Наместник - Виталий Останин

Яньлинь и Снегирев остались наверху – на случай, если нападение повторится, Ирина Олеговна и мой денщик помогали вызванному целителю с уходом за Лунем, Алмаз работал с номером телефона с визитной карточки, а я с Глебом, Теданем и ваном Ло спустился в подвал.

– Кто ты такой? – спросил я у привязанного к креслу мужчины.

Пленник оказался не китайцем, как мне сначала показалось, а индусом или, быть может, пакистанцем каким-нибудь. Довольно молодой парень. Вьющиеся черные волосы, смазливая смуглая морда с тонкой лепки носом, пухлыми губами-варениками – вот кому звездой Инстаграма быть! – и влажные оленьи глаза. Которые смотрели на меня без капли страха и, кажется, даже с вызовом. Сам мускулистый, но не накачанный, невысокий, но и не мелкий. Хорек – вот на кого он походил. На мелкого, но опасного хищного зверька.

– Араш Хаменеи. Я студент факультета архитектуры, – ответил он. – А вы кто такие? Зачем вы напали на меня и притащили сюда? По какому праву?

Актером пленник был паршивым. Слова говорил правильные, но интонации все ломали. Не было в голосе паники, как и во взгляде – страха. Черта с два Яньлинь притащила не того! Какой, на фиг, студент? Студент бы уже описался!

– Тедань, – кивнул я магу.

Маньчжур приблизился к связанному и положил свою пылающую огнем руку тому на бедро. Запах паленой одежды и мяса шибанул в нос, а по ушам, хоть я и был готов, ударил истошный вопль. Хорошо, что дело происходило в подвале особняка, в котором располагалось посольство Благовещенска. Подвал – очень нужное в каждом доме помещение. Хлам всякий сложить, соленья, ну или вот для таких дел – получить ответы.

Мерзкое чувство, если честно. Чувствуешь себя конченой мразью, когда отдаешь приказы пытать связанного человека. Глеб предложил провести допрос без меня, но я отказался. Решил, что пора избавляться от интеллигентских соплей и защитных розовых очков. Этот человек топтался на пороге посольства не случайно. Он пришел убить моих друзей. Сжечь. Глеба, Алмаза, Теданя и Яньлинь. А еще Василия, Снегирева, Луня и хладнокровную стерву – «маму». Он виновен в смерти того вана, который свихнулся и полез на охраняемое посольство. И косвенно причастен к тому, что вдова Фэн с мальчишками должна бросить свой дом и уехать в неизвестном направлении. Так что хрен с ним, с чувством омерзения к себе! Переживу.

Но запах… Я еле сдерживался, чтобы не сблевать.

– Ты дурака-то не врубай, голубь. – Неведомо почему в моем голосе появились вкрадчиво-ласковые нотки, слышанные от моего первого наставника в этом мире, дяди Вани. – Если ты здесь, значит, неспроста. Давай договоримся? Ты честен со мной, а я не зову Теданя. По-моему, хорошая сделка, да? Этот парень вчера чуть не потерял сестру, нервы у него на пределе. Спалит мясо до кости – оно тебе надо? Давай-ка расскажи для начала, что ты делал у посольства.

Пленник пришел в себя не сразу – видимо, Яньлинь приложила его крепко. Он был без сознания, пока она тащила его, схватив за поясной ремень, в посольство. Не очнулся, пока мы обсуждали его будущее, стоя в холле. Глаза он открыл уже в подвале, будучи привязанным к стулу. До этого момента я успел в подробностях узнать, что произошло в особняке, пока мы с Яо опрашивали родственников ванов.

Убийца вошел через парадный подъезд. Охранники пытались его остановить – без записи людей на территорию княжества не пропускали. Одного из них убийца спалил дотла, второй умудрился сбежать и поднять тревогу. Это и спасло тех, кто находился в здании посольства: когда тот вошел в здание, его встретили Самойлов, Лунь и Снегирев, а Тедань с Яньлинь уже спешили на помощь.