Дитя Смерти - Алия Якубова

Памятуя о том, что у них в доме гостья, и не одна, Менестрес пробудилась рано. Ну, для вампира, конечно. Пока она приводила себя в порядок, ей доложили, что Шерри проснулась и сейчас завтракает вместе с Мюриэлем. Поэтому королева не спешила ее навещать. Зачем мешать? И так ясно, что с девушкой все в порядке. Ну, относительно, конечно. Ведь у Шерри сейчас идет глобальная перестройка организма. Сила сплетается с самой структурой клеток, с ДНК. Вот почему ей нужно полежать пару дней – не стоит тратить энергию, требуемую для других целей.

Решив, что зайдет к Шерри позже, Менестрес направилась в кабинет, собираясь написать пару писем. Она уже приготовила бумагу и ручку, когда поняла, что это занятие придется отложить.

Сначала по комнате распространилась удивительная свежесть и какой-то не поддающийся определению дивный аромат. Хлопнули крылья, создав несильный порыв ветра, и перед королевой появилась высокая фигура в белоснежных одеждах и с белоснежными крылами за спиной. Трудно сказать, какого пола, скорее мужского. Светлые вьющиеся волосы, безупречные черты лица с выражением суровой безмятежности и горящий взгляд.

Окинув пришельца взглядом, Менестрес бросила:

– Можешь не работать на публику. Я такое не раз видела.

Крылатый сразу как-то сник. Крылья исчезли, а одеяние обратилось белым костюмом.

– Так-то лучше, – усмехнулась королева. – Что привело тебя ко мне, архангел?

– Думаю, тебе известно что, сестра.

– Сестра? – вскинула брови вампирша.

– Ну… когда-то ваша Первейшая была созданием Света…

– Ну-ну. Так что тебе нужно? Чем обязаны?

Архангел явно не ожидал такого холодного приема и стушевался. Как-то не походил он на грозного воина с карающим огненным мечом.

– Мой визит связан с дщерью Смерти, – Менестрес скривилась. Ну и привычки у них! Говорить пафосно и высокопарно. – Той, которую вы так опрометчиво воспитывали.

– Опрометчиво? – тут королева нахмурилась. – Я так не думаю.

– Это дитя вообще не должно было появляться на свет!

– Ну уж, что теперь? Обратно не засунешь.

– Но ее силы опять пробудились. Зачем?

– Так было необходимо, для ее блага, – отрезала Менестрес, не удостоив посланника даже взглядом.

– А о всеобщем благе ты не подумала? Она – самая большая угроза человечеству!

– Не стоит сгущать краски. Да, ее сила огромна, но прошедшие тысячелетия показали, что она вполне в состоянии контролировать ее. К тому же эта сила нейтральна.

– Пока! – подчеркнул архангел. – А что если она примкнет к силам Тьмы?

– С чего вдруг? – хмыкнула Менестрес. – До сих пор прецедентов не было.

– Но сейчас она встречается с вампиром!

– Ну, знаешь… Это личное дело каждого, с кем встречаться.

– Боюсь, не в этом случае. Он может повлиять на нее…

– Угу, ты еще скажи, плохому научить. Чушь все это.

– Такая сила на Земле – безумие! – всплеснул руками архангел. – Ее нужно обезвредить.

– Она не противопехотная мина, тут дело не решается с помощью перерезания одного проводка, – возмутилась Менестрес.

– Порой лучше принести одну жертву, чем подвергнуть риску миллионы, миллиарды жизней, – пространно заметил крылатый визитер.

– То есть? – вампирша нахмурилась. – Мы заключили тройственный договор: Свет, Тьма и Танат, и он все еще в силе.

– Мы и не собираемся его нарушать. Но в договоре вполне четко указывается: если дитя Смерти поставит под угрозу жизнь планеты, то хранители…

– Я прекрасно помню договор, – фыркнула Менестрес. – И еще ни разу не было прецедента возникновения подобной угрозы.

– Но равновесие очень хрупко, – заметил архангел

– Оно всегда хрупко. Я не понимаю, чего ты добиваешься.

– Но, сестра, ты, твое истинное воплощение, когда-то было одним из нас, ты должна понимать…

– Я никогда не была одной из вас! – Менестрес сама от себя такого не ожидала, но это голос Первейшей, Дайомы, срывался с ее уст. Обычно так бывало только когда королева принимала истинный облик. – Вы – хранители внутреннего круга, к которому я никогда не принадлежала, и я помню Землю задолго до того, как ее препоручили вам, – с языка едва не сорвалось "Как же тогда спокойно было!", но это было бы уже явным оскорблением.

– Но… – пытался было вставить архангел, а Менестрес добавила, не дав договорить:

– К тому же вы постоянно пытаетесь причислить мой народ к силам Тьмы.

– Твари, кровь людскую пьющие, – скривился посланник. – Да еще и имена ангельские использующие…

Королева укоризненно покачала головой, но все-таки ответила на эти, казавшиеся детскими, обвинения:

– У нас с людьми давний симбиоз. Так было задумано задолго до вашего появления. И как лев не может отказаться от мяса, так и мы – от крови. Что до имен… так это скорее мой народ должен предъявлять вам претензии. Напомню, что мы живем на Земле сотни тысяч лет, а вы тут без году неделя, чуть больше двух тысяч лет.

Архангел, похоже, оскорбился в лучших чувствах, но старался не подать виду, поэтому спросил подчеркнуто деловым тоном:

– Значит, ты отказываешься помогать нам?

– В чем? Сгубить Юрану? Конечно! Я обещала защищать ее.

– Это дитя обречено. И ставки слишком высоки. Иногда приходится идти на некоторые жертвы.

И посланник света исчез, оставив за собой последнее слово. Менестрес возмущенно фыркнула. Ему удалось вывести ее из себя.

Нет, ну надо же! Каков нахал! Решил, что ему будут помогать из-за какого-то сомнительного родства! Если уж на то пошло, с Танатом у нее куда более близкое родство. Дайома, до своего перерождения, доводилась ему кем-то вроде сестры или кузины. Нет, право бред!

Но, даже со всей бредовостью, Менестрес не понравились слова посланника. Он балансировал на грани угрозы. Хранители, что, уже и лицензии на убийство выдают? Что-то они задумали! И чем же им так не нравиться существование Юраны? Раньше такого не было. А эти… Менестрес не дивилась бы, узнай, что они и Темных подбивают. Но те не так просты. На них где сядешь, там и слезешь, к тому же сотрудничать со светлыми им претит.