Навеки твой - Элизабет Чэндлер

— Хорошо, что малыш пошел с тобой, — кивнула Бет. — Он очень скучает по Тристану.

— Он разложил маки в виде буквы «Т» на могиле, — сказала Айви, слабо улыбнувшись.

Бет кивнула, как будто теперь ей было совершенно понятно, почему Айви так хлопочет над завядшим цветком, случайно оказавшемся в магазине.

— Я схожу с ума, да? — вдруг спросила Айви. — Ведь мне должно было стать лучше! Говорят, что время лечит… Я должна была уже оправиться после гибели Тристана. Но ты только посмотри на меня! Ношусь с этим дурацким цветком, как последняя дура, только потому, что он напоминает…

Не договорив, она вырвала мак из стакана и швырнула его на поднос с грязной посудой, который официантка проносила мимо их столика.

Бет вскочила из-за стола, догнала официантку и принесла мак обратно.

Айви покачала головой и принялась медленно прихлебывать чай. Бет занялась своим мороженным.

— Знаешь, — сказала она, первой нарушив молчание, — Я всегда готова тебя выслушать.

— Прости, Бет, — кивнула Айви. — Прости меня. Я позвонила тебе в панике в девять часов вечера, оторвала от писательства ради того, чтобы перекусить в компании стареньких, но еще крепких игроков в боулинг, — она обвела глазами переполненный желто-оранжевый зал, — а теперь никак не могу начать рассказывать.

— Все в порядке, — ответила Бет, взмахивая мороженным. — У меня сейчас затяжной прыжок в сюжетную неизвестность, так что ты могла позвонить мне хоть в три часа ночи. А как ты догадалась, что я пишу?

Айви улыбнулась. Бет встретила ее на парковке в коротких джинсовых шортах, без макияжа и в старых очках, которые она надевала только в тех случаях, когда безотрывно сидела перед монитором. На ее растянутой футболке красовался розовый бумажный стикер с какими-то каракулями, а волосы были кое-как убраны под обруч.

— Просто угадала, — ответила Айви. — Чем Сюзанна сегодня занимается?

После фестиваля Айви и Сюзанна больше не разговаривали друг с другом.

— Поехала на свидание.

— С Грегори? — нахмурившись, спросила Айви.

Грегори обещал ей посидеть с Филиппом до ее возвращения.

— Нет, с каким-то парнем, который, по замыслу Сюзанны, должен заставить Грегори ревновать.

— Ах, вот оно что!

— Разве Сюзанна тебе не рассказывала? — удивилась Бет. — Да ведь она в последнее время только об этом и говорит! — Увидев выражение лица Айви, Бет спохватилась и быстро добавила: — Наверное, Сюзанна думает, что рассказала тебе. Ты же знаешь, как это бывает — расскажешь о чем-нибудь одному, и тебе уже кажется, что рассказала и другому.

Айви кивнула, но они обе прекрасно понимали, что дело совсем не в этом.

— В последнее время Грегори нечасто встречается с Сюзанной, — сообщила Бет, слизывая с рожка капли растаявшего шоколада. — Впрочем, ты и сама это знаешь.

— Он уезжает по вечерам, — пожала плечами Айви, — но я не спрашиваю, куда и с кем.

— Ну вот. Сюзанна уверена, что он встречается с кем-то еще.

Айви принялась разглядывать картинки в меню.

— Сначала она думала, что Грегори просто играет с ней. Она не беспокоилась, потому что он часто так делал. Но теперь она уверена, что Грегори встречается с какой-то девушкой. Она думает, что он всерьез увлекся.

Айви вскинула глаза и поймала внимательный взгляд Бет.

«Неужели Бет в самом деле умеет читать мысли? — подумала она. — Или мое лицо выдает меня с головой?»

— Сюзанна постоянно спрашивает меня, что я думаю обо всем этом, — продолжала Бет, слегка нахмурив брови.

— И что ты ей говоришь? — спросила Айви.

Бет несколько раз моргнула, потом отвернулась в сторону и стала смотреть, как седая официантка кокетничает с двумя лысыми игроками в темно-красных рубашках для боулинга.

— Вряд ли я тот человек, которого следует об этом спрашивать, Айви, — медленно произнесла она, наконец. — Ты же знаешь, я всегда наблюдаю за людьми и добавляю увиденные черточки в свои произведения. Но иногда я так увлекаюсь, что забываю, где кончается настоящая жизнь и начинается роман.

— Что ты думаешь о Грегори? — прямо спросила Айви.

Бет снова взмахнула своим рожком.

— Я думаю, что он страшно популярен. Я думаю, что он нравится очень многим девушкам. Но я не могу сказать, кем он интересуется по-настоящему и что думает на самом деле. Я не могу прочитать его до конца.

Бет с хрустом впилась зубами в вафлю и несколько мгновений молча работала челюстями.

— Грегори — он как зеркало, — сказала она. — Он отражает всех, с кем общается. Когда он с Эриком, он ведет себя, как Эрик. Когда он с тобой, то становится задумчивым и милым, как ты. Проблема в том, что я не знаю, какой он на самом деле, как нельзя сказать, как выглядит зеркало само по себе, без всех отражений. Ты понимаешь, что я имею в виду?

— Кажется, да.

— Знаешь, что я хочу тебе сказать, Айви? — вдруг спросила Бет каким-то новым, очень серьезным тоном. В ее голосе Айви послышалась тихая мольба. — Ты и Сюзанна — вы мои подруги. И я не могу разрываться между вами. Что я могу ответить Сюзанне, когда она спрашивает меня, что происходит?

— Не знаю, — выдавила Айви, снова опуская глаза на меню и проглядывая список десертов. — Я скажу тебе, когда буду знать, ладно? Кстати, как продвигается твое творчество?

— Мое творчество? — переспросила Бет, не поспевая за столь резкой сменой темы разговора. — Слушай, у меня грандиозные новости!

— Вот как? Выкладывай!

— Меня скоро напечатают! В настоящем журнале, представляешь? — Глаза Бет радостно заблестели. — Настоящий взрослый журнал, называется «Чистосердечные признания»!

— Бет, но это же чудесно! А какой рассказ?

— Тот, что я написала для драмклуба. Помнишь, прошлой весной его напечатали в школьном литературном альманахе?

Айви попыталась вспомнить, но не смогла.

— Слушай, я прочитала столько твоих рассказов, что у меня уже в голове все перепуталось.

— Да ты что? Ну тот самый: «Она прижала пистолет к своей груди», — нараспев процитировала Бет. — «Черный и твердый, холодный и непреклонный. Его фотографии. Хрупкие выцветшие фотографии, на которых запечатлен он — он и она! — порванные, залитые слезами, просоленные отчаянием, небрежной россыпью валялись на кресле. Очень скоро она зальет их своей собственной кровью…» И так далее, и тому подобное.

Две официантки с полными подносами в руках, остановились между столиками, чтобы послушать.

— Что с тобой? — спросила Бет. — Айви! У тебя сделалось такое странное лицо!

— Ничего… ничего… Я просто задумалась, — пробормотала Айви.

— В последнее время ты очень часто этим занимаешься.