Уравнение времени - Татьяна Михайлова

– Давай, чего ты ждешь! – крикнул Антон, но Илья почему-то медлил, дух умоляюще смотрел на него, на зажатый в руке человека пистолет. И вдруг рывком расстегнул молнию на куртке, сунул руку за пазуху и рухнул с простреленной грудью в траву. Илья выстрелил еще раз, и опустил пистолет. Антон шагнул к трупу пришельца, распахнул его куртку и вытащил из внутреннего кармана точно такой же, как у Ильи пистолет.

– Пошли назад, – буднично и спокойно сказал Антон, и оба быстро двинулись к дорожке. Ледяной дождь со снегом уже перешел в ливень, по бетонным плитам растеклись широкие бурые лужи.

– Берись, – Илья и Антон торопливо перетащили трупы в высокую траву подальше от дорожки. Впрочем, эти меры предосторожности были излишни – место «встречи» людей и чудовищ выдавали огромные пятна крови. Дождь со снегом торопился смыть их, скрыть следы, но на это требовалось слишком много времени, гораздо больше, чем было у Ильи и Антона.

– Погоди. – Антон подошел к сваленным как попало трупам, и быстро обыскал тела.

– Держи, – он кинул Илье найденный нож и два запасных магазина к пистолету, сунул себе в карман еще один.

– Вот теперь пошли. – Он выбрался на дорожку, перепрыгнул кровавую лужу. Илья только сейчас заметил, что куртка и руки у него тоже в крови того самого духа, прикрывшего его своим телом от ножей соплеменников. Но ранние осенние сумерки уже спускались с дождливого неба, скрывали все следы, и Антон не сразу понял, в чем дело.

– Вот зараза, я тоже весь перемазался, – он рассматривал заляпанные бурыми пятнами рукава. – Быстро, быстро, валим. Выстрелы могли услышать, – подтолкнул он Илью, и оба помчались прочь от пустыря, ставшего могилой для убитых людьми пришельцев.

Владимир Николаевич сразу понял все, он захлопнул и закрыл на замок входную дверь, помог Илье и Антону сорвать мокрую перепачканную кровью одежду. И пока те остервенением отмывали в ванной руки, стоял на пороге, постоянно оглядывался и хриплым шепотом повторял:

– Врага убить – это не грех, да они и не люди. Что ж поделаешь, с волками жить – по-волчьи выть. Слава Богу, сами целы.

– Владимир Николаевич, мы уйдем, не волнуйтесь, – наконец, смог заговорить Илья, и Антон поддержал его.

– Да, сейчас, пока темно, они не вылезут… – но старик перебил его.

– Куда? Куда вы пойдете? На дворе ночь, почти зима, даже слушать не хочу. Вас никто не видел, не слышал, все давно по норам сидят. Тряпки эти выкинем, все шито-крыто будет.

Но привести свой план в исполнение старик не успел – в дверь постучали, и в квартиру ворвался Роман.

– Где они? – страшным придушенным шепотом спросил он старика, и, услышав ответ, влетел в кухню. Илья и Антон сидели в темноте, и Роман сначала даже не заметил их.

– Целы? – только и спросил он, плюхнулся на свободный стул, сорвал с головы мокрую шапку.

– Нашли их, кровищи там – ведро. Их же четверо было, верно? – Илья кивнул, Антон затаился в темноте, молчал.

– Что теперь с вами делать, ума не приложу. Вас, наверняка, многие видели, здесь пол дома стукачей. Валить вам надо, и немедленно, пока зверье это не очухалось.

– Мы знаем, мы уйдем, – Илья поднялся с места, и только собрался сделать шаг, как на Романа коршуном налетел старик.

– Куда им идти? Одним, ночью? Роман, вы же все прекрасно понимаете. Сейчас из дому может выйти только самоубийца, вы знаете, как поступают с теми, кто нарушает приказы этих дикарей. Никуда они не пойдут! Я старше вас, и я вам запрещаю!. Все, разговор окончен. – Старик воинственно смотрел на полицая.

– Нельзя, Владимир Николаевич, нельзя им тут оставаться, – попробовал отбиться Роман, но сразу сдался.

– Ладно, сидите тут до утра. Часов в шесть выходите и бегом к нейтралке. Там, где гаражи, дом зеленый, шестнадцать этажей. Ищите в крайнем подъезде будку консьержки на первом этаже, ждите в ней. Вечером подойду. – Он поднялся на ноги, вышел в коридор. Илья и Антон вышли следом.

– Патроны-то остались? – тихо спросил Илью Роман. И услышав ответ, неожиданно подмигнул:

– Вот и хорошо. Патроны есть – еда найдется.

Илья улыбнулся неожиданной шутке, и вспомнил, что рассказали они Роману еще не все.

– Мы у них еще один отобрали. Покажи, – Антон вытащил спрятанный за поясом джинсов пистолет.

Роман внимательно осмотрел их добычу, почему-то тяжело вздохнул и вернул пистолет Антону.

– Везет вам. Молодцы, сообразили, что делать. Ладно, до утра. – Роман грохнул дверью, побежал вниз.

– Спать, всем спать, – скомандовал старик. Илья послушно направился в комнату, но остановился на пол пути.

– Владимир Николаевич, возьмите. – Он вытащил из кармана мокрой, грязной куртки полученные в управе карточки, – вам пригодятся.

– И мои тоже отдай! – закричал из комнаты Антон, – нам они теперь не понадобятся!

– Спасибо, да куда мне одному столько, – старик перебирал бумажки трясущимися пальцами, потом бережно сложил их на полку под пустую пыльную вазочку.

– Иди спать, – шепотом сказал он Илье, – поздно уже.

Илья на цыпочках пошел в комнату, подкрался к окну. Пустыря отсюда не было видно, его закрывала собой многоэтажка. И ее бок подсвечивался красно-синими всполохами мигалки – полицейские машины еще не разъехались. Илья очень надеялся, что о событиях сегодняшнего дня скоро станет известно в городе, и духи лишний раз подумают, прежде чем начинать охоту на людей.

– Этот, что ли? – Антон рассматривал темно-зеленый облезлый фасад шестнадцатиэтажного дома, уже начинающего разрушаться без заботливых хозяев – двери подъездов выломаны, стекла выбиты, внешние блоки кондиционеров готовы сорваться в любой момент.

– Крайний подъезд, – напомнил Илья, втянул голову в плечи и побрел вдоль дома по мокрой дорожке. Снова всю ночь шел снег, утром он сменился дождем, и ноги снова тонули в ледяной слякоти. К счастью, будка консьержки нашлась быстро, Илья сразу оценил ее удобное расположение. Двор отсюда просматривался отлично, а рядом оказалась ведущая в подвал дверца.

– Дивное местечко, и даже не дует. – Предложенным в качестве укрытия помещением Антон остался почти доволен. Он устроился на подоконнике в подъезде, Илья поднял валявшийся на полу стул, перевернул и уселся на него. Потом поднял воротник, запихнул руки поглубже в карманы и закрыл глаза.

– Ненавижу ждать, – пробормотал он себе под нос, – ненавижу.

– Делать нечего, придется. – Антон осматривал окрестности, насвистывал что-то себе под нос и выглядел совершенно спокойным. Илья вскочил со стула, уронил его и с досадой пнул.

– Не бесись, – не оборачиваясь, посоветовал Антон.

– Ну, нельзя же так просто сидеть и ничего не делать! Надо попытаться выяснить хоть что-нибудь! – пытался докричаться до Антона Илья, но бесполезно.