскивали с лошадей и тут же убивали, забирая оружие, стаскивая кольчуги и шлемы. Обывателей тоже не щадили: расправившись с немногочисленным гарнизоном, викинги начали врываться в дома. Уже что-то пылало, уже слышался кругом женский визг.

Много людей пострадало, их оказалось бы куда больше, кабы не приказ хевдинга – захватить корабли. Там тоже несли службу даны, всего несколько человек. И ни один не оказался верен своему ярлу! Своей неимоверной жестокостью и коварством Торкель Кю вызывал лишь презрение.

– Мы на свободе, парни! – взобравшись на драккары, радостно кричали норманны. – У нас теперь есть корабли, есть и оружие. И есть новый вождь, которого все уважают. Слава Гендальфу-ярлу! Аой!

Не очень-то одобрявший убийства мирных жителей Странник поспешно приказал отчаливать. Уж что успели награбить – то и успели, а больше – некогда. Освобожденные пленники радостно взялись за весла. Захваченными драккарами Торкеля теперь командовал Гендальф, у новоявленного ярла теперь уже было целых три корабля и около восьми десятков воинов, преданных и готовых на всё.

Величаво отвалив от пристани, корабли ходко пошли вниз по реке, направляясь в Кенчестер. Позади, в Тэмворте, поднимались к небу черные дымы пожарищ… не столь уж и многочисленных, нежели могло было быть. Ярл не стал рисковать и убрался из города как можно быстрей. Все самое основное он уже отыскал – и корабли, и дружину. Не нашел лишь главного, личного – златовласую красавицу Эдну, о которой здесь, в Тэмворте, никто ничего не знал.

– Я расспросил мажордома, – докладывал Рольф, стоя на корме, рядом с ярлом. – Часть рабынь король забрал с собой в Ноттингем. Может, та, которую ты ищешь – там?

– Может, – тихо промолвил ярл. – Поживем – увидим.

Сердоликовые бусины по-прежнему излучали тепло.

* * *

Захваченные драккары тут же нарекли новыми именами. Большой и быстрый корабль Торкеля-ярла стал называться «Пожирателем волн», змеиную голову на его форштевне заменили на обычную, драконью. Второе судно, поменьше, переименовали в «Стрелу борта».

Граф Милфред, завидев столько норманнов и новые корабли, поначалу казался несколько растерянным, однако потом повеселел: он давно уже не ждал ничего хорошего от своего сюзерена. Как лично для себя, так и для всего Магонсета в целом. Три драккара викингов – неплохая защита! Правда, всегда есть опасение, что варвары полностью возьмут власть в свои руки, сами станут править и всем владеть. Эта мысль неизбежно тревожила всякого, кто нанимал норманнов. Однако приходилось рисковать.

На фоне других норманнских вождей ярл Гендальф Странник выглядел честным и порядочным человеком, к тому же весьма неглупым, в чем Милфред уже убеждался не раз.

– Мне не нужна ваша земля, граф, – подняв деревянную кружку со свежесваренным пивом, усмехнулся ярл. – Не нужны и ваши распри. Предупреждаю еще раз, мы здесь всего лишь до весны. Так что, если вы, любезнейший граф, замыслили какое-то важное дело, то лучше сделать его как можно раньше, хоть прямо сейчас.

– Намекаете на рейд к Ноттингему? – Милфред вскинул глаза. – У Бургреда слишком много воинов. Не забывайте, с ним еще и Торкель-ярл. Нет, лучше подождем, пока король Элла не выщипает Бургреду перья! А уж потом настанет и наш черед. Что же касается Ноттингема, то хорошо бы послать туда опытных и незаметных с виду людей. Пусть послушают, поглядят, а потом – доложат.

– Я сам отправлюсь в разведку, – поставив опустевшую кружку, негромко заявил ярл. – И возьму с собой лучших, как вы и сказали, граф.

– Сам? – молодой вельможа удивленно округлил глаза. – Что ж, для викингов – честь лезть в самые опасные дыры. Впрочем, для нас это тоже верно. Конечно, не для простолюдинов. Кстати, мой шурин Эдвин жаждет отправиться с вами, ярл! Вы покорили его сердце. Возьмите его, а? Мальчишка хорошо знает леса вокруг Ноттингема, ведь он там рос.

– В Ноттингеме?

– Да-да, там. Его покойная мать как раз оттуда.

– Хорошо, – подумав, Гендальф махнул рукой. – Возьму, раз уж просится и знает тамошние места. Завтра поутру и отправимся – чего тянуть?

– Вот и славно, – улыбнулся Милфред. – Эй, слуги! Давайте еще пива… из того бочонка, ага.

– Кроме Ноттингема, есть еще другие места, которые тоже неплохо бы осмотреть, – Странник сделал долгий глоток и зажмурился. Разные нехорошие мысли терзали его всю ночь. А вдруг Эдны не окажется в Ноттингеме? Тогда где ее искать? Англия кажется маленькой лишь на карте. А король Бургред, даже если и купил юную синеглазку, вполне мог ее кому-нибудь перепродать, подарить, проиграть в кости. В конце концов, Эдна и сама вполне могла убежать. Скитается нынче по дремучим лесам, бедняжка, плачет… Хотя нет, не плачет. Скорей, промышляет охотою да разбоем.